Немое противостояние продолжалось довольно долго. Я даже успел рассмотреть ссадину и роскошный синяк на челюсти бугая, поймать бегающий взгляд типа слева и приметить характерную татуировку в виде слезы под правым глазом у типа справа. Интересные ребятишки, тут Вова прав. Не чета Люпе с Игнасио, которым вся их бравада вместе с борзотой не помогает полностью скрыть зачаточную интеллигентность, привитую в процессе обучения в колледже. А по этим сразу видно — типичные «мускулы», привыкшие работать кулаками, а не головой. И определённо точно опасные, хоть и уступают в габаритах предводителю.

— Чем обязаны, господа? — первым нарушил затянувшуюся паузу Вова.

— Поговорить надо, — прогудел бугай. И для убедительности ткнул в меня пальцем: — Вот с ним!

— Уверены? — заломил Вова бровь.

— Точно с ним! — подтвердил здоровяк.

— Проф? — переключил на меня внимание напарник. — Ты их знаешь?

— Припоминаю, — буркнул я. И с изрядным облегчением бухнул кружку на стол — заколебался её на весу держать, если честно. Да и ухмылку скрывать уже ни к чему: — Что, амиго, понравилось вчера? За добавкой пришёл?

— Если будешь настаивать, пенде… амиго! — против ожидания, быстро сориентировался тот. Похоже, и впрямь я недооценил его умственные способности. — Но пока что мы хотим кое о чём перетереть. Просто перетереть.

— Не вижу препятствий, — пожал плечами Вова. И принялся вертеть головой по залу: — Только придётся за другой столик пересесть, здесь все не уместимся.

— Нет, ты не понял, амиго, — прервал моего напарника здоровяк. — Снаружи. Здесь слишком дохрена ушей.

— Оп-па! — восхитился Вова. — Проф, это он что, нас на «пойдём, выйдем» зовёт⁈

— Похоже, — кивнул я.

— О-фи-геть! Никогда такого не было, и вот опять!

— А ты не оборзел ли, пендехо? — внезапно прорезался голос у обладателя татуировки. — Сказано же: пойдём, перетрём!

— Ого! И даже без угроз! Ну, почти, — и не подумал уняться мой приятель. — А здесь вас что не устраивает? Ссыте?

— Сказал же, ушей дохрена! — снова привёл ранее озвученный довод бугай, попутно преградив путь ручищей-лопатой дёрнувшемуся к Вове татуированному. — Не нарывайтесь на грубость, пен… амигос!

— Ладно, Вов, пойдём, сходим, — поднялся я со своего места. — У меня к этим господам тоже есть пара вопросов. Но, боюсь, администрация будет возражать, если я прямо здесь учиню допрос с пристрастием.

— А? — вытаращил глаза татуированный, а его напарник втихаря от подельников показал мне большой палец и подмигнул.

Ага, теперь понятно. Вчерашний бугай и впрямь из пришлых, а эти двое — группа поддержки из «местных», то бишь обитателей фавелы. Скорее всего, их просто наняли. Или не их лично, а договорились с их главарем, что особой роли не играет. Главное, что жизнью рисковать ради каких-то залётных фрайеров «мускулы» не станут, равно как и брать на себя «мокруху». А значит, наши с Вовой шансы разжиться информацией довольно велики. Да и вряд ли нас собираются сразу же месить, иначе настолько демонстративно вызывать не стали бы. Слишком много в «Игривой синьорите» посторонних глаз, и слишком хорошо тут нас с Вовой знают, чтобы этот инцидент не задержался в памяти у завсегдатаев. В случае чего всё эсбэшникам выложат, можно в этом даже не сомневаться.

— Идёмте, говорю! — повторил я. — Вов?

— Ща, расплачу́сь только, — уткнулся тот в смарт. — Всё. Погнали.

— Веди, — мазнул я взглядом по здоровяку. И как бы невзначай поинтересовался: — Тебя как звать-то, амиго?

— Гектором зови, — к изрядному моему удивлению буркнул тот.

Фига се! А он особо и не скрывается…

— А я Генри… Энрико.

— В курсе.

— Да что ты с ними нянчишься, Геккон⁈ — возмутился татуированный. — Давай ещё начни с ними в десны сосаться!

Н-да… и смысл теперь на разборку тащиться? Не самое распространённое имя, столь же редкая кличка, плюс фотка — что ещё для счастья нужно? Наведём справки в лучшем виде… так что не проще ли сделать ноги? Исключительно для того, чтобы не подставляться? Всё-таки этот ход остался за нашими конкурентами — играем пока что по их правилам и на их территории.

— Идём, говорю! — рыкнул здоровяк.

— И впрямь что-то мы замешкались, не находишь, Проф? — подмигнул мне Вова.

— Нахожу, Вов, — с готовностью кивнул я.

Похоже, моему напарнику пришла в голову аналогичная мысль. Я это про «сделать ноги», если что.

— Да валите уже, пендехо! — не выдержал тип с бегающим взглядом.

— Как скажешь, амиго, — пожал я плечами. — Только после вас!

Здоровяк Гектор, которому тоже явно наскучили наши с Вовой выкрутасы, сплюнул себе под ноги и неторопливо направился на выход. Похоже, в том, что мы последуем за ним, он не сомневался. Ну и на группу поддержки, как незамедлительно выяснилось, не без оснований надеялся. Спрашиваете, как выяснилось? Да очень просто: я вопросительно глянул на татуированного и показал взглядом, типа, а вы чего ждете? Мы же сразу за вами? На что тот молча помотал головой и предельно красноречивым жестом велел выметаться из бара. Даже для верности с явным намёком похлопал по карману.

— Ну, как скажете, — вздохнул я несколько разочарованно.

Не, ну а чё? Попробовать же нужно было…

Переглянувшись с Вовой — судя по его взгляду, он тоже не горел желанием иметь за спиной пару обломов, которые могут и заточку в печень сунуть в случае чего — я бросился вдогонку за Гектором. Раскусивший суть замысла — хоть таким нехитрым способом обгадить малину «мускулам» — Вова последовал моему примеру, и очень скоро мы всей честной компанией оказались под вечерним, а скорее даже ночным, небом Роксаны. И я ничуть не удивился, когда наш, кхм, предводитель направил стопы к ближайшему переулку, являвшему собой служебный подъезд к бару и одновременно штатное место для выяснения отношений пьяненьких завсегдатаев.

Хм, а что, толково! Вопли, матерщина и смачные звуки ударов оттуда вообще никого не удивят, проверено на практике. Да и случайные «мимокрокодилы» туда обычно не суются, так что вряд ли нам кто-то помешает хорошенько, э-э-э, «побеседовать». Главное, чтобы «собеседников» не оказалось слишком много. Но тут тоже есть некие граничные условия: больше десятка человек в переулке попросту не поместится. Я имею в виду, так, чтобы была возможность участвовать непосредственно в процессе. Всем же остальным придётся толкаться в задних рядах без доступа к объектам «собеседования». Ладно, что толку предаваться пустым измышлениям, всё равно сейчас всё узнаем…

Что характерно, узнали. И, если честно, разочаровались: в переулке, в полутени от тускловатого света единственного фонаря над «чёрным ходом» бара, угадывались лишь две фигуры — крупная и среднегабаритная.

Гектор, за весь путь даже ни разу не обернувшийся, остановился в центре импровизированного «ристалища», дождался, когда подойдём мы с Вовой («мускулы» предусмотрительно остались у входа в переулок — как бы на стрёме, но и как бы на охране), и сообщил встречающим:

— Привёл.

— Точно он? — поинтересовались из тени.

— Точно.

— А второй здесь нахрена⁈

— Они бухали вместе.

— Ну так пусть бы и валил!

Какой подозрительно знакомый голос… уж не вчерашний ли «каратист», ловко машущий ногами?

— Вали, пендехо, — обернулся Гектор к моему напарнику.

— С хрена ли⁈ — возмутился тот. — Вы же моего кореша месить собрались! Когда я ещё такой цирк увижу⁈

— Хорошие же у тебя друзья, пендехо! — восхитился скрывающийся в тени тип. — Аж зависть берёт, хе-хе.

Ну точно, он! А последний тогда кто? Фигура вроде кого-то напоминает, но никак не соображу, кого…

— Да не уйдёт этот урод! — шагнул из тени очередной знакомец.

И снова недоброй памяти, увы! А если конкретней, тот самый пузатый и лысый Лука из команды «Торнадо», которого мы с Вовой отметелили перед гонкой чуть меньше двух недель назад. Его и его напарника Гонсало. По той простой причине, что они посмели бычить на нашу Инес. «Эль Торо» им не понравился, видите ли! Ну и схлопотали, причём так, что Гонсало даже не смог на старт выйти. А шеф Мюррей как всегда прав оказался. Как в воду глядел, да. Кстати, мне кажется, или Лука какой-то измождённый? Не, просто освещение фиговое… хотя… оп-па!