— Лу Инь… План Б, — после краткой паузы сказал Сима.

Девушка кивнула и ударила себя кулачком по груди. В следующую секунду она вздрогнула, побледнела и едва не свалилась коленями в глубокий снег. Сима последовал её примеру и сразу почувствовал, как весь мир вокруг него как будто сжался и стиснул его огромными ледяными тисками; морозный ветер, который прежде разбивался о его гладкую кожу, которая теперь была крепче алмаза, вонзился в неё тысячей бенгальских огоньков.

Воин Королевской стадии в состоянии заметить ауру человека на расстоянии нескольких тысяч километров, а затем преодолеть эту дистанцию за доли секунды, и в то же время его нельзя назвать всесильным. Он не столько видит, сколько чувствует особенный слепок человеческой души, которая, в свою очередь, непрестанно меняется.

Сима и Лу Инь провели целый год внутри временного кармана и даже достигли вершины Начального этапа стадии Формирования. Их аура изменилась, а потому обнаружить их было не так и просто… если бы не культивация.

Два воина на стадии Формирования посреди заснеженной пустыни были по меньшей мере подозрительными. С высокой вероятностью безумная Королева, если она до сих пор не оставила свою охоту, попытается ухватиться за такую очевидную зацепку. Именно поэтому сперва Сима и Лу Инь старались сдерживать свою энергию, однако делать это постоянно невозможно. Для воинов это всё равно что задержать дыхание — рано или поздно придётся выдохнуть, а потому выход был только один:

Запечатать культивацию.

Не просто занизить последнюю с помощью тайной техники, как это делала Хэнь Шань, нет, такой уловкой Короля не проведёшь, но именно отрезать свои силы и стать, пускай и временно, обыкновенным смертным.

Сима сделал это без малейших колебаний и сразу почувствовал, как страшный мороз стал просачиваться под его мантию, касание которой постепенно становилось леденящим. Он вздохнул и ощутил, как ветер терзает его горло. Сколько здесь было по Цельсию? Минус тридцать? Минус сорок? Раньше ему было всё равно, он безмятежно любовался белыми пейзажами, но теперь последние стали ужасающе реальными, словно чучело белого медведя, которое неожиданно разинуло свою зубастую пасть.

Немного придя в себя, Сима посмотрел на Лу Инь. Девушка дрожала от холода, потирая руки. В этот момент на губах его мелькнула горькая улыбка. Ещё недавно… хотя нет, на самом деле целый год назад он размышлял о том, как живут простые люди на землях Секты Ледяного Сердца, среди вечной мерзлоты, которая простиралась на десятки тысяч километров. Что же, пришла пора узнать.

Сима выдохнул, чувствуя, как последнее тепло оставляет его тело, а затем использовал Кольцо хранения и достал ещё несколько мантий, которые они с Лу Инь набросили на плечи, и ведро, возле которого присели на корточки, грея внутри него свои руки.

Два маленьких человечка посреди бескрайнего заледенелого простора.

После этого Сима стал вспоминать многочисленные размышления, которым предавался, когда находился внутри временного кармана. Рано или поздно Храм Тысячерукой Бодхисаттвы заметит неладное и отправит помощь. На это может уйти неделя или даже несколько дней. До этого момента им нужно было скрываться. Но где? Явно не здесь. Тут они встретили Королеву, а значит она вполне могла сюда вернуться. Нужно было уйти как можно дальше и найти укрытие в человеческом поселении, ибо даже с ведром они на таком морозе долго не протянут.

С этой мыслью Сима приподнялся, посмотрел по сторонам и уже собирался предложить Лу Инь скорее отправиться в дорогу, как вдруг взгляд его зацепился за маленькую точку на горизонте. Раньше он мог бы рассмотреть её в мельчайших деталях, но теперь ему приходилось щуриться. Постепенно точек становилось всё больше и больше. Наконец Лу Инь тоже приподнялась, прищурила свои ясные голубые глаза, которые были острее, чем его собственные, и сказала:

— Это… всадники… на больших животных…

…

Всадники немедленно окружили Сима и Лу Инь, бросая на пару недобрые взгляды. Все они были рослыми бородатыми мужчинами верхом на огромных белых медведях, по меньшей мере в полтора раза больше обычных, из ноздрей которых вырывались клубы горячего белого пара.

Сима редко приходилось видеть разнообразных чудовищ, и всё же он с первого взгляда разобрал, что приручить такого зверя было непросто. Все наездники находились на стадии Трансформации тела и были воинами Первого или Второго ранга за исключением предводителя — высокого мужчины средних лет с обгорелым на солнце лицом (снежная пустыня обжигает ничуть не меньше обыкновенной), который находился на Третьем.

— Кто вы и что здесь делаете? — спросил он мощным голосом человека, который привык давать приказы.

Сима удержал себя, чтобы не облизать подмороженные губы, и ответил:

— Путники.

— Пешие? Посреди пустоши? — подозрительного прищурился мужчина.

— Нет, к сожалению, нет, — горько улыбнулся Сима.

— Хм? — Мужчина вскинул бровь.

— Мы шли вместе с караваном, но по дороге на нас напали монстры — ледяные звери. Все воины погибли, лошади — тоже. Только мы остались, и теперь ищем дорогу в ближайшее поселение… Будем благодарны, если вы покажите нам путь.

— Следов нет! — воскликнул другой всадник, который в это время осматривал местность.

Предводитель бросил на пару суровый и вопрошающий взгляд.

— Метель была страшная. Нас самих едва не замело, — вздохнул Сима, ничуть не наигранно подрагивая от холода.

Некоторое время мужчина разглядывал пару своими пронзительными чёрными глазами, после чего медленно кивнул:

— Пускай… Возвращаемся в строй!

Остальные всадники пришпорили медведей. Сима мысленно цокнул языком и уже подбирал слова, чтобы попросить сопроводить их до ближайшего поселения, ибо в одиночку им явно никуда не добраться, но в этот момент неожиданно раздался звонкий, но сильный голос:

— Стойте!

Строгое лицо мужчины немедленно переменилось. В следующую секунду к ним приблизился ещё один всадник, который прежде находился за спинами остальных… а вернее сказать всадница.

Это была девушка примерно шестнадцати лет, облачённая в белую меховую куртку и перчатки. Её волнистые чёрные волосы скреплял серебристый обруч; лицо было изящным, как у прекрасной статуи, но в глазах горели весёлые огоньки, а на белоснежных щёчках проглядывался яблочный румянец.

— Мы не можем их бросить, генерал Гу.

— … Это не входит в наши обязанности, юная госпожа, — после некоторой паузы ответил мужчина.

— И в то же время нам ничего не стоит проводить их до ближайшего города, верно? — заметила девушка весёлым, но вполне рассудительным голосом. — Если вы не против составить нам компанию, — прибавила она, смотря на Сима и Лу Инь.

— Для нас это будет великая честь, — сложив руки поклонился Сима.

Девушка ответила улыбкой, поправляя непослушные волосы.

Генерал Гу на секунду задумался и наконец вздохнул:

— На всё ваша воля, госпожа… Фан Ху, возьми их на своего медведя!

— О, я бы хотела с ними немного поговорить, — заявила девушка.

— Чтобы смерды сели на вашу медведицу⁈.. Госпожа! — воскликнул другой мужчина.

— Именно так: мою. А значит решать мне и только мне, — беспечно заявила девушка.

— … Как скажите, — согласился генерал Гу, хотя на лицах у наездников читалось откровенное недовольство.

После этого девушка выехала вперёд на своём белоснежном звере и протянула руку Лу Инь, помогая ей подняться. Следующим на очереди был Сима. Он приблизился к гигантскому медведю, помялся, улыбнулся.

— Прошу прощения, но не думаю, что смогу на него забраться. Он… слишком высокий, — сказал юноша, продолжая дрожать от холода.

Вокруг зазвучали презрительные смешки.

— Слабак, — заявил один из стражников и раздражённо сплюнул.

Жители Небесных заводей с рождения впитывали густую духовную энергию, а потому были немного сильнее, нежели простые люди. Конкретно на землях Секты Ледяного Сердца витало сильное ледяное Ци, благодаря которому местные были более устойчивы к низким температурам, а медвежьи всадники и вовсе считались элитой своего племени: с их точки зрения трепет, который пронзал Сима и Лу Инь, был проявлением убожества, а значит достоин величайшего порицания.