А занят он был тем, что готовил почву для собственного бенефиса, поскольку вышел в круг следующим, сменив девчонку. Её противник ничуть не стушевался, выдав несколько комбинаций, от которых Дьогу благополучно защитился мастерскими уклонами и перемещениями, и поймал оппонента на бросок типа задней подножки. Я аж загляделся, так у него ловко получилось! А лопухнувшийся мужик уступил место следующему претенденту, которым, к моему немалому удивлению, оказался тот самый красавчик-мулат. И ведь не ударил в грязь лицом! Пожалуй, ни в силе, ни в скорости, ни в координации движений он Дьогу не уступал. Но я прекрасно видел, что уровень мастерства у них совершенно разный — Маседа брал опытом, точностью и чутьём. Местранду он и есть местранду, обычному ученику, даже старшему, не ровня. Но, надо отдать Дьогу должное, цели самоутвердиться за счёт молодого да раннего он перед собой не ставил, скорее, наоборот, дал пареньку проявить себя с лучших сторон. И из игры вышел тоже сам, филигранно подобрав момент, после которого ему бы пришлось резко повысить ставки, что чревато травмами. А так каждый остался при своих — Дьогу подтвердил реноме, красавчик-мулат тоже не опозорился. И мне даже стало интересно, кто следующий… вот только желающих что-то не находилось. Никто не спешил выходить в круг, да и музыка вдруг резко замедлилась.

С чего бы это, а? Я недоумённо покосился на трак, и чуть было в голос не чертыхнулся: клятая крашеная блондинка что-то втирала музыкантам, и те послушно кивали, стреляя странными взглядами в зрителей. Это что они там задумали, хотелось бы знать?..

— Эй, чемпион!

А? Что? Меня, что ли⁈

— Да, да, ты, гринго! — ткнул в меня пальцем абсолютно не запыхавшийся мулат. И задорно подмигнул: — Пойдём, поиграем!

— Не, — помотал я головой… и шагнул в круг, словив не самый слабый толчок в район поясницы.

Н-да… не будь я настолько расслаблен, хрен бы кто меня с места сдвинул! И уж тем более не эта пигалица — вторая, брюнетистая. Как она у меня за спиной оказалась — поди, знай! Но момент подобрала удачный. И ведь даже рыкнуть на неё не получилось! По той простой причине, что она тоже мне подмигнула и ещё ободряюще улыбнулась, продемонстрировав заодно большой палец, мол, будь спок, всё путем! Покажи шоу, чемпион!

Ну и что теперь? Свинтить? Тогда прощай авторитет. Остаться? Тоже прощай авторитет, поскольку моя техника капоэйры то ещё жалкое зрелище! Но выбора нет, лучше опозориться с корявым стилем жоги, чем опозориться с бесславным бегством. Позориться в любом случае, но, как в том анекдоте, есть нюанс. Так что пошло оно всё! Считайте, что сами напросились! Да и Дьогу, вон, улыбается, хоть и головой качает сокрушённо. Видимо, сам себя корит, что не уследил за непоседливыми подопечными. И те всё же учинили непотребство. Вернее, как раз сейчас учинят.

И ведь предчувствие меня не обмануло! Нет, поначалу всё шло неплохо — традиционное приветствие из стойки, жинга, чтобы себя показать да на других посмотреть, пара пробных махов — я ограничился банальным бенсу, он же толчковый фронт-кик в средний уровень, а красавчик-мулат, упав в негачиву, ответил мартелу ди шау и меа луа де компассу, и мы разошлись, как в море корабли. А вот второй заход… не знаю, кто дал музыкантам сигнал — подозреваю, что блондинка Флави — но они вдруг резко взвинтили темп, и мой оппонент включился в игру всерьёз, с полной скоростью и силой выбросив армаду с правой ноги, и тут же, без малейшей паузы, кейшаду с левой. От первой плюхи меня спасла только боксёрская реакция — я отклонился назад, пропустив стопу буквально в нескольких сантиметрах от собственного лица — а вот от второй ушёл уже полноценным нырком, благо высокие стойки позволяли. Ну а дальше случилось то самое фиаско, виной которому боевые рефлексы — на выходе из нырка я выбросил стандартнейший левый хук… и стандартнейшим же образом угодил точнёхонько в нижнюю челюсть красавца. Надо ли говорить, что тот опал, как озимые?..

— Амиго! — вырвал меня из глубин воспоминаний возмущённый голос наставника… и ветерок от его же остановленного в последний момент удара.

Ф-фух! А ведь чувствительно бы прилетело! Хорошо, Дьогу не забывает, что у нас всего лишь тренировка, иначе я бы сейчас с копыт слетел. По той простой причине, что чуть не поймал нижней челюстью маэ-гери кеаге, то есть поддевающий, который у капоэйристов называется бикейра, сиречь «носочек», и обычно бьётся под рёбра. Но допустимо и нестандартное применение, как вот сейчас.

— О чём задумался, Энрике? Или, — пытливо глянул мне в глаза Дьогу, — всё ещё по тому случаю грузишься?

— Есть немного, — нехотя признался я. — Просто никак не пойму, с чего вдруг вся эта суета началась! По-любому ведь те две пигалицы паренька подзуживали!

— Так и есть, камара. И, на самом деле, это я виноват, — порвал мне шаблоны Маседа. — Не доглядел. Я же там старший был, и это моя прямая обязанность — вести роду! Но Флавия с Мануэлой такие своенравные! Никакой на них управы! Только местре Аранью и побаиваются. А уж Витором крутят, как хотят!

— Думаешь, мне от этого легче, амиго? Для общественности именно я косячник!

На это Дьогу лишь развёл руками, мол, а что делать?

— Вот и я спрашиваю: что теперь делать⁈

— Восстанавливать репутацию, камара Энрике! Больше нечего!

— А как? — озадачился я. — В моём мире то, что произошло — чистая победа, а я со всех сторон молодец. А у вас… вон как!

— Учись жить в игре, — пожал плечами Дьогу. — Контролируй себя. И, самое главное, контролируй партнера…

Прервавшись на полуслове, Маседа ринулся на меня, явно намереваясь сшибить плечом, и нарвался уже на мой маэ-гери — проникающий в корпус, с подачей таза вперед, по всем заветам Игараси-сама… вернее, почти нарвался: не знаю, как мне это удалось, но я остановил удар на половине пути. Естественно, ценой потери устойчивости. Ну и увернуться теперь уже никак не успевал, а потому перевёл жёсткий встречный пинок в «дружеские» объятия и бросок скручиванием — в лучших традициях муай-тай. На ногах не устояли оба, но я всего лишь рухнул на одно колено, а вот Дьогу от души прокатился по песку. Правда, моментально вскочил, отряхнувшись, как кот, и довольно засмеялся:

— Вот видишь, камара Энрике! Уже начал!

— Вот ты!.. — в сердцах бросил я, но ругаться на наставника почему-то совсем не хотелось.

Тем более что тот вдруг застыл с выражением блаженства на роже, и после довольно длительной паузы выдал:

— Я понял!

— Ну и что же ты понял? — хмыкнул я, так и не дождавшись продолжения.

— Понял, как тебя учить! Тебе нужно сосредоточиться на бросках! Их у нас много, но они требуют особого мастерства… ведь надо не просто не бояться идти под удар, но ещё и уметь выбирать лучший момент!

— Ты про тайминги, что ли?

— Да как хочешь, так и называй, амиго! Главное, запрети себе использовать в игре руки! В смысле, для ударов! Забудь, что они могут это делать! В твоём случае должно действовать правило: ноги — ходят и бьют, руки — только бросают! Иначе ты мне всех игроков повырубаешь! К демонам!

— Хм… — невольно задумался я. — А ведь может сработать! Давай, показывай!

— Нет, сегодня уже не успеем, — мотнул головой Дьогу. — Завтра продолжим!

— Увы, но завтра никак, амиго!

— Что так?

— Работа. С утра в море, ещё затемно. Есть планы до заката успеть вернуться.

— Ну, значит, послезавтра! — жизнерадостно ухмыльнулся Дьогу. — Но мы из тебя сделаем непобедимого игрока, камара Энрике!

Оптимист, однако, — чуть было не ляпнул я. Но не ляпнул. И сам заржал, причём не менее жизнерадостно, чем Дьогу.

-//-

Бейра-ду-Сеу, 06.05.24 г. ООК, всё ещё утро

Н-да, ну и с какой же стороны к этому добру подступиться? Хорошо, не так давно (и года не прошло!) пришлось заморочиться с примитивной — на плоскости — топографией, а то бы сейчас даже не знаю, что делал! А так в верный «винт», стилизованный под электронную «читалку», занырнул, нужную литературку поднял — и вуаля! — хотя бы есть, от чего оттолкнуться. Да и, по совести ежели, нынешняя моя проблема куда проще, чем тайна карты, доставшейся нам с Вовой в наследство от сожранного в саванне бегунами-чита курьера дона Аурелио. Той самой, игральной, на которой приметный холмик был изображён. Беда только, что в такой же вот двумерной проекции, и исключительно гипсометрической. И не от слова «гипс», как можно подумать, а от слова «изогипса» — концентрическая линия, отображающая сечение неровностей рельефа на определённой высоте. Ну а непосредственно сейчас передо мной прямо на рабочем столе разложена здоровенная портянка — формата А0, не меньше — карты топографической. И, надо отметить, довольно подробной. Изображала же она, как нетрудно догадаться, архипелаг с говорящим названием Аркипелагу, хе-хе. Впрочем, более-менее точно на ней отображался только Илья-ду-Аманьесер, прочие же острова обозначались весьма условно, изгибами береговой линии. А что там, в глубине — тайна сие великая есть. Зато на проливы, бухты и просто протоки с прибрежными болотами, они же мангры, самодеятельный картограф не поскупился. Оно и понятно — нахрена автору, как выяснилось из подписи в «легенде» документа, моему знакомцу Педру Секейре, джунгли, скалы и прочие холмы с долинами? Ему туда соваться не с руки, особенно на «Мурене». Она, конечно, плоскодонка, но далеко не амфибия! Вот и ограничился кэп ровно тем, что необходимо для его профессиональной деятельности. Зато я теперь сиди, да репу чеши! Почему? Да всё просто — родное начальство, сиречь Монти, озадачило планированием местной, в пределах архипелага, сотовой сети. Ну да, примерно такой же, как в Порто-Либеро. Вернее, хотя бы такой же. Про сеть Мэйнпорта, на поддержание технического состояния которой корпы не скупились, и вовсе молчу. У обитателей архипелага если доступ к технологиям и имеется, то исключительно к тем, что доступны делягам из Порто-Либеро. Частью насквозь контрабандным, частью тупо ворованным, а частью и самопальным. И по вышеперечисленным причинам крайне неохотно между собой взаимодействующим. А тут ещё и природные особенности Роксаны, будь они неладны! По уму, тут везде надо оптоволокно тянуть. Ну, или хотя бы между самыми крупными островами. А уже на них вышки ставить, причём где-то чаще, где-то реже, и, крайне желательно, на возвышенностях. Но, как мне любезно пояснил тот же Монти, на оптоволокно средств нет. Да и обслуживать его сложнее, чем «соты»: на тех, знай себе, модули меняй, да в ус не дуй. И доступ к ним всегда открыт. Я имею в виду, ремонтникам. Впрочем, и всем ветрам тоже. Но в любом случае это проще, чем нырять под воду. Да-да, даже если глубина не больше метра — один хрен не с руки. Поэтому только вышки, только хардкор! Но это уже мои собственные аргументы «за» меньшее из зол. А чтобы жизнь тебе, дорогой товарищ Олег, вообще мёдом не казалась, усложним задачу, для чего введём ограничение по количеству оборудования. И вертись, как хочешь. Можешь даже уподобиться ужу на горячей сковородке. Никого такие подробности не интересуют. Но результат выдать будь добр! И результат не ниже удовлетворительного! Иначе дон Аурелио расстроится. И от этого будет недоволен. А когда дон Аурелио недоволен, плохо бывает всем. И эти самые «все» принимаются дружно икать козла опущения — да-да, именно так! И догадайся, амиго Энрике, кто в нашем конкретном случае станет крайним? Правильно — единственный человек, способный на пальцах объяснить грозному мэру, почему осуществить его желание в принципе невозможно. А? Что ты говоришь? Почему в принципе? То есть, возможно? Ну, в принципе? Вот и молодец, амиго! Вот и славно! Порадовал дядюшку Монти! Всё, иди, работай! Вот тебе кабинет — персональный, так что цени! — вот тебе карта… и вот тебе карандаш с перочинным ножиком. Приступай. Прямо сейчас, ага.