Карта

Умения:

—Навыки: Мечник III класса, Магический взор III класса

—Младшие заклинания: Заживление II класса, Обезболивание IV класса

—Средние заклинания: Локальная регенерация IV класса, Лечение III класса

—Старшие заклинания: Исцеление IV класса, Диагностика V класса

Инвентарь:

Меч IV класса

—Награды: Кейс III класса (Планшет, Расходники), Нейросеть IV класса, Дрон IV класса, Парализатор IV класса, Техинструмент V класса, Комбез IV класса, Нож IV класса, Реактор V класса, Мешок, Аптечка, Стрелкомёт V класса, Показывалка V класса

Очнулся я как-то резко, причем под аккомпанемент однажды уже мною слышанного треска где-то в районе головы, а утерев кровь, которой из под изодранного осколками шлемафона мне заливало глаза, услышал родную речь:

— Шереметьев, мать твою ушастую, он заходит на второй круг! — как-то надсадно и довольно хрипло позвали, очевидно меня, а спустя мгновение, булькающий и слабеющий голос, скорее всего раненного командира, прозвучал вновь. — Ты слышишь, Саня? Стреляй! Стре-ляй. Стре… ля…

Неожиданно.

Когда же я, слегка проморгавшись от липкой крови и выедающей глаза копоти, сумел-таки осмотреться, то обнаружил себя наполовину высунувшимся из люка монструозного многобашенного чудища наподобие Т-35, что коптил развороченным боком, замерев с порванными траками посреди грохочущего битвой поля боя, а над головой узрел с воем падающий на нас в пике, чем-то напоминающий Поликарповскую Чайку, биплан.

Не успев еще больше охренеть, я на пределе сил рванул к крупнокалиберному пулемету на крыше главной башни, почему-то больше напоминающему не какой-нибудь наш ДШКТ, а Браунинговский М2. С силой дернув снятый со стопора агрегат, я прильнул к прицелу, но осознав его бесполезность против воздушных целей, плюнул и принялся с криком выпускать всё что было в ленте просто в направлении мчащейся на нас ревущей смерти. Завораживающая своей смертельной красотой линия трассеров помогла скорректировать огонь, а взметнувшиеся ввысь росчерки даже на какой-то миг уперлись в плоскость вражеского крыла, от чего эта тварь, а теперь я точно знал кто босс данжа и более снисходительного определение пилот-палач не заслуживал, так вот эта мелкорослая тварь чуть повиляв отвернула, так и не скинув свою бомбу, а лишь прошлась оглушающей пулевой дробью по корпусу бронехода, едва не оторвав мне руку, скорее случайным попаданием, после чего, коптя черным дымным следом потарахтела куда-то вдаль, старательно, но очевидно с трудом, набирая высоту. Я же провожал ненавидящим взглядом, почему-то красный биплан с изображением белой розы на хвосте и черным номером 77, при этом старательно удерживая в памяти перекошенное от негодования лицо того, кому не удалось довершить начатое и намалевать на борту очередной крестик, и кого лишь на миг сумел узреть, а от успешного поиска и уничтожения которого теперь, зависит мое возвращение в мой мир.

С усилием разжав кисти рук, которыми «прикипел» к расстрелявшей всё до железки полдюймовке, как я теперь знал, называется тут данный пулемет, и утерев дрожащей правой рукой лоб, я поудобнее подхватил непослушную левую, которая осталась на месте лишь благодаря всему напяленному мною перед входом в арку, я на трясущихся ногах перебрался на свою родную башню с двухдюймовкой, командиром которой и являлся.

Однако долго пребывать в раздумьях, убаюкивая руку, пытаясь осознать всё случившееся и главное предстоящее, мне не удалось, так как услышав стоны еще живых боевых товарищей где-то внутри, я вспомнил что являюсь целителем и поспешил на непослушных ногах им на помощь. Жаль только, единственное что я успел предпринять, прежде чем быть отброшенным куда-то в сторону, уже в бессознательном состоянии из-за встречи моей многострадальной головы с мощным ударом осколка от близкого разрыва снаряда четырехдюймовой гаубицы, так это возведя очи куда-то ввысь невесело озвучить свое отношение ко всему происходящему: «Закусывать, блин, надо!»

И понять меня в тот момент было не сложно, не каждый же день попадаешь в столь лютейший трэшак, оказываясь в теле эльфа-коммуниста из боярского рода Шереметьевых, чей отец, директор Тверского Паровозостроительного Завода (ТПЗ), является еще и князем, главой Дома «Красного Революционного Мака», а мать, ведущий инженер Бронеходного КБ номер 9, вполне себе княгиня и даже лидер партии «Трудовая Аристократия», сам же Саниэль Виленович(рука-лицо) Щереметьев, пока в родном Торжке его дожидается гарем комсомолок, отправился защищать Родину от вероломного нападения полуросликов в войне, что длится вот уже почти год как, а началась с агрессии их Португальской Империи в Африке, где эти проклятые капиталисты вторглись в Кенийскую ССР, чтобы сорвать строительство космодрома на экваторе, с которого готовился запуск в космос первого в истории Земли, эм… разумного.

ГЛАВА 1

Голова…

Как же… болит… голова…

Где… я?

Кто я?

Что это за… эм, миникарта?

Да. Точно. Я помню… нет, не помню, я вообще ничего не помню, но я ЗНАЮ! Знаю, что эта вот штука в углу называется миникартой, и понимаю, для чего оно такое нужно. А еще, я осознаю, что такого не бывает… не должно быть у психически здорового… человека(озадаченно)*. Такое только в играх и встречается, а у нас… людей(с сомнением). Людей?

— Эльфов.

Ну пусть будет эльфов. У нас эльфов такого в реальности не бывает. Почему ж тогда я это вижу? Проклятие! Неужто я свихнулся? А что я еще вижу?

* В скобках я указываю эмоцию, выражение или действие, что сопровождает реплику.

Так, лежа на ворохе сена или даже соломы, я очень тряско еду на скрипучей телеге по разбитой проселочной дороге. Я раненный. Рядом со мной лежит…

— Еще один командир.

Да, и он с перевязанной грудью и… Стоп! Почему командир?

— Так у него ж командирские бриджи и сапоги яловые. Хоть он и до пояса раздет, чтобы было возможно перевязать, но явно же что не простой красноармеец. Хм. А бинты похоже не свежие. Да уж.

А почему тогда еще один?

— Так и у меня вон, из-под комбеза бронеходчиков не простые сапожки торчат. Мало того что командирские, так еще и определенно дорогие, под заказ шитые. Простой командир такое не сможет себе позволить, а для генерала я молод. Боярич, похоже.

Если я не помню кто есть таков, то как же ты понимаешь всё это?

— Да чего пристал? Сам же сказал: не помню. Вот и я так же, но смотрю на что-нибудь и вдруг понимаю, что знаю об этом.

А чего ты со мной как с кем-то другим разговариваешь? Свихнулся? По голове сильно прилетело? Шиза?

— Слушай, Костя, не выноси мне мозги, и так без твоих этих…

Костя? Точно! Я Костя! Костя… эм, не помню как дальше. А ты? Кто ТЫ тогда? Чего молчишь? Ау! Мда-а-а. Совсем я похоже… раненный. Эх. Куда ж это нас… меня угораздило попасть? Да еще и голова жутко болит от тряски. Ладно, продолжим изучать обстановку.

Тряслись мы не только вдвоем, в смысле с командиром, но еще и с…

— Политрук.

О, появился? Ау! Ну молчи-молчи. В общем, судя по его нарукавной красной звезде на предплечье, больше похожей на пятилепестковый цветок, еще и политрук с забинтованной ногой сидел чуть впереди телеги и держал на коленях голову бредящего(пауза)…

— Да простой красноармеец он. Чего пристал?

Ага, политрук держал на коленях голову мечущегося в бреду солдатика. Возница всего этого хозяйства с изможденным видом топал рядом по пыльной дороге, а на встречу нашему санитарному транспорту, что по-видимому направлялся в тыл, растянувшись, и как видно пребывая в весьма плачевном состоянии, шагала колонна… ко-оло-онна…

— Стрелковая рота это. Всё что осталось. Видно же.

Ага, видно. Прям июнь 41го. Стоп! Какой еще июнь?