— Давным…

До стадии Короля…

— Давным…

Императора…

— … Давно.

И наконец Святого.

Хэнь Шань остановилась в нескольких сантиметрах от Сима и посмотрела ему в глаза, продолжая улыбаться. Вдруг она дёрнулась вперёд, и её губы и губы Сима соприкоснулись. Сима бросился назад. Девушка не стала его преследовать, но зависла на месте, задумчиво щупая губы своими белоснежными, как будто сияющими в темноте, которая её окружала, пальцами.

— Иной раз наши чувства совпадают, по меньшей мере в физиологическом плане. Прямо сейчас её сердце трепещет от радостной тревоги. Это… весьма интересно.

Ох, ты волнуешься? Боишься меня? Нет… испытываешь отвращение? Зря. Если бы не моя сестра, я бы убила тебя сразу, я не из тех, кто любит говорить, однако она желает, чтобы ты узнал правду. Всю правду. Я не знаю почему, но, если это её последнее желание, я исполню его.

Сима молчал. Его руки со всей силы сжимали меч, сияющий фиолетовым светом.

— С чего же начать, с чего же начать, — переставляя босые ноги по воздуху, словно заводной солдатик, наигранно повторяла Хэнь Шань. — С того момента, как я узнала всю правду о том, что на самом деле представляет твоя родословная? Или когда я получила её после того, как поглотила жизненную энергию твоей дочери Клятвой Бесконечной Жертвы? А может, когда я впервые задумала сотворить Родословную Истинного Феникса, которая в итоге послужила для её подпитки и Его пробуждения? Или после, много после, когда мы обманули императора драконов и подкинули ему эту табличку? Или когда Он решил, что единственный способ освободиться от оков реальности — это призвать сюда душу из другого мира? Да, уже ближе, но ещё недостаточно.

Нет, мы начнём с самого начала, триллионы лет назад…

— Эта история берёт начало триллионы лет назад, — присев на темную софу, возникшую из ничего, стала рассказывать Хэнь Шань. — Когда Бессмертный осознал, что не в состоянии достичь настоящее бессмертие… Вернее, в те времена он ещё не был настоящим бессмертным. Он пытался им стать, как император драконов, но зашёл в своих экспериментах намного дальше.

Начнём с того, что всё в этом мире подвержено влиянию вездесущего закона увядания и возрождения. Люди и прочие твари умирают, но оставляют после себя потомство. Их Ци развеивается на ветру, их тела превращаются в корм для червей и удобрения для растений, растения становятся пищей для новых людей, всё течёт, меняется, возвращается; всё течёт, и всё течёт по кругу. Именно цикл бытия, само бытие, сама жизнь и реальность обладают подлинным бессмертием.

Поэтому Бессмертный решил стать вселенной. Так появился мир теней. Это был длительный процесс, который занял миллионы лет экспериментов. Я могла бы его тебе описать, но не вижу в этом смысла. Ты тоже не видишь? Не отвечай, я обращаюсь к своей сестре. Она говорит нет, ладно, на чём мы остановились, да, продолжаем.

Бессмертный первозданных духов сотворил мир теней — иную реальность, однако вскоре обнаружилась проблема. Несмотря на все его усилия, его собственная душа оставалась привязана к этому миру, его законам, его циклам, его Воле.

Он не мог освободить себя, поскольку сама идея об этом была частью этого мира. Время, пространство и каждое, даже мельчайшее желание представляли собой оковы у него на душе. И тогда Бессмертный решил, что единственный способ выйти за пределы этого мира — это найти нечто чужеродное, что поможет ему это сделать. Например, душу из другой реальности.

На тот момент их существование ещё не было доказано. Даже в теории. Опять же, Бессмертный сам прокладывал эту дорогу, камень за камнем, век за веком. Когда же он прощупал нечто похожее на «иную реальность», я не буду говорить, что она представляла собой на самом деле, он понял, что расстояние между ними было столь велико, что, даже если он сможет приманить тамошнюю душу, свободную от оков нашей казуальности, потребуются триллионы лет, прежде чем она прибудет сюда.

К тому времени его собственные жизненные силы, и так почти иссякшие после многолетних экспериментов, должны были подойти к завершению. Ему нужно было растянуть их настолько, насколько это было возможно. Даже спячка не позволяла этого сделать, ему нужна была подпитка, которая не нарушала бы законы мироздания, но при этом позволила бы ему растянуть своё бытие на триллионы лет. Он искал — и он нашёл, как это можно было сделать: с помощью наследия. Не оставить наследников, но самому стать наследием. Превратиться в подобие родословной, которая будет передаваться из поколения в поколение, пряча последнюю крупицу его сознания, паразита, пока тот не достигнет своей цели — тебя, — сказала Хэнь Шань и кивнула на Сима.

— Лишь в твоих руках «Родословная Тёмного Клана» могла обрести свою подлинную силу. Обычно она представляла собой лишь крупицу иного мира, созданного из души Бессмертного, но ты — ты смог сделать из неё нечто большее. Я не знаю, что именно, она должна была подстроиться под твой рассудок, способности, судьбу. Подстроиться таким образом, чтобы с её помощью ты мог сотворить абсолютное Тело — Лу. Инь, — как будто смакуя это имя проговорила Хэнь Шань, в то время как по спине Сима пробежала ледяная дрожь.

— Она не случайно стала тем, чем она стала. Для создания настоящего Бессмертного нужно было Тело, отличное от твоего. Ты заметил, что происходит, когда ты пытаешься проявить свою волю, мир теней, на реальность? Обычно тебе не хватает энергии. Её всегда будет не хватать. Чтобы создать целый мир, нужна энергия…

— … целого мира. Безграничное Небесное дыхание, — закончил за неё Сима.

— Именно так, — кивнула Хэнь Шань.

— Зачем нужно было разделять родословную и тело? — спросил Сима.

— Потому что для слияния нужны были мужчина и женщина.

Сима замер.

— Бессмертный не просто хотел сотворить новый мир — он хотел сотворить свой мир. Ты и Лу Инь представляли собой… назовём это подготовительный этап. Создателем мира должен был стать ваш отпрыск, отпрыск души из иного мира, неподвластный, как и она, верховной воле этого, и совершенного тела, обладающего бесконечной властью над его энергией.

— Мэй… — прошептал Сима.

— Древняя Бессмертная Мэй, — приподнимаясь сказала Хэнь Шань. — Мэй, которая дремала триллионы лет, чтобы переродиться в совершенном и свободном теле. Мэй, которая собиралась отблагодарить вас, своих родителей — и пешек. Мэй, которая хотела сотворить новый мир и уничтожить этот. Мэй, которую я поглотила вместе с её родословной и силой, когда использовала Клятву Бесконечной Жертвы.

Первая царица первозданных духов предугадала и предвидела многое, но только не это. Это был её единственный, фатальный просчёт, начиная с которого мы переходим от древней истории к нашей…

— Здесь будет сложно, и повторять я ничего не собираюсь, а потому слушай внимательно, — предупредила Хэнь Шань. — Как я уже говорила, мир теней существует вне пространства и времени нашей вселенной. Не знаю, пробовал ты или нет, но с его помощью можно не только замедлять течение времени, но и обращать его вспять.

Именно поэтому древняя царица первозданных духов Мэй смогла прожить несколько триллионов лет, прежде чем нашла себе новое тело. Пока её наследники несли на себя бремя мира теней, она использовала его как своеобразный кокон.

Когда я впитала её с помощью Клятвы Бесконечной Жертвы, я получила не только её родословную, но и все её воспоминания, которые иной раз проявляли себя не только в моём настоящем, но и в прошлом. Из-за этого были времена, когда я не понимала, Кто я такая. Первая трещина нарушает целостность всей структуры и ведёт к появлению другой, затем третьей, четвёртой. Вероятно, именно поэтому в моём сознании образовалось сразу несколько личностей.

На данный момент нас трое: я, моя сестра и уцелевшая, но неполноценная личность Бессмертной Мэй, которую мы постепенно поглощаем.