«Внимание! Следующая остановка: Континент Тринадцати Огней!»

«Внимание! Следующая остановка: Квартал Жемчужной Картошки!»

'Внимание! Следующая остановка: Земли Первозданных Духов!

«Внимание! Следующая остановка: Царство Простейших!»

«Внимание! Следующая остановка…»

Каждые несколько минут приятный дикторский голос зачитывал название следующей остановки. Некоторые из них представляли полноценные континенты, сверкающие всеми цветами радуги, другие — совсем небольшие станции, состоящие из единственной остановки, подвешенной среди небесной синевы и переходящей в тропинку, ведущую за далёкий горизонт.

Снова и снова вагон покидали и наполняли люди и прочие удивительные создания. В один момент Цао оказалась единственным человеком в окружении летающих тарелок, чашек, скалок, чемоданов и прочих «вещей», которые летали по всему вагону; другой раз девушка осталась в нём совсем одна — на первый взгляд. На самом деле она слышала разговоры, споры, зевки и смех, но ничего не видела, как будто её окружали некие призрачные, неосязаемые сущности.

Город Лазурного Феникса был не просто большим, но представлял собой узел, который связывал воедино тысячи миров и даже другие вселенные. В некоторых из них законы были настолько чужеродными, что человек, даже воин на стадии Святого, в принципе не мог там существовать, как трёхмерный предмет не может найти своего выражения в двухмерном пространстве. И только здесь, в пределах города, они могли хотя бы попробовать соприкоснуться.

«Внимание! Следующая остановка: Земли Забытых Снов».

Наконец, повинуясь спонтанному порыву, Цао вскочила на ноги и запросто вышла на очередной остановке. Перед ней предстал безлюдный вокзал, плавно переходящий по красным ступенькам в тихую жилую улицу.

Здания здесь были не особенно высокими — обычные жилые дома высотой в два или три этажа. Проходящая между ними тропинка, на которую спустилась Цао, была извилистой и узкой. Цао не видела дальше нескольких десятков метров. Её взгляд неизменно упирался в тупик и золотые небеса.

Девушке было всё равно. Она шла по дорожке с интересом и улыбкой, временами смотря по сторонам, на крыши, залитые светом заходящего солнца. Был ещё только полдень, когда она села в поезд, и провела она в нём не больше двадцати минут, однако мир за это время удивительным образом окрасили вечерние краски. Впрочем, почему удивительным? Город Лазурного Феникса находился за пределами привычного пространства и времени. Вероятно, подумала Цао, местные были к этому привычны.

Она с любопытством наблюдала за окнами окружающих домов, в которых временами мелькали расплывчатые тени. Цао уже подумывала о том, чтобы постучать и спросить дорогу — нет, не к вокзалу, к ближайшей достопримечательности, — как вдруг очередной поворот вывел её на открытую местность.

Улица закончилась.

Дорога превратилась в тропинку и пробежала за калитку.

Цао прошла за неё и оказалась среди невысоких, примерно метр вышиной, каменных монументов.

Это было кладбище.

Другая на её месте могла бы испугаться, но Цао даже не подумала о том, что её «открытие» могло быть страшным. С уважением сложив руки за спиной, она стала ходить среди могил, читать имена, вырезанные на каменных монументах. К сожалению для девушки и её любопытства, все они были записаны на неизвестных для неё и при том разных языках. Цао уже хотела поставить себе задачу найти хотя бы одну могилу, надпись на которой она могла прочитать, как вдруг остановилась и удивлённо приоткрыла глаза.

Перед ней стоял черноволосый юноша в длинной мантии.

— Здравствуйте, — сказала Цао ясным и беззаботным голосом.

Юноша повернулся и посмотрел на неё своими глубокими каштановыми глазами.

— Я не беспокою?

— Нет, — ответил юноша.

— Если что, я пришла сюда случайно! Я не местная, только недавно в городе — примерно тридцать минут. И вот решила прогуляться.

— Интересное место для прогулки.

— Знаю! На самом деле я немного потерялась, — призналась Цао и между делом встала в один ряд с юношей и, наклонившись и прищурившись, тоже посмотрела на могилу.

— Хэнь Фяо… Я правильно прочитала? — спросила она, разглядывая надгробный камень.

— Правильно.

— Хэнь Фяо, Хэнь Фяо… Красивое имя, — сказала Цао неожиданно даже для самой себя нежным и глубоким голосом. — А меня зовут Синь, Цао Синь, будем знакомы.

— Будем. Меня зовут Сима Фэй.

— Я точно не мешаю? Могу оставить вас наедине, если хотите, — предложила Цао.

— Не нужно. Это ничего не изменит.

— Оки-доки, — сильно не задумываясь на его ответом кивнула Цао.

Некоторые время она просто стояла рядом с юношей и молчала, пока солнце медленно катилось к линии горизонта, и тени от могильных камней становились всё длиннее и длиннее. Если бы в этот момент Цао увидел её верный слуга, Динь, он был не поверил своим глазам. Сам факт, что его подопечная может испытывать уважение к чужому горю, вызвал бы у него сильнейшее удивление. Однако сама Цао вовсе не чувствовала грусти; напротив, и кладбище, и юноша таинственным образом вызывали у неё на сердце чувство умиротворения.

— А кем она была? — тихо спросила Цао, смотря на могилу.

— Я не знаю.

— В том смысле, что никто не знает, что на душе у человека?..

— Нет. После своей первой смерти она успела переродиться ещё сотню раз и прожить сотню жизней, — сказал юноша. — Я был знаком только с первой из них, и то не до конца. С каждым новым циклом наша кармическая связь становится всё более тонкой и однажды совсем разорвётся.

— Вот как… — проговорила Цао.

Ещё примерно минуту она и юноша стояли в тишине и смотрели на могилу. Затем девушка сказала:

— Ну, мне пора, наверное. Меня уже ищут.

— Благодарю за компанию, — заметил юноша.

— Всегда пожалуйста. Надеюсь, в следующий раз встретимся в менее депрессивном месте… Хотя и здесь было не особо депрессивное… В общем, до более весёлой встречи!

Юноша молча проводил её глазами. Затем, когда девушка исчезла за поворотом, снова опустил взгляд на могилы — все могилы, которые покрывали небольшое кладбище и на которых на разных языках и разными знаками было начерчено одно и то же имя.

— С каждым новым циклом наша кармическая связь становится всё более тонкой и однажды совсем разорвётся, — прошептал Сима, прислушиваясь к отдаляющимся шагам Цао. — Но если ты нашла это место, значит, это случится не сегодня. Нам пора, — сказал он, качая головой, после чего положил руку на рукоять меча у себя на поясе, повернулся и исчез.

Сияло вечернее солнце.

Дул ветер.

На кладбище, тихо отбрасывая тени, стояли сотни могил.

Сотни историй, длинных и коротких, трагичных и счастливых, записанных в длинную книгу под названием вечность…

…

…

Стоило Сима повернуться, как мир вокруг него переменился, и на смену кладбищу пришёл обыкновенный кабинет. Сима приоткрыл окно, из которого открывался вид на шумный мегаполис, присел за стол и приступил к работе.

Казалось бы, он был божеством этого мира, имел над ним абсолютную власть — зачем же ему перебирать бумаги?

Всё просто: Сима делал это ради интереса. Чем больше у человека свободного времени, тем больше у него всевозможных увлечений. Сима был бессмертным, и за тысячи лет, прошедшие с момента их сражения с Божественным Императором Драконов, воспитал в себе великое множество хобби.

Кстати, конкретно с его точки зрения прошло всего несколько тысяч лет, в то время как Городу Лазурного Феникса, который они возвели вместе с Лу Инь, был уже почти миллион. Будучи фактически всесильным после поглощения наследия Бессмертной Мэй, Сима мог свободно отделять свою временную линию от времени окружающего мира.

В этом не было особого смысла, так как он мог ждать сколько угодно, но это, опять же, было интересно. Ему достаточно было щёлкнуть пальцами, чтобы посмотреть, как мир будет выглядеть через тысячу или миллион лет. А затем щёлкнуть ещё раз, чтобы вернуться в прошлое и подправить его, если результат ему не понравится.