— Я предпочёл бы отправить тебя на суд в целости и сохранности, однако я не смею требовать от Стражей Человечества сиюминутного решения, а держать взаперти Императора, пускай даже такого, как ты, довольно затруднительно. Благо, сердца Патриархов Тысячи Мечей изначально представляют собой атакующие артефакты, способные перерубить всё на свете — даже связь между Императором и его культивацией.

Ты станешь обыкновенным человеком, Гуанлин, и все усилия, которые ты прилагала сотни и тысячи лет, окажутся напрасны, — с триумфальным удовольствием заявил Солнечный Бодхисаттва.

Примерно на середине его речи Нинь Гуанлин перестала обращать на неё внимание и сосредоточилась на золотистых нитях. Она пыталась атаковать их ледяными ветрами и неистовыми снежными бурями, которые зарождались у неё на ладони, но все её усилия оказывались тщетны. Короли, в руках которых находились золотистые зёрнышки, оставались неподвижны.

И даже если бы у Нинь Гуанлин получилось одолеть наследие Вершины Тысячи Мечей, после этого ей пришлось бы сразиться против самого Солнечного Бодхисаттвы.

Положение казалось безвыходным, но именно поэтому многочисленные зрители были не в состоянии отвести глаз от всего происходящего. Когда ещё они смогут увидеть одного из сильнейших воинов в мире, могущественного Императора, в образе загнанного в угол зверя, который отчаянно пытается вырваться на волю?

Императрица Ледяного Сердца могла одолеть любого из них по мановению руки, но прямо сейчас её собственная жизнь висела на волоске, раскачиваясь над непроглядной бездной. И виной всему был Храм Тысячерукой Бодхисаттвы. Люди были уверены, что, когда известие о сегодняшних событиях распространится по всему региону, это окончательно закрепит за фракцией Солнечного Бодхисаттвы статус нового восточного гегемона.

Кто ещё мог позволить себе устроить прилюдную казнь настоящего Императора?

В ближайшую тысячу, а то и десять тысяч лет никто и не подумает о том, чтобы противиться Великому храму.

Именно в этом состоял план Солнечного Бодхисаттвы, который теперь с триумфальным удовольствием наблюдал за его исполнением и за безнадёжными попытками Императрицы Ледяного Сердца вырваться на волю.

Совсем скоро весь мир будет у него как на ладони, и тогда…

— Сами же говорили про удары в спину — а урок не усвоили.

Солнечный Бодхисаттвы и многочисленные зрители вздрогнули и посмотрели на молодого воина, который неожиданно появился за спиной Короля Забытой Бодхисаттвы, замахнулся саблей и перерубил ошарашенного старца на две половины.

Золотистый треугольник, который стремительно приближался к Императрицы Ледяного Сердца, тут же оказался разорван и погас.

— Предатель! — воскликнул Солнечный Бодхисаттва и вытянул руку. Сперва его сердце захватило смятение, но потом он увидел Сима, вспомнил, кто он был такой, и на смену ему пришёл восторг — восторг и бешеная жадность.

Это был он! Величайший предатель человеческой расы, который устроил Битву пред Белыми Вратами. Разве его не запечатали с драконами? Неважно. Если он его поймает, Стражи Человечества даруют ему неописуемую награду, возможно даже сделают его одним из них.

В глазах Солнечного Бодхисаттвы загорелся неистовый блеск, он протянул свою волю, чтобы схватить Сима, внутри него вспыхнуло огромное золотистое солнце… и вдруг стремительная лазурная вспышка разрубила его напополам.

— А?..

Солнечный Бодхисаттва повернулся, чтобы дать отпор своему новому противнику, но не успел этого сделать, как промелькнула ещё одна лазурная вспышка. Солнце внутри него затрепетало и развеялось, а затем могущественная сила, тоже Императорская по своей природе, но которой его собственная уступала в тысячи раз, как маленькая лужа уступает океану, грубо схватила его за волосы.

Даже воины не могли сразу осознать всё происходящее; зрители совершенно растерялись, а когда пришли в себя, им предстала невероятная картина: все три Короля Храма Тысячерукой Бодхисаттвы корчились на земле, в ногах черноволосого юноши, в то время как Солнечный Бодхисаттва превратился в отрубленную голову — ещё живую, но бледную, как сама смерть, — которую девушка в красной мантии бесцеремонно держала за волосы.

На платформе — и на площади — воцарилась мёртвая тишина.

На золотой платформе и на площади царила гробовая тишина. Вся толпа увидела, что именно сейчас произошло, но одно дело увидеть, и совсем другое — принять произошедшее. Стремительное поражение всех Королей Храма Тысячерукой Бодхисатвы и даже всесильного Настоятеля, Императора, было слишком невероятным, чтобы в него можно было просто взять и поверить.

В итоге своеобразным ключом к осознанию всего происходящего стала личность нападавших.

— Это они… предатели! — впервые нарушая тишину прошептал один из зрителей, бледнея прямо на глазах.

С момента Битвы пред Белыми Вратами прошло не так много времени, и тем не менее она уже обрела почти мифический статус среди жителей Небесных заводей (до Небесных берегов эта легенда ещё пока не дотянулась). В особенности все знали о «предателях человеческой расы», которые были в ней повинны.

Известная история их жизни начиная с Жемчужной провинции получила всеобщее распространение, правда, в таком варианте, который рисовал из них кровожадных злодеев, изначально настроенных против всего хорошего. Некоторые версии были настолько вычурными, что через пару сотен лет Сима и Лу Инь вполне могли превратиться в персонажей фольклора, которыми родители пугали бы нерадивых детей.

Поражение Солнечного Бодхисаттвы от рук безымянного противника было совсем невероятным, но если за этим стояли предатели…

— Это они! Кровавая Демоница Лу Инь! Лживый Змей Сима Фэй!

— Хватайте детей и бегите! Кровавая Демоница обожает детскую кровь, поэтому её мантия всегда красная!

— Лживый Змей Сима Фэй за свою жизнь не сказал ни слова правды. В своё время он продавал проклятые зелья, сделанные из детских сердец, и каждый, кто их пил, немедленно терял рассудок…

— А ещё он мужеложец! Я своими глазами видел тысячи мужчин, которых он обесчестил!

— Предатели! Предатели человечества вернулись!

Сима приземлился на золотистую платформу и окинул взглядом человеческое море, которое немедленно охватила громогласная буря, когда люди поняли, кто они были такие. Он предполагал, что за время их отсутствия Святые и Храм Тысячерукой Бодхисаттвы приложат все возможные усилия, чтобы выставить его и Лу Инь в дурном свете, но даже так некоторые выкрики из толпы невольно заставили его нахмуриться.

Стараясь не обращать на них внимания, Сима прокашлялся и посмотрел на Императрицу Ледяного Сердца и Мао Хуа, которые спустились на землю.

— Вы вовремя, — с улыбкой сказала девушка, поправляя мокрые от пота длинные волосы.

— Есть у нас такое свойство, — улыбнулся Сима.

— Ты стала Императрицей? — спросила Нинь Гуанлин, разглядывая Лу Инь пристальным и немного потерянным взглядом.

Лу Инь кивнула.

— Слишком быстро, — задумчиво прошептала Гуанлин. — Тебе действительно помогли драконы?

— Прошло больше времени, чем кажется, — ответила Лу Инь.

— За вратами оно протекает иначе?..

— Кхм, может, переместимся в более подходящее место для разговора?.. — прокашлялся Сима, краем глаза поглядывая на толпу, которая явно не собиралась в ближайшее время затихать. Нинь Гуанлин кивнула; Лу Инь, как бы спрашивая, что с ним делать, приподняла голову Солнечного Бодхисаттвы, которую всё это время держала за волосы.

— Убей, — отмахнулся Сима.

— Вы не посмеете… предатели! — Глаза Солнечного Бодхисаттвы немедленно раскрылись и вспыхнули. — Думаете вы победили? Глупцы! Я не знаю, какую тёмную миссию в этот раз вам поручили драконы, но вы её провалили! Своим появлением вы обратили на себя священный взор Стражей Человечества, они прибудут сюда, и вам конец! Вам всем конец, а потому молите меня, чтобы я уговорил их пощадить ваши тёмные души!