Он поднял руку в прощальном жесте и исчез. Я знал, что Он ушёл не до конца, чувствовал это, ощущал присутствие…, но Он ушёл. Оставил меня наедине с Аспером и чёрным хищным туманом, голодным хищником кружащим вокруг нас.

— Ты его не получишь!

В моих руках возник сгусток энергии, тут же отправившийся в туман. Его свет разогнал чёрные клубы, но они тут же сцепились вновь, подступили на шаг ближе, потом ещё и ещё.

Тело Аспера не шевелилось. Он не дышал сейчас и уже никогда боле не сможет вдохнуть. Он не сможет больше взглянуть ни на один из миров, не сможет ступить на новую, незнакомую землю, не увидит, как заканчиваются пути тех, кто ему дорог… Что-то слишком уж я к нему привязался. Не должно так строиться взаимодействие Осколка и вверенного ему существа.

Слишком поздно я это понял, да и потом. А в тот момент решил сделать ему прощальный подарок. За то, что стал первым камушком, лёгшим в основу будущего. Не светлого, так, скорее, чуть отфильтрованного.

Я открыл его закрывшиеся сами по себе глаза и взглянул в пустоту, что там осталась. Жизнь покинула его Душу, но я не мог просто так его отпустить. Вытекая из моих ладоней, сквозь него побежал поток чистой энергии. Я не верил в успех этой… операции. Просто ждал.

Ничего не происходило час, другой, третий. Тело в моих руках и не пыталось трепыхнуться, как-либо заявить о том, что снова готово жить… На четвёртый час он еле заметно дёрнулся, и я встал с земли.

Время пошло.

Мимо него проносились мириады звёзд. Оставляли за собой красочные следы разноцветные кометы, пестрели человеческие эмоции и жизни… Нет, не то.

Разум, насильно вытащенный из забытья уже второй раз за столь короткое время, бунтовал, подсовывая странные и неподходящие картинки, и немного времени пришлось потратить, чтобы его успокоить. Стабилизировать. До конца было не ясно, Аспер это или нет, но он осознавал, что видел, и это радовало.

Я хотел, чтобы он знал, как закончился его Путь.

Тишину длинного коридора рассекал стук острых каблучков. Королева Жизни шла, чуть пошатываясь, к тому, чьё нахождение на территории Города Королей было, мягко скажем, не оправдано. Но он решил свить себе логово именно здесь, и теперь управители должны были мириться с тем, что сущность, бывшая старше каждого из них, находилась прямо тут и разыгрывала какую-то собственную партию.

О нём знали не все. Фликия могла по праву гордиться, что была не только единственной оставшейся в живых Королевой, но ещё и единственной, кто мог считать себя его приближённой. По крайней мере, с ней он разговаривал куда как чаще, чем со всеми этими…

Остановившись перед дверью, за которой скрывалась уходящая глубоко вниз винтовая лестница, она взмахнула рукой, выводя из организма остатки алкоголя. Ни к чему показываться перед ним в таком виде. Сбросив фиолетовые крупицы, собравшиеся горкой на ладошке, она открыла дверь и прыгнула.

За мгновение до удара о каменный пол её подхватило золотистое свечение. Он знал, что она придёт, и знал, как она любит ощущение полёта, так что оставил для неё этот небольшой презент. Мысленно поблагодарив его за это, Фликия ступила на землю и уже тише зашагала к следующей двери. Открыла. Вошла.

Его жилище поражало воображение. Оно играло с законами пространства и времени так же, как он играл со всеми ними. Небольшая подсобка, о которой даже на чертежах не осталось упоминаний, его колдовством была превращена в просторный зал, сводчатую крышу которого поддерживала изысканная колоннада. По краям ютились роскошные небольшие дверки, ведущие в другие помещения, а вдалеке, там, у противоположной стены, находилось его рабочее место.

Никто, даже Фликия, не знал, чем он занимается. И не пытались узнать, потому что за это могло последовать наказание. И они боялись. Управители Тирии боялись.

— Ты пришла, — раздался за её спиной вкрадчивый голос, и она отпрыгнула, прижав к груди руки. С двери, закрывшейся за её спиной, на неё смотрела пара янтарных глаз. Под ними сквозь дерево проступила полуулыбка, а вслед за ней появилось лицо. Худое, сухое до ужаса. Кожа цеплялась за кости так, словно боялась упасть.

Он вышел из двери, совершенно не беспокоясь о том, что она закрыта. Длинные тонкие руки, жёлтая кожа которых была скрыта расстёгнутым элегантным чёрным пиджаком, разошлись в стороны, натягивая ряд мелких аккуратных пуговиц, сдерживающих идеально белую рубаху. С их прошлой встречи безымянный гость Города Королей сменил наряд на более соответствующий его происхождению.

По его речи Фликия догадалась когда-то, что он был представителем древнего аристократического рода. Это сквозило не только между слов, но и в его движениях, манере держаться, походке…

— Скучала? — Он улыбнулся чуть шире, и внутри у неё что-то ёкнуло. То ли сердце удар пропустило, то ли поджелудочную закололо…

— Да, — тихо ответила она, делая шаг ему навстречу. И его объятия сомкнулись на её плечах, окутывая тёплым запахом. Фликия закрыла глаза, растворяясь в этих чувствах. Как давно она его не видела? Год? Два? — Почему ты не приходил раньше?

— Не было повода. — Сухо ответил он, размыкая руки. Она удивлённо отпрянула, вглядываясь в сияющие подобно драгоценным камням глаза. Обычно их объятия были дольше.

— А сейчас? Что тебе нужно?!

— Не переживай, ничего сверхъестественного. — Он прошёл сквозь неё, и тело сжалось, почувствовав силу, скрытую в этом тщедушном на вид человеке. — Я хотел поговорить о том, кого вы приютили. Катакомбы Замка воняют Скверной. Как ты это объяснишь?

Он развернулся, и Фликия прижалась к двери. Его лицо перекосила злоба. Она уже видела его таким, когда…

— Отвечай!

Голос резонирующим эхом прокатился по залу, вызывая у старой Королевы необъяснимую дрожь в ногах. Она стояла перед ним как провинившаяся девочка, и не могла заставить себя вымолвить и слова. Темнота, плещущаяся в янтарных глазах собеседника, поглощала её мысли и внимание, расползалась в голове паутиной…

— М-мис… — прошептала она, на мгновение овладев речевым аппаратом, но он приложил палец к её губам, одним шагом оказавшись перед ней. Он был на полторы головы выше неё, и ей пришлось упереться затылком в дверь, чтобы не разорвать зрительный контакт.

— Давай ты не будешь врать, что не понимаешь о чём я, хорошо? И давай не будем воровать друг у друга время.

Фликия хотела сказать, что и не думала о таком, но почувствовала холод, расползающийся по телу. Ломая рёбра, в её грудь вошёл ледяной клинок, и из раны на роскошное платье вытекла аккуратная капля крови. Женщина обхватила лезвие пальцами, словно могла его остановить, но по металлу прошла золотистая волна, и они осыпались на пол обескровленными кусками плоти. А её любовник чуть надавил, и кончик клинка легонько цапнул позвоночник. Её ноги безвольно подогнулись, и Фликия осела на землю, не в силах отвести глаз.

Он выпрямился, отвернулся и взмахнул рукой. Её изувеченное тело подхватила неведомая сила, и она повисла в воздухе, не в силах что-либо сделать.

— Я узнал достаточно. Спасибо. На этом твой Путь заканчивается.

Фликия судорожно пыталась понять, когда он успел покопаться в её голове, но не успела. Драгоценное ожерелье, что он ей когда-то подарил, подлетело повыше, зацепилось за подбородок и резко сжалось. Зачарованные жемчужины, раскалившись добела, сжались в одну точку, срезая голову Королевы Жизни.

Обладатель сотни неназванных имён даже не обернулся посмотреть на смерть той, кому несколько раз признавался в любви. Она сыграла свою роль и больше не имела ценности.

Мистериус — так его здесь называли некоторые «приближённые», мнящие себя частью великой тайны, — чуть шевельнул пальцами, и голова Фликии оказалась в его ладони, провалившись в небольшое оконце портала. В стене рядом с ним открылась ещё одна дверь, за которой скрывался целый музей, заставленный бюстами людей. И на каждом постаменте ютилась чья-то голова, одним из древнейших заклинаний обращённая в камень. Теперь среди них была и Фликия.