Причем мой бытовой факультет в полном составе сидел тут как тут вместе с нами, упрямо сжав губы и решительно сверкая глазами, всем своим видом показывая, что никуда они не уйдут. Впрочем, никто и не подумал даже предложить им куда-то сходить погулять. Вайдер лишь бросил хмурый взгляд в их сторону, но, задумчиво пожевав губами, ничего не сказал.

— Итак, у нас остается открытым вопрос: что же делать, в конце концов, с Кортего и как легализовать ваше появление? — проговорила я, глядя, как устало жмурится ректор, на миг приобняв обеими руками Арриса и Сая.

— А в чем проблема? — вдруг усмехнулся Вайдер и отчего-то посмотрел прямо на Арэна. Я проследила за его взглядом и нахмурилась, потому что целитель как-то нездорово напрягся. — Хотите сказать, что власти не в курсе? У вас в башне с самого начала, как я понял, присутствует особо доверенный императорский уполномоченный, личный друг наследника, более того, один из кураторов секретной группы по изучению Серых земель. Тот самый, что возглавлял расследование по поводу природы серой магии, заразившей моих брата и племянника. И вы всерьез раздумываете, как бы легализовать их освобождение? Так он сам их в башню запер, сам и выпустил. Я вообще до сих пор думал, что это секретная операция особой группы… к которой у меня не было допуска. И только удивлялся, откуда он у вас всех. Впрочем, все закономерно. Если маг-целитель, тайный советник и манипулятор такого уровня не хотел, чтобы вы о чем-то кому-то рассказывали, у вас не было шансов. Сами не заметили, как сделали ровно то, что ему было нужно.

В столовой стало тихо-тихо. Я смотрела на целителя и думала: дура ты, тетя Сара. Пирожок со змеями, красивый парень, набивающийся тебе в женихи. Потому и помогать стал, ради твоих прекрасных глаз, да? Разве можно в твоем возрасте быть такой наивной? Да и с чего бы еще у него вдруг был допуск туда, столько сведений об устройстве охранной системы башни, о Кортего, в конце концов… Да и сама наша любительская операция прошла на удивление гладко. Меня даже на допросы не таскали. Это боевики бытовиков ни во что не ставят, но имперской службе уж точно не до стереотипов. Как той, кого и вовсе непонятно как вернули в мир живых, о чем наверняка успели доложить преподаватели, оставившие меня в Серых землях, мне уж точно должны были устроить допрос с пристрастием. Но хватило просто слова Арэна, чтобы меня не трогали… Могла бы и раньше об этом подумать. Без пинка со стороны. Но не подумала. И нечего на Арэна пенять, он мастерски отвлекал и занимал мою голову другим, исподволь приводя доводы в пользу строгой секретности. Но это не оправдание собственной глупости.

— Скажите, рэсс целитель, — после долгой-долгой паузы мне удалось с некоторым трудом разжать онемевшие губы, — а если бы нам не удалось разговорить Дарана. И очистить магию младших Сантеро от серой дряни. Что вы собирались делать дальше?

Он не ответил.

Но по его глазам я и так все поняла. Мои игры в спасение несчастных друзей закончились бы ровно в тот момент, когда Арэн решил бы, что они несут опасность империи. Он мог это определить с точностью, сам ведь… опыты ставил на парнях. Скорее всего, ради этого он нам и подыгрывал все это время.

У его группы ничего не получилось, время поджимало, решили запустить в эксперимент непредсказуемый фактор в виде иномирной бытовички. В целом-то решение правильное… и дало надежду нашим шлимазлам. А она недаром считается одним из самых сильных мотиваторов.

— Ясно… Что же. Может, все к лучшему. — Я сама не могла объяснить, почему так холодно и горько в груди. Нет, я не влюбилась. Но я ему доверяла. А он с самого начала хладнокровно пользовался этим. Нет, я понимаю! У него есть свой долг, и он старался помочь, насколько это было возможно, и все же помог. И я ему благодарна, правда! Просто… я больше не смогу ему верить. Наверное, никогда.

— Так это же к лучшему! Значит, одной проблемой у нас меньше, верно, рэсс целитель? — Запихнув свои дурацкие мысли и переживания как можно глубже, я повела плечами, сбрасывая напряжение, и улыбнулась застывшим студенткам, всем троим Сантеро, самому Арэну и Ги. Последний как-то особенно пристально в меня всматривался. — Хоть ты-то не имперский уполномоченный и не секретный агент? — зачем-то спросила я его, за улыбкой скрывая переполнявшую меня горечь.

— Нет, — серьезно ответил Валентайн. — Я просто декан факультета водников. Твой коллега.

— Слава богам… Арэн, что скажешь? Раз ты тут самый облеченный властью и вообще все курировал. Что нам делать дальше?

Он молча смотрел на меня пару секунд, чуть прикусив губу, а потом опустил ресницы, пряча непонятное выражение в глубине зрачков. И ответил так же спокойно, как я задала вопрос:

— Собственно, расследование закончено. Зато исследования только начинаются. Поскольку рэссы ай’Сантеро гарантированно не несут в себе скверны, держать их под стражей никто не будет. С обычной магией им предстоит разбираться самим. А Даран Кортего согласился работать в нашей группе в качестве…

— Подопытного тушканчика? — угадала я. Мне не было весело, но хотелось разрядить обстановку. — Ну, для него это лучший выход. Не оставлять же Серого властелина навсегда прикованным к моей кровати. Нам тут в башне такой питомец без надобности, да, девочки?

— Он останется под стражей, и его магия будет заблокирована, как серая, так и обычная, — медленно проговорил целитель. — Если будет себя хорошо вести и работать на благо империи… лет через двадцать, возможно, ему позволят снять печать пустоты. Он, кстати, просил, чтобы это сделала именно ты.

О как, неужто так штопор поразил, захотелось вновь острых ощущений? В любом случае за двадцать лет многое может измениться, вполне допускаю, что Кортего просто любопытно, чего я успею достигнуть за это время.

— Пф-ф-ф… мне не жалко. Кто вообще знает, что будет через двадцать лет. А до этого срока я, пожалуй, с удовольствием забуду и о Даране Кортего, и о серой магии, и о… — так и хотелось сказать «о тебе», но я не настолько наивна, — о прочих неприятностях. У нас, вообще-то, учебный год в разгаре.

— Нас, надеюсь, под стражу обратно не упекут? — нахмурился Аррис.

— Нет оснований. В попытках захватить власть и призвать нежить вы не были замечены, самой серой магии в вас практически нет. Несколько сеансов — и избавим уже полностью. Может, разве что отголоски останутся, — пожал плечами Арэн.

— Отголоски? Что это значит? — тут же насторожился Вайдер, подавшись вперед.

— Может, станут выносливее. Допускаю, останется небольшой иммунитет против тварей, владеющих некромагией. Ну и наверняка что-то вроде чутья к нежити. Где появится, куда ушла, если преследуют… Ничего опасного, зато полезное как для боевика.

— Да ладно, из этой ситуации у нас даже остались какие-то «плюшки»? Неожиданно, — выдохнул Сай. Судя по мечтательной улыбке Арриса, он подумал о том же.

Вайдер смерил их неодобрительным взглядом, но лишь покачал головой, вздохнув с некоторым облегчением, но задавать вопросы не перестал.

— А их магия? Я сейчас имею в виду нормальную здоровую силу.

— Только с обратным вектором. О привычном способе придется забыть. Но не думаю, что будет проблемой оставить их еще на год-другой обучаться в Академии, — обронил Арэн под сдвоенный возмущенный вопль Сантеро. Причем у Сайрена он прозвучал крайне неубедительно и с промелькнувшей на лице довольной улыбкой, когда он стрельнул взглядом в сторону тоже неожиданно довольной Айрин.

Пока они решали, сколько именно лет им теперь предстоит обучаться в Академии заново, овладевая обратным вектором, я окончательно пыталась прийти в себя, крепко, до побелевших костяшек, стиснув в руках чашку. Вроде бы все налаживалось, но горечь, засевшая внутри, так и не ушла. Нет, я справлюсь, конечно, справлюсь, как и всегда. Просто… Да нет, без «просто». Справлюсь…

Кто-то коснулся моего плеча, заставив вздрогнуть. Но, подняв голову, натолкнулась лишь на все тот же понимающий взгляд Ги. «Все будет хорошо», — шепнул он неслышно одними губами. И вроде бы вот простая фраза, я бы даже сказала, банальная и заезженная, но отчего-то от нее на душе потеплело. И я поняла главное: разумеется, будет! Теперь просто не может не быть. И светло улыбнулась мужчине в ответ.