– Я от своих слов не отказываюсь, но, может, моя полезность будет в чем-то ином? Я и сам могу сходить за продуктами…

– Не-а. Тони тоже хочет прогуляться, – и, не удержавшись, показала ему язык.

– Ты что, его одного не выпускаешь?

– А ты бы выпустил?

Усмехнулась, вспомнив, как однажды Тони засмотрелся на проезжий караван с пегасами и, пытаясь на ходу сделать эскиз, дошел за ними до самых ворот. Там его и нашла, когда уже сходила с ума от беспокойства… Загадочная душа художника или же врожденное раздолбайство пополам с легкомысленностью – сложно сказать, но хоть признает свои ошибки.

– Логично…

– Ладно, шучу, за продуктами он ходит сам, да и так, по мелочам – не ребенок же, – Кевин еще раз одарил меня весьма скептическим взглядом, – Просто весьма рассеянная и увлекающаяся личность, поэтому если ему хочется что-то нарисовать, лучше за ним приглядывать – потеряется во времени только так.

– Хорошо, как скажешь, выгуляю его… – тут взгляд Кевина подчеркнуто безразлично скользнул к ошейнику в моей руке. – Мне его на улицу надо будет надевать?

– Зачем? В базе тебя нет, так что мы будем считать тебя свободным, и, думаю, на самом деле, так оно и есть. Полагаю, те, кто хотели тебя убить, определенно не узнают в здоровом, молодом, свободном, опрятно одетом парне своего полуживого раба. Что бороду сбрил – вообще в тему. Советовала бы еще подстричься, кстати говоря. Ладно, иди на кухню, я эту мерзость отнесу подальше и тоже к вам присоединюсь.

***

– Список продуктов у Тони, он лучше знает, что нужно купить, деньги тоже у него … – перечисляла я перед уходом на работу, в то время как Кевин и Тони терпеливо слушали.

– Он точно знает, что надо покупать? – усомнился Кевин.

– Эй! Я, вообще-то, тут уже почти год заведую хозяйством! – возмутился Тони, воспылав праведным негодованием.

Кевин покосился на него с сомнением в глазах, но промолчал.

– Не обижай Тони! Он может потеряться во времени, увлекшись чем-то, но свои обязанности выполняет исправно… В основном. Так, кажется все? Чужим не открывать! – добавила на всякий случай, проигнорировав демонстративное закатывание глаз от Кевина. Проверяя, все ли инфо-кристаллы положила в сумку, едва не выронив заботливо упакованный пирог.

– А в парк можно? Там белка, а еще дятлы и… – напомнил Тони, с воодушевлением перечисляя вожделенные перспективы.

– Только ради белки! Один эскиз. И не больше часа. Задержишься – Кевин за шкирку притащит тебя домой, понятно? – строго уточнила я, в то время как Кевин довольно улыбнулся, демонстративно потирая ладони.

– Без рукоприкладства, пожалуйста! – очередной строгий взгляд достался уже новому жильцу: еще не хватало, чтоб моего Тони кто-то пальцем тронул.

– Хорошего же ты мнения обо мне…

– Лучше прояснить все сразу, – пожала плечами, подхватывая тяжелые папки с документами.

Кевин неодобрительно покосился на груз в моих руках.

– Может, сразу сейчас и пойдем? Проводим тебя до участка, а потом – на рынок? – предложил он.

– Зачем? – я сдула упавшую на глаза прядь волос, мысленно прикидывая план действий на сегодня.

– Донесем отчеты, чтобы ты не таскала тяжести, – терпеливо пояснил он, мягко, но настойчиво отбирая папки.

– Эм-м… Ну да, вообще-то можно… – пробормотала растерянно. – Только идем прямо сейчас, время поджимает.

Тони тут же умчался за списком и деньгами. Я же оценивающе посмотрела на Кевина. Абсолютно посторонний человек, с которым меня случайно столкнула судьба, тем не менее, он проявлял своеобразную ненавязчивую заботу, скрывавшуюся за его такой нарочитой бесцеремонностью. Это сбивало с толку.

– Что, совсем не привыкла принимать чужую помощь? – тихо хмыкнул он, заметив мой настороженный взгляд.

– Уж прости, привыкла надеяться только на себя, – буркнула, натянуто улыбнувшись.

– Оно и видно… Не ищешь легких путей, ага? – на его губах появилась понимающая усмешка.

– Можно подумать, у тебя по-другому, – фыркнула, нервно дернув плечом.

– Кстати, твой охлаждающий артефакт, – напомнил Кевин.

Я едва сдержалась, чтоб не хлопнуть себя по лбу. Собиралась же занести его в мастерскую! Если бы не напоминание, так бы и оставила вещицу здесь, а потом расстраивалась из-за своей забывчивости…

Прямо в обуви вернулась в гостиную и, подхватив прибор, мельком осмотрела его. Машинально нажала на кнопку активации, и мне в лицо повеяло свежим воздухом, заставив от неожиданности отшатнуться.

– Что за…

– Я починил его, – в сдержанном голосе Кевина сложно было не заметить самодовольных ноток.

– Ты? Ты же не маг, как сумел? – я недоверчиво перевела взгляд на парня.

– Магическая начинка цела. Его просто нужно было как следует прочистить. Ты не представляешь, сколько всякой дряни там скопилось: явно за много лет никто не додумался промыть его изнутри, – обронил он насмешливо, заставив меня слегка покраснеть.

– Я даже не знала, что он открывается… – пробормотала смущенно.

– Угу. В наше время все привыкли полагаться на магию, позабыв, что она все же должна на чем-то базироваться.

– Спасибо.

– Да не за что! Пытаюсь быть полезным, – и он подмигнул мне, вызывая невольную улыбку.

До самого участка мы с Кевином почти не разговаривали: каждый размышлял о своем, стараясь не обращать внимания на привычную болтовню Тони, решившего поделиться с нами методикой изображения животных в движении. К слову сказать, оказалось довольно познавательно, и под конец я даже заслушалась.

Привычно одарив Тони нежным поцелуем на прощание, неожиданно наткнулась на странный взгляд Кевина. Вопросительно приподняла бровь, но тот лишь дернул уголками губ и неопределенно мотнул головой. Забрала отчеты и, отозвав Тони в сторону отсчитала еще денег, чтобы они могли подобрать для Кевина какую-нибудь одежду. Как-то не подумала раньше, что у него практически ничего нет. И, с чувством исполненного долга, еще раз попрощалась с парнями и взбежала по выщербленным ступенькам участка. День обещал быть насыщенным…

***

Как оказалось, я была излишне оптимистичной, посчитав предстоящий день, а заодно и всю следующую неделю «насыщенными». Больше подошло бы определение «сумасшедшие».

Неустанная беготня по городу, десятки прошений, поданные в различные инстанции, визиты к артефакторам, магическим нотариусам, походы в лавки, торговавшими ошейниками – это еще не полный перечень моих бесконечных дел. Кроме того, поздно вечером, как обычно не почувствовав вкуса наспех проглоченного ужина, я тщательно изучала свои записи и новые добытые документы. С последним Кевин, как мог, пытался помочь, но все тщетно.

Где-то были тонкие, едва заметные ниточки, где-то – целые веревочки, но, несмотря на их тесное переплетение, они либо замыкались друг на друге, либо бесследно обрывались.

Мной овладело отчаяние от осознания собственного бессилия. Возможно, оно также повлияло и на мою потерю бдительности. По крайней мере, ни тогда, ни позже, я так и не смогла точно понять, как получилось, что не услышала шаги за спиной. В последний момент попыталась обернуться, но лишь почувствовала действие парализующего заклинания, погрузившего мое сознание в абсолютную темноту…

Сознание возвращалось урывками, не желая выплывать из всепоглощающей, беспросветной мглы. Сначала, словно сквозь плотный слой ваты, в измученный мозг проникли приглушенные звуки: звон каких-то металлических предметов, плеск воды и веселое насвистывание. Они то пропадали, когда моим сознанием вновь овладевала тьма, то вдруг усиливались, и, казалось, я вот-вот смогу открыть глаза. Но пока на это не хватало сил.

Следующим проснулось обоняние. Пахло, почему-то, морской солью и, совсем немного, водорослями. Впрочем, этот запах почти заглушался резковатым ароматом каких-то медикаментов.

Сразу после этого вернулась чувствительность. Тело неприятно ломило, руки и ноги затекли, голова раскалывалась. Во рту пересохло, а в горло будто насыпали песка.