– В Центре все нормально, все стабильно, – и почти не соврала же: опасность грозила конкретно мне, не Центру, и поспешила перевести тему. – Что у тебя? Судя по тому, что возвращаться ты не торопишься, ничего хорошего?

– Ох, Летта… Ты даже себе не представляешь насколько. Я в самых худших вариантах не мог бы предположить, насколько все ужасно. А самое мерзкое – многие представители власти об этом знают, но даже не считают нарушением закона! Гниль, сплошная гниль… Ладно, не буду тебя сейчас грузить этим. Вернусь – расскажу. А пока буду стараться делать все от меня зависящее, чтобы вычистить это логово. Береги себя, передавай всем привет.

– Давай, Нейтан, я в тебя верю, – вздохнула, крепко стискивая блок артефакта, но мужчина уже отключил связь.

Как я и думала, тащить его сюда не имело никакого смысла – там он нужнее.

– Это твой начальник? – тут же уточнил Кевин.

– Да, Нейтан.

– Знакомое имя…

– Да? Ну, может, я тебе его уже называла…

– Нет, я совершенно точно слышал его не от тебя. И… Мне кажется, я виделся с ним. Или должен был увидеться… А может, только кажется, – Кевин криво усмехнулся, покачав головой.

– В любом случае, это несложно проверить: когда Нейтан вернется, встретимся с ним. Может, он действительно тебя знает… Было бы неплохо, – я улыбнулась, представив, насколько бы это все упростило.

– Ну да, ну да… Кстати, а что за фишка с твоим именем? – спохватился Кевин уже у самых дверей, заставив меня остановиться от неожиданности и удивленно взглянуть на него.

– Что, прости?

– Ты – Николетта. Тони зовет тебя Никки, Ванесса – Ник, в участке – Ника, твой Нейтан только что называл Леттой…

– И? Кому как нравится, так и зовут, – я пожала плечами, не понимая, чего конкретно Кевин от меня хочет.

– А тебе как нравится?

– Николетта. Красивое же имя, зачем его сокращать? Но имена придуманы не для их владельцев, а для удобства окружающих. Так что единственное, на чем настаиваю – «Никки» только для самых близких. Брату и Тони можно так называть, и все…

– Красивое. И величественное – тебе подходит… Николетта, – улыбнулся он, смерив меня непонятным взглядом и, заканчивая разговор, открыл передо мной дверь в дом, где нас уже ждал соскучившийся за день Тони…

Через пару дней после звонка Нейтана со мной связался следователь Дилан Марианзи и назначил личную встречу в участке, толком даже не объяснив, чего ожидать. Оставалось только догадываться, связаны ли эти два события. Вроде мне удалось убедить Нейта, что приезжать раньше срока не нужно, и у меня все в порядке. С другой стороны, возможно, у следователя возникли некоторые определенные вопросы как раз по моим последним делам. Недаром же он забрал у меня материалы еще до всей этой ситуации с Кевином…

Кевину не очень понравилось, что на эту встречу я иду без него. Но тащить его с собой к Дилану было бы странно, да и не уместно. Опасность мне не грозила – бродить по пустынным улочкам до и после визита в участок точно не собиралась. Так что с чистой совестью оставила своих парней дома.

Тони обрадовался этому больше всех – в последнее время нам с Кевином, озабоченными всеми этими поисками, было как-то не до него, и трепетная душа художника страдала без внимания и общения.

– Здравствуй, Николетта, рад, что ты нашла время для встречи со мной, – мужчина вежливо улыбнулся мне и указал на один из стульев для посетителей.

До этого я встречалась с ним всего пару раз, и тогда он постоянно торопился куда-то, по своим делам. Дилан обычно уделял мне от силы минут пять-десять и убегал. Такого случая, чтобы спокойно посидеть в его кабинете, ведя неторопливую, долгую беседу – точно еще не было.

– Здравствуйте… – я чуть растерянно улыбнулась в ответ и села на указанное место.

Хотя перед Тони и Кевином усиленно показывала, что эта встреча для меня ничего особого не значит, сейчас чувствовала себя несколько неловко. Чтобы как-то отвлечься и успокоиться, сцепила руки в замок, устроив их на коленях. Взгляд сам собой метнулся к двери…

– Только пришла, а уже испытываешь желание избавить меня от своего общества? – следователь едва заметно усмехнулся, заставив меня окончательно смутиться.

– Что? Нет, просто…

– Ладно, не буду тебя долго мучить. Просто не хотелось вести подобные разговоры по артефакту.

– Угу… Через него проверить правдивость слов собеседника сложнее… – подтвердила я тоскливо и тут же осеклась, вспомнив, что и кому говорю.

Демоны! Ну не вяжется этот молодой мужчина, да что мужчина – парень, выглядевший даже моложе Кевина – закаленным следователем. Но, к счастью, реакция у него тоже была под стать – он лишь негромко рассмеялся, покачав головой.

– Тоже верно. Ты помнишь наш последний разговор? – уточнил Дилан уже серьезнее.

– Его сложно забыть. Дело о девушке, что… – начала я, но меня тут же перебили.

– Нет. Суть последнего разговора была в том, чтобы ты не лезла не в свое дело. Послушай, Ника, я понимаю, что тобой движет, правда. Но то, во что ты ввязалась… – он сокрушенно покачал головой. – Где тот раб, которого ты нашла в особняке Луи Варреса? Ни в какую другую больницу его не переводили, верно ведь? И о нем нет больше никаких упоминаний… Я бы подумал, что его убили так же, как и остальных, но тогда ты бы не была такой спокойной и давно уже подняла бы бучу. Я прав?

Я неопределенно пожала плечами, настороженно глядя на мужчину. С каждой минутой этот разговор нравился мне все меньше и меньше.

– Сам вижу, что прав… Может, оно и к лучшему. Сидите с ним тихо и никуда не лезьте, хорошо? – повторил Дилан медленно и отчетливо, как несмышлёному ребенку.

– Я не лезу никуда, занимаюсь своими прямыми обязанностями, – ответила холодно, прямо встретив его взгляд.

– Ну конечно… Что за ошейник ты носила на экспертизу и пробивала в базах совсем недавно? – задал он следующий вопрос без какого-либо перехода.

Но я лишь пожала плечами, уставившись на него с вызовом:

– Не думаю, что для вас проблема посмотреть эти отчеты и узнать все то, что узнала я.

– Не проблема… Проблема в том, что я сталкивался с тем, кто создает подобные артефакты, и ничем хорошим это не закончилось! Пойми же, для тебя будет лучше, если просто забудешь обо всем, что видела и слышала, пока не поздно. Знаю, о чем ты думаешь: закрыть глаза – значит, дать свое разрешение на то, чтобы продолжали происходить такие вещи. Это не так. Я занимаюсь этим делом, Нейтан занимается схожими расследованиями, рано или поздно мы добьемся того, чтобы подобных тварей стало меньше в нашем мире, но до тех пор… – похоже, я крепко его встревожила, раз даже всегда спокойный и добродушный следователь повысил голос.

Может, он и был прав, да вот только запоздало его предупреждение – я уже встретилась с тем пресловутым магом! Отступать просто не имела возможности при любом раскладе. И потом, мне все равно есть, что сказать ему на это.

– И что прикажете? Просто ждать? Пока они издеваются над молодыми парнями и девушками, сидеть, сложа руки? Может, еще и отказывать в помощи тем, кто напрямую обращается в Центр?

Дилан несколько секунд смотрел на меня, что-то прикидывая.

– Не понимаешь, значит… – с тяжелым вздохом он встал со своего места и отошел к дальнему стеллажу.

Покопавшись там, достал небольшую стопку папок и бросил их передо мной на стол.

– Что это? – я недоуменно уставилась на него, не спеша брать в руки ближайшую.

– А ты полистай, посмотри, а потом поделишься своими соображениями. Не торопись, я подожду, – добавил он хмуро и сел обратно, не сводя с меня тяжелого взгляда.

Нервно передернув плечами, открыла одну папку с отчетом, пролистала его, недоуменно сдвинув брови. Девушка-рабыня наложила на себя руки: следов насилия не обнаружено, дело закрыто. Открыла следующий отчет: парень-раб купался в озере и утонул. Дело закрыто…

Пролистала еще несколько, во всех фигурировали рабы, умершие по той или иной естественной причине. Устремила озадаченный взгляд на Дилана и по инерции открыла очередную папку. С первой страницы на меня смотрела девушка, чье дело я вела до тех пор, пока Дилан не забрал у меня данные материалы. Причина смерти: удушение. Убийца – парень-раб, который после преступления сбросился с крыши.