Быстро пробежавшись по оставшейся связи с подчинёнными им эльфами, Астерот похолодел, узнав, что на его стороне осталась одна лишь Убийца. Одарённая эльфийка со способностями к невидимости единственная не поддалась чарам обозлившейся на весь свет Жрицы, но всё равно была на грани. На всякий случай приказав ей отойти подальше, в лес, и затеряться там среди деревьев и кустов, взглянул на Цита. Полукровка стоял, с отвращением глядя на то, что устроила та, кого он ещё недавно хотел спасти. Хорошо, значит, это ещё мыслить способен.

— Великая Тьма, эта тварь забирает моих слуг! — выругался Астерот сквозь зубы. Внутри растеклась бурной рекой жадность, требующая вернуть обратно то, что было его, но он понимал, что сами они против Жрицы не справятся. Значит, надо придумать что-нибудь ещё…

— Совсем полетела, — жалостливо протянул Цит, глядя на творящуюся под ними вакханалию.

— Ешьте, дети мои! — продолжала орать Королева. Она стояла в самом центре вихря, посылая время от времени красные разряды в летающие трупы. Мёртвые тела вышибало из общей массы, и они отлетали, падая неподалёку от задних рядов голодных эльфов, которые, позабыв свою брезгливость, тут же накидывались на прилетевшую «свыше» еду. — Вкушая плоды, ниспосланные нам судьбой, мы растём над собой, забывая прежние обиды и предрассудки! И да восстанет новое общество эльфов, и да прославятся Истинные!

Безумное море воскресших остроухих подняло руки вверх, прорычав куда-то ввысь что-то вроде «Урра!»

— Но… — Жрица запнулась, даже смерч чуть замедлился. Астерот сжался: поди, почувствовала его Иссушённых. Быстро обрубив связи с ними, он внимательно прислушался к гремящему над поляной голосу Истинной эльфийки: — ли! Убейте тварей, пришедших на всё готовое, и сожрите их, поглотив чужие силы!

Море трупов пришло в движение. Причастившиеся эльфы развернулись, безошибочно вычислив среди самих себя шестерых Иссушённых, и тут же вместо однородной толпы на руинах лагеря оказалось шесть разрозненных куч. Каждая из них тряслась, пытаясь добить подчинённого Астеротом эльфа, и в максимально сжатые сроки у них получилось выполнить задачу.

— Мои совершенные воины, вот наша первая победа! — продолжила свою проповедь окружённая кровавым маревом Жрица. — Она была первой, но далеко не последней. Пожрав плоть Иссушённых, мы узнали, что в нашем лесу завелась очередная поганая Тёмная тварь! Так давайте найдём это бесхребетное существо и сделаем этого эльфа частью нас!

Толпа взревела, а Астерот судорожно продумывал план побега. Пойти той же тропой, что и Убийца, было бы крайне рискованно, ведь тогда на их след точно бы напали. Уходить по отдельности в разные стороны? Лира и Цит — не Иссушённые, держать с ними связь на расстоянии вряд ли будет возможно. Бежать обратно — не вариант, ему надо в мир эльфов, а не в осточертевший уже Витер.

Тут сознание Астерот пронзила догадка, и он, глядя на то, как в их сторону устремилось около сотни Истинных эльфов, обратился к Циту:

— Доставай карту! Через десять секунд ты должен быть готов вести нас к развалинам!

Выпустив из ладоней Материю, он соткал вокруг них очередной круг. На менее затратное плетение времени не было, поэтому портал он решил сделать грубой силой. Когда тёмно-фиолетовая линия вокруг них была накачана Тьмой почти полностью, внутренний контур раскрылся, выпуская Материю внутрь круга. Лира испуганно вскрикнула, Цит попытался отпрыгнуть от чёрной волны, хлынувшей на них. Астерот прокусил средний палец правой руки и быстро начертил кровью несколько символов, застывших перед его лицом.

Время тянулось медленно, будто помогая ему спеть сделать всё задуманное, но он понимал, что это 0 лишь игра его восприятия мира. Даже закрыв глаза Тёмный слышал две сотни ног, идущих к ним, чувствовал жажду крови обновлённых эльфов. Жрица, парящая над руинами, светилась в его внутреннем взоре ярким красным огнём, освещая своей злобой лес на много мертов вокруг.

Наконец, выведя десяток Рун из рапиры, Астерот сложил их в общую кучу, и на весь лес прозвучал взрыв. Правда, головы Истинных повернулись совсем не в их сторону, а в совершено противоположную — Руна Пространства помогла перенести звук и ударную волну в другое место, оставив при этом всю высвободившуюся энергию внутри черного круга.

Воскрешённые эльфы тут же кинулись к нескольким упавшим деревьям, подгоняемые своей королевой. Многие из них использовали для бега и ноги, и руки, уподобившись зверям, другие бежали по спинам опустившихся на четвереньки сородичей. Каждый хотел добраться до помятого взрывом оврага первым, чтобы урвать себе кусок мяса побольше.

Гонимые голодом, навечно поселившимся в них, они не заметили, как холм, на котором на самом деле готовился побег, окутался Тьмой. Материя метнулась вверх, скрывая под собой даже некоторые низкие деревья, и рассеялась, унеся их подальше от кровожадных эльфов.

***

Спустившись в овраг перед всеми своими «детьми», Жрица яростно взвыла. Её почерневший посох, украшенный засохшей кровью и болтающимися на лучах звезды кусками мяса Осквернённых, жалобно скрипнул, когда его воткнули в землю. Оглядевшись магическим взором, Королева Истинных зарычала.

— Нас обманули! — эльфийка, до сих пор парящая немного выше земли, топнула ногой с такой силой, что трава под ней скукожилась и почернела, осыпавшись через секунду пеплом. — Эти твари сбежали, послав нас по ложному следу! Но мы найдём их… — прервавшись, она подлетела к посоху и закинула себе в рот один из кусков мяса. Перепачкавшись фиолетовой кровью, она улыбнулась и взлетела повыше, чтобы её могли слышать все. Восставшие из мёртвых эльфы задрали головы, не в силах отвести взгляды от подарившей им новую жизнь Жрицы. — Дети мои, мы обязательно найдём эту Тёмную тварь! Вместе мы пройдём этот лес вдоль и поперёк, и ни одна мерзость мимо нас не пройдёт! Мы сожрём их всех, принеся им очищение в смерти, ведь только так они смогут искупить свои грехи!

От единственного уцелевшего дерева в овраге отлетела небольшая тень. Поравнявшись со Жрицей, колдунья скинула капюшон. Бледная кожа казалась ещё бледнее из-за горящих янтарём глаз, со смесью интереса и омерзения смотрящих на собеседницу.

— Кто ты? — прорычала Истинная, не решаясь напасть. Она чувствовала в этой хрупкой девочке силу и понимала, что за миниатюрной точёной фигуркой может скрываться кое-что гораздо более убийственное, чем женская хитрость.

— Вам об этом знать не обязательно. Гораздо важнее то, что мы можем быть друг другу полезны.

Незаметная полянка неподалёку от холма погрузилась во Тьму, которая, правда, через минуту рассеялась, оставив после себя Астерота в компании всех его спутников и Убийцы. Пока Тёмный заметал следы телепорта, смещая каналы телепорта, Лира и Цит пытались по карте определить их местонахождение, а Иссушённая скрылась в лесу, отправившись патрулировать местность вокруг них. Шианхут стоял, обнажив мечи, и готовился по первому приказы Астерота кинуться в бой.

Жалко, конечно, было рядовых Иссушённых, но кто же знал, во-первых, что Жрица сойдёт с ума, и во-вторых, что она же накинет на них что-то вроде подчинения. Даже не обычного подчинения, а такого, что действует только на эльфов. Из-за рассказа эльфийки, после смерти превращённой им в Убийцу, Астерот думал, что лидер поселения длинноухих — женщина боевая, с железным стержнем внутри, готовая умереть за своих собратьев. Но реальность оказалась иной: сама остроухая умирать не хотела, зато отправила на убой подчинённых, чтобы потом воскресить их, и… и что? Жрица превратила остальных в вечно голодных монстров просто из-за того, что ей хотелось власти? Если всё-таки верить словам Убийцы, то нет, она не была на такое способна. Значит, просто сломалась? Сломалась и обрекла тех, кого так любила, на существование в виде одержимых жаждой крови тварей? Версия, конечно, сумасшедшая, но другой пока не было.

В который раз Астерот похвалил себя за то, что смог достать свою личность из-за Барьера. Пусть не целиком, пусть какая-то часть его всё ещё томится за кристальной стеной, но, всё же, тот обрывок его сознания, что каким-то чудом смог избежать заточения, потеряв при этом всю трезвость и сухость ума, мог бы так же легко сломаться, как эта Жрица. А уж от Короля Тьмы, наверное, можно было бы ожидать чего-то пострашнее, чем просто армия мертвецов.