Но и тут Кевин удивил, выставив перед собой руки с раскрытыми ладонями.

– Не злись, я не имел цели как-то оскорбить тебя, просто пытаюсь понять. Да и в сложившейся ситуации довольно сложно доверять кому-либо, а тем более принимать бескорыстную помощь. Я благодарен за все, что ты сделала для меня, но не люблю оставаться обязанным. Чем конкретно тебе могу быть полезен? – в его глазах по-прежнему светилось недоверие, но голос звучал вполне миролюбиво.

– Помоги мне остановить этих мразей: вспомни хоть что-нибудь, – криво усмехнулась я, вновь отмечая, что слова Кевина не вяжутся с его рабским статусом.

Словно в ответ на мои мысли он машинально поскреб шею под ошейником, болезненно скривившись.

– Если бы я мог…

– Кстати, целительница, что поставила тебя на ноги, настоятельно советовала сменить ошейник на любой другой. Я купила уже, можно прямо сейчас, если ты не против.

Кевин равнодушно пожал плечами и без возражений отправился за мной в гостиную. Тони, переодевшийся уже в чистое, без лишних объяснений понял, что будет только мешаться, и тихонько прошмыгнул в кухню. Оттуда почти сразу донесся шум воды и негромкий звон посуды.

Усадив мужчину на диван, достала из сумки простую полоску черной кожи – самый обычный стандартный ошейник. Забралась рядом с ним с ногами и, коротко выдохнув, потянулась к шее Кевина.

– Разве эта процедура не должна происходить лишь в присутствии магического нотариуса и двух представителей закона? – выдал вдруг он.

Я удивленно приподняла бровь – все же информация не широко известная.

– Верно. Но я маг и, по совместительству, представитель закона. В данном случае, конечно, не уполномочена проводить подобную процедуру, но делала такое не раз, и знаю порядок действий. Если правильно снять ошейник и тут же заменить его другим, скопировав основные настройки и твой магический код раба, общая система не заметит вмешательства, – объяснила менторским тоном, снимая ментальный слепок его ошейника.

Нахмурилась, зацепившись за мелкое несоответствие. Особо на работу артефакта оно не влияло, но было настолько искусно замаскировано, что точно не являлось случайной ошибкой. Запустила повторную диагностику, тщательно прощупывая основу артефакта ментальным щупом.

– Знаю. Главное, провернуть все достаточно быстро, чтобы не отправился сигнал в соответствующий отдел… – усмехнулся Кевин, для моего удобства задирая подбородок.

– Знаешь?

– Ммм… Не помню откуда, но знаю. Отголосок моей прошлой жизни? – отозвался он вроде все в той же шутливой манере, но голос дрогнул.

– Возможно. Не старайся цепляться за эти воспоминания. Наоборот, отпусти их, может, всплывет что-то еще… – пробормотала отстраненно, по третьему разу уже сканируя ошейник, не веря, что столько времени не замечала очевидного…

– Что-то не так? – насторожился Кевин, тут же закаменев, но даже не попытался дернуться, явно понимая, насколько опасными могут быть последствия прерванной работы мага.

– Не так, – коротко отозвалась я и, резко выдохнув сквозь крепко стиснутые зубы, послала точно выверенный магический импульс, одновременно с ним щелкнув замочком ошейника.

В следующую секунду артефакт шлепнулся мне на колени, на время превратившись в простую полоску кожи. Я замерла, еще раз запуская диагностирующее заклинание, но результат был прежним.

– Эй, ты уснула?! Счет на минуты! – забеспокоился Кевин, хватая новый ошейник и впихивая его мне в руку. – Если не перебросить на него привязку, все без толку – в течение часа здесь будут твои коллеги и повяжут нас обоих!

– Постой. Нет привязки, – прошептала пересохшими губами, не веря в то, что говорю.

– Что значит «нет»? Это активированный артефакт! Даже я, не обладая магическим даром, чувствую это!

– Не ори, – поморщилась я, – говорю, что есть. Да, это полностью рабочий активированный артефакт. Но! Без привязки к базе. Он настроен на тебя вручную. Я никак не могла понять, почему о тебе ничего нет. Думала, не там ищу, не хватает полномочий, чтобы просмотреть закрытые архивы или, что аура слегка изменилась вследствие магических вмешательств и требуется больше времени, а ответ лежал просто перед глазами! Тебя нет в базе рабов, потому что тебя в ней никогда и не регистрировали! Твой статус не подкреплен официально, понимаешь? – я запустила руки в волосы, взлохматив их, новая информация никак не желала укладываться в голове, в мыслях царил полный сумбур.

– Бред! Никогда не существовало подобных артефактов! – в голосе Кевина прозвучало едва ли не обвинение, что для меня сейчас, как красная тряпка для быка.

– А теперь существует, как видишь! – не сдержавшись, сама перешла на крик. Можно подумать, я сама это только что придумала. Перевела дыхание и продолжила уже спокойнее: – Он по-прежнему активный, настроен на тебя. То есть, если лежит отдельно на тумбочке – как будто его и нет, а если надеть обратно, причем, это может сделать абсолютно любой человек, ошейник продолжит выполнять свои функции.

– Какой в этом смысл?

– Спроси у создателя этой хрени, я откуда знаю? – ответила довольно резко, не скрывая раздражения. Терпеть не могу, когда чего-то не понимаю! Тем более в таких масштабах. Как же сейчас не хватало Нейтана…

– И что теперь делать? – на лице мужчины отразилась растерянность.

– Не знаю. Завтра покопаюсь в архивах еще, может, были подобные случаи, – буркнула неохотно. Подумав, бросила ему на колени купленный сегодня ошейник. – Если хочешь, можешь надеть. По факту, ты все еще являешься рабом, но, похоже, не законно. Если будешь ходить без артефакта – сигнал никуда не уйдет, но для своего успокоения можешь…

– Спасибо. Если можно, я предпочту остаться без него, – проговорил он поспешно. В его глазах отразилась непонятная мне эмоция, но я уже не стала разбираться, лишь безразлично пожала плечами.

Снова накатила усталость, а вместе с ней глубоко в душе начало назревать поганое чувство бессилия. Давно не испытывала его, будто я щепка, брошенная в самый водоворот…

– Ни… Николетта. Приношу извинения за свой срыв, я не должен был повышать голос на тебя… Трудно свыкнуться с мыслью, что я бесправный раб, особенно учитывая отсутствие других воспоминаний, – Кевин говорил медленно, делая большие паузы между фразами.

Его взгляд был прикован к ошейнику, что он вертел в руках, поглаживая подушечкой большого пальца грубый шов. Я пока не решалась перебить его, желая дослушать до конца. Но с каждым произнесенным словом, подозреваю, степень охреневания на моем лице становилась все выше.

– Разумеется, мне прекрасно известны правила поведения рабов при общении со свободными. Фактически, ты сейчас моя хозяйка и… – он гулко сглотнул, практически процедив последнюю фразу сквозь зубы, на скулах заиграли желваки.

Меня же посетило чувство дежавю. В случае с Тони я могла бы с точностью предсказать следующую фразу. Здесь же… Пожалуй, я бы не хотела слышать продолжение.

К счастью, наш разговор прервал звук дверного звонка. На кухне что-то звякнуло под негромкую ругань Тони.

– Я открою! – воскликнула громче, чем следовало, вскакивая со своего места, радуясь возможности избежать неловкого разговора.

Но открыв дверь, пораженно замерла, увидев Лану в легком шифоновом брючном костюме песочного цвета. Даже на вид он был безумно дорогим, заставляя меня чувствовать себя неловко в моей растянутой хлопковой футболке с наполовину стершимся рисунком и простых парусиновых шортах.

– Привет. Не смотри на меня так – после работы сразу пришла к тебе, домой только заглянула на минутку, переодеваться не стала. Не стой столбом, сейчас будем защиту ставить, пойдем, – тут же скомандовала она, не пытаясь пройти в дом. Что, в общем-то, логично – защита ставилась именно с улицы.

– Скажи Тони, что я скоро вернусь, – бросила Кевину через плечо и, быстро обувшись, выскочила на порог.

Плотно заперев дверь, прислонилась к ней, с подозрением уставившись на Лану, деловито осматривавшую стену дома и зачем-то даже погладившую перила крыльца.