– Ммм… Как романтично. Но я уже не четырнадцатилетняя девчонка, чтобы вестись на такой банальный подкат, – хмыкнула насмешливо, все так же не торопясь идти в дом, где уже не видно звездного неба, да и взгляд Кевина будет уже не таким манящим.

– Так и я не четырнадцатилетний мальчишка, чтобы надеяться, что мне что-то обломится после этой красивой фразы, – заверил он меня и, опровергая свои слова, накрыл мои губы поцелуем.

И я, несмотря на все сказанное мной, ответила, обвив его шею руками и вжимаясь в его тело, желая стать как можно ближе. Этот поцелуй словно стал спусковым крючком, выпустив наружу лавину эмоций, сметающую все на своем пути.

Честно говоря, понятия не имею, как мы оказались в коридоре, страстно целуя друг друга, срывая одежду. Запомнились только его горячие сухие губы, блуждающие по моему телу, солоноватый привкус его кожи и огонь, пылающий внизу живота.

Убийцы, висевшие у нас на хвосте, внимание самого опасного мага современности, потерянная память Кевина, ждущий нас Тони, в конце концов – все это внезапно потеряло смысл. Кануло в небытие, оставив одно лишь неистовое желание.

Больше не было сказано ни единого слова – все они казались излишними. Только проникновенные стоны наслаждения и приглушенные вскрики, когда мы все же слились воедино.

До спальни мы так и не добрались, удовлетворившись мягким ковром гостиной. Каждый толчок словно задевал потаенную струну души, вознося все выше и выше, чтобы, достигнув наивысшей точки, обрушить на меня целую бурю невероятных ощущений и закружить, словно щепку в водовороте эмоций…

Но как только волна наслаждения схлынула, оставив приятное томление во всем теле, накатило острое ощущение совершенной ошибки. Не глядя на Кевина, сгребла свою одежду и поднялась с ковра.

– Николетта? Все нормально? – его чуть растерянный голос заставил меня остановиться.

– Да, конечно. Я в душ, – натянуто улыбнувшись, поспешила скрыться за дверью ванной.

И лишь забравшись под тугие струи горячей воды, позволила эмоциям вырваться наружу, несколько раз ударив ладонью в стену. Демоны! Вот чем я думала?!

И ведь не оправдаться никак ни стрессом, ни алкоголем, ни помутнением разума… Не было ничего этого! Практически осознанное решение отдаться малознакомому мужчине прямо на полу моей гостиной!

Ладно-ладно, не малознакомому, нечего себя накручивать. Но от этого не намного легче, стоит лишь подумать о Тони… Гадство!

Кое-как успокоившись, тщательно вытерлась пушистым полотенцем и покосилась на порванную испачканную одежду. И зачем я ее сюда тащила, если планировала переодеться в чистое? Дурдом.

Тяжело вздохнув, толкнула дверь ванной и снова едва не прибила Кевина, стоявшего за дверью.

– Ай! Это уже становится традицией, не находишь? – возмутился он, заставив меня улыбнуться.

– Так перестань караулить меня под дверью. Душ свободен, – и посторонилась, давая ему пройти.

Но Кевин не шевельнулся, оставаясь на месте.

– Послушай, если хочешь, можем сделать вид, что этого никогда не было, но не отрицай, что ты сама хотела… Если бы только сказала, я бы остановился… – начал он хмурым тоном, но я его перебила.

– Не отрицаю. Слушай, я не знаю. Все было замечательно, не спорю, но… Дай мне время, ладно? Как-то все это не вовремя… – поморщилась, взъерошив волосы.

К счастью, хотя бы никакого смущения рядом с Кевином не испытывала, уже хорошо. Но вот вся эта ситуация…

– Сколько скажешь, я не тороплю. Тогда что? Сейчас по-быстрому приводим себя в порядок и отправляемся за Тони? – он тут же сменил тему, за что я была ему крайне благодарна.

– Да, забираем Тони, а завтра будем дальше заниматься нашим расследованием. Мне кажется, мы уже близки к цели. А потом уже… Потом посмотрим, – и я даже нашла в себе силы, чтобы улыбнуться.

Всю дорогу до дома Ванессы я решала у себя в голове дилемму: является ли то, что сегодня произошло, изменой или нет? С одной стороны, наши отношения с Тони не назвать романтическими, скорее – дружеские. Мы проводили ночи вместе больше ради удобства, да и последнее время как-то отдалились друг от друга… С другой стороны, Кевин вообще никуда не вписывался. Ну не думала я о нем с такой позиции ни разу!

Вдруг вспомнилась картина Тони и его странная фраза о звездах, смотрящих на кого-то другого… Мог ли он подозревать, к чему ведет мое общение с Кевином? Да ну! Даже я представить не могла, что из этого выйдет! Уф! Как все сложно-то…

– Ты собираешься звонить в дверь? Нет, я не тороплю, если надо – постоим еще, – насмешливый голос Кевина заставил отвлечься от внутренних метаний.

Бросив на него недоуменный взгляд, внезапно осознала, что уже несколько минут толкусь на пороге дома Ванессы, не решаясь позвонить. Гадство!

Дернув плечом, молча вдавила кнопку звонка до упора. Дверь открылась почти сразу, явив встревоженного Тони, умудрившегося отодвинуть в сторону Ванессу.

– Ну, наконец-то! Совесть есть?! Я уж решила, что вы еще куда-то успели вляпаться, – выдала она с явным облегчением, всплеснув руками.

Мой художник тут же шагнул ко мне и порывисто обнял, тесно прижавшись. И хоть не было сказано ни слова, одним этим движением он умудрился передать всю глубину своего беспокойства, заставляя чувствовать себя еще хуже.

– Все хорошо, – выдавила из себя почему-то охрипшим голосом и приобняла его в ответ, но он продолжал молчать, не торопясь размыкать объятий.

– Да, Тони, чего ты? Будто Николетта раньше не задерживалась, – Кевин попытался сгладить ситуацию, но было видно, что и сам он испытывает неловкость.

– Можно подумать, я и раньше не переживал, – проворчал художник приглушенно и наконец-то отпустил меня.

Его взгляд, направленный на меня, светился необычайной серьезностью. Тони осторожно коснулся кончиками пальцев моей скулы, где, я знала, красовалась длинная свежая царапина.

– Я думал, Кевин с тобой, чтобы защитить…

– Эй! Если бы кое-кто не полез вперед, то ничего бы и не было, – возмутился Кевин.

– Если бы я не полезла, одним лишь опаленным боком и рассеченной бровью ты бы не отделался! – не выдержала я, обернувшись к нему.

Не знаю, до чего бы мы договорились, если бы не вмешалась молчавшая до этого Ванесса.

– А может, вы будете выяснять отношения не на моем крыльце?!

Это меня отрезвило. Поблагодарив подругу и еще раз заверив, что с нами все в порядке, попрощалась с ней до утра.

Дома Тони уже окончательно успокоился и, убедившись, что кроме парочки синяков и царапины у меня нет никаких травм, продолжил болтать, как ни в чем не бывало. Даже мимоходом посочувствовал Кевину и предложил помощь в обработке ожога. Но тот отмахнулся, заверив, что справится сам.

За весь вечер Кевин проронил от силы пару слов, но я то и дело ловила на себе его задумчивые взгляды. Похоже, произошедшее беспокоило не только меня.

Ближе к ночи, после сытного ужина, когда Тони хвастался очередной новой картиной, я почти решилась поговорить с ним, рассказать все, не желая ничего утаивать, но не смогла. Просто даже не знала, какие слова подобрать, да и тяжелый день давал о себе знать накатившей усталостью, поэтому малодушно отложила выяснение отношений до утра.

Только сама так и не уснула. Проворочалась до самого рассвета, прокручивая в голове предстоящий разговор с Тони, но как-то само собой получилось, что перескочила мыслями на Кевина.

Вот кто он для меня и что значит? Ну коллега, ну друг… Пусть даже близкий друг! Но я искренне считала, что на этом все. Ничего не замечала или же просто обманывала себя?

Наши взаимные подколки на грани флирта… Была ли та грань? Или же раз за разом то он, то я пересекали ее, дразня друг друга?

Доверие, возникшее между нами с первого дня… Многим ли я могла настолько открыться?

Ненавязчивая забота, прослеживаемая в мелочах: будь то отремонтированный охладитель или тяжелая сумка, забранная из рук. Не говоря уж о его заявлении сопровождать меня на работу и с работы. Да и я даже не попыталась воспротивиться не только по соображениям безопасности. Стоит признать честно: меня обрадовала перспектива видеть его постоянно рядом, обсуждать любую новую деталь дела…