– Понимаю. Но не могу иначе, ты же знаешь. И что предлагаешь в таком случае?

– Постарайся быть осторожнее и не лезть, куда не следует, – Кайл тяжело вздохнул, напомнив своей фразой о предупреждении Дилана.

А заодно и о событиях сегодняшнего дня. Что-то мне подсказывало, я уже влезла… Или собиралась влезть.

Позиция Кайла не ввязываться ни во что, раз уж его жизнь наладилась, не находила отклика в моем сердце. Если в моих силах что-то исправить, спасти чью-то жизнь до того, как ее сломают – обязательно воспользуюсь этим шансом.

В конце концов, брат все же смирился, убедившись, что Нейтан в достаточной степени обеспечивает мою безопасность. Но совсем обойтись без ранений в этом деле никак. Мы оба это знали. И все же после каждого подобного случая ситуация повторялась. В основном поэтому и не хотела звонить ему сегодня. И еще та дурацкая ссора…

– И ты прости. Я тогда была не права. Если… Если тебя устраивает такая жизнь с… с… – я прервалась, переводя дыхание, стараясь, чтобы голос звучал ровно.

– С моей женой, ее вторым мужем и нашими детьми, – услужливо подсказал Кайл, обернувшись, и насмешливо улыбнулся.

– Демоны! Кайл, это не смешно!

– А я и не смеюсь – констатирую факт. Ты что-то говорила, прости, перебил, – добавил он невинно, выставив перед собой открытые ладони.

– И вы все не женаты! Просто живете втроем…

Сейчас это все уже не казалось таким ужасным. Возможно, мне нужно было время. Или просто слишком любила и соскучилась по брату, была готова принять все его странности и потребности.

Я знала, что он живет со своей бывшей хозяйкой, вернувшись к ней сразу, как только я поступила в университет. И мне было примерно известно, какие отношения у них были в прошлом – нашлись «добрые» люди, просветили о «милых» увлечениях Ланы. Но верила, что сейчас в их отношениях все иначе. Разве может быть по-другому у тех пар, которые действительно любят друг друга? А Кайл и Лана действительно производили впечатление любящей пары.

Они часто гуляли в компании друзей, особенно выделялся их общий друг – симпатичный светловолосый парень, учившийся в военном училище. Нередко он бывал у них дома. Когда родилась моя племянница Аманда, и вовсе почти переселился к ним домой, помогал друзьям с заботами о малышке. Я восхищалась подобной самоотверженностью, пока полгода назад не узнала правду об отношениях этих троих.

Не знаю, как долго заблуждалась бы, но второй ребенок Ланы к двум годам стал вылитой копией Ланса. И когда осознала это, состоялся тот самый разговор, закончившийся моим срывом. Все это для меня оказалось чересчур. Я была уверена, что никогда не смогу принять такую сторону жизни Кайла. Но сегодня поняла: все это несущественно.

– По древнему ритуалу мы являемся супругами. Главное, что мы это знаем, и нас все устраивает, мнение остальных не особо интересует, – Кайл мгновенно посерьезнел, готовый к моему очередному выпаду.

В прошлый раз из-за подобной фразы и разразился тот скандал. Я не выдержала, вспылила, наговорила много неприятных и горьких слов… С того момента в его жизни не изменилось абсолютно ничего, впрочем, как и в моей. И все же я сумела найти в себе силы, чтобы сказать то, что давно должна была.

– Ладно, пусть так. Прости. Я не хотела тогда. Вернее… А, кого я обманываю? Слишком неожиданной оказалась правда. Но если это делает тебя счастливым – кто я такая, чтобы пытаться лезть в твою жизнь и навязывать свои взгляды? Мир? – я старалась говорить спокойно, крепко обхватив чашку, чтобы не показать, как дрожат пальцы, и все же часто заморгала, сдерживая непрошенные слезы, когда подняла голову, ожидая ответа.

В следующую секунду он стремительно подошел ко мне и обнял со спины, привычным полузабытым движением взъерошив мои волосы, безнадежно путая их.

– Конечно, мир… Боги, знала бы ты, как я соскучился по тебе… – выдохнул он сиплым голосом.

– Почему же не пришел раньше? – одна слезинка все же скатилась по щеке и горячей каплей упала мне на руку.

– Давал тебе время подумать, решить, хочешь ли видеть меня в своей жизни и дальше. Годы разлуки изменили и тебя, и меня. Возможно, ты бы предпочла оставить наши отношения на уровне приятных детских воспоминаниях о старшем брате, до того, как все изменилось.

– Дурак, – от возмущения легко хлопнула его по обнимавшей меня руке, вызвав его смешливый фырк прямо мне в макушку. – Я бы никогда так не сделала и не сказала, что бы ни случилось!

– Знаю. Но проверять было страшно. Вот и ждал. Надеялся, что ты захочешь навестить племянников. Или что увидимся на очередной семейной встрече, организованной Нейтаном, и наконец-то поговорим обо всем…

– Короче, струсил, – поддела брата, окончательно успокаиваясь в его объятьях. Тяжелый груз, лежавший последние месяцы на моем сердце, наконец-то растворился, позволив вдохнуть полной грудью.

– Ага…

Я почувствовала, как он улыбается, и сама невольно усмехнулась. Быстро вытерла мокрые глаза тыльной стороной ладони и пододвинула к краю стола вторую чашку чая.

– Присаживайся. Как дети? Так понимаю, пока вы были здесь, они остались с тем, вторым? – в этот раз у меня даже в голосе не отразилось возмущение. Да и, если честно, его во мне уже практически не было.

– Ты прекрасно знаешь, что его зовут Ланс. Да, Аманда и Эрик с ним. И, кстати, в последнее время все чаще звучит вопрос, куда же делась их тётя и почему больше не навещает. Что им передать? Что тетя отныне будет навещать лишь Аманду, а Эрику придется погулять в саду или поиграть в соседней комнате? – Кайл говорил вроде бы спокойно, но я успела заметить его руку, сжавшуюся в кулак, да и в голосе проскользнула горечь.

– Не говори глупостей. Эти полгода выдались достаточно тяжелыми и…

– Врешь. Предыдущие года были сложнее.

– Вру. Но ты ведь передашь детям эту версию? А я постараюсь на выходных забежать к вам, поведу их в парк, там сейчас уже вовсю работают аттракционы, – предложила, слегка смутившись.

Расследовать преступления и добиваться справедливости оказалось не в пример легче, чем вести простой разговор с братом.

– Детям?

– Детям-детям… Все, больше дурью не маюсь, у меня племянница и племянник, и плевать, кто из них на кого похож, – улыбнулась, выдержав прямой взгляд Кайла.

– Отлично! Заодно своего художника выгуляешь… Заметь, я даже не спрашиваю, почему он у тебя все еще в ошейнике, а ведь год со дня его рабства истек еще четыре месяца назад, – и он подмигнул мне.

– Это не то, что ты думаешь! – праведно возмутилась я.

– Так расскажи. А заодно о многом другом, что я пропустил за эти полгода…

Мы несколько часов болтали о чем угодно, не в силах наговориться, пока он все же не ушел домой, стребовав с меня клятвенное обещание на выходных прийти к ним в гости.

Но, несмотря на день, насыщенный событиями, я долго не могла уснуть. В голову снова и снова лезли воспоминания о рабе, приходившем в ЦЗПЗР, и, конечно же, о несчастном, найденном в доме. Мне так и не удалось понять, кто его хозяин и что имел в виду Абраз, пытаясь сказать, что тот не раб, и не свободный. За что его так избили и зачем – старалась и вовсе не думать.

Все упиралось в то, что завтра придется идти в участок и просить протокол допроса, чтобы хоть немного пролить свет на эту ситуацию. Без Нейтана будет сложно, но попробовать стоит. В конце концов, меня там уже давно знают в лицо.

Успокоенная этой мыслью, я уснула.

Утро встретило меня ошеломляющей новостью: Луи Варрес не пережил эту ночь. Так же, как и его раб Льюис. Подробностей мне не сообщили, но и без того было понятно, что Кайл и Дилан переживали не зря – я умудрилась вляпаться во что-то очень и очень нехорошее…

Следующие два дня напоминали какой-то форменный дурдом. Без Нейтана мне отказывались выдавать хоть какую-то информацию о Луи Варресе и деталях его смерти. Раб, найденный мной в кладовке, находился в больнице и до сих пор не приходил в сознание, узнать о нем хоть что-то было практически невозможно. Данные с его ошейника я считала почти сразу, но сколько ни пробивала по базе, никаких совпадений найдено не было.