Из моего положения было ничего толком не рассмотреть, да и один из муравьев ужалил очень близко к веку, из-за чего правый глаз все-таки заплыл, превратившись в щелочку. М-да, на лице заживляющий эффект как-то не так работает… но вроде опухоль спадает довольно быстро.

Так вот, когда нас только притащили обратно в их лагерь, я успел окинуть беглым взглядом территорию: Арриса не было. В душе брезжила надежда, что он просто в другом лагере — для преподов — или для него придумали другое наказание, да хоть бы муравейник побольше вне пределов моей видимости!

А вот подсознание гаденько нашептывало, что недаром были похищены именно выпускники, другие им не нужны. Никто из преподавателей и сопровождавших некоторые группы опытных рейнджеров с нами не попал. Кроме Арриса, с которым в момент, когда все случилось, мы выясняли отношения, по-дружески, по-родственному, сцепившись в небольшой потасовке по поводу… в сочетании с его мордой сработало.

А впрочем, какая, на хрен, разница, из-за чего мы цапались? Сейчас это такие мелочи! Лишь бы был жив и здоров, а там я согласен даже просто спокойно постоять, пока он меня мутузит, отрабатывая навыки рукопашного боя… Гадство! Аррис, зараза такая, выживи, а?

Сайрен:

Раздавшиеся рядом шаги тяжелых ботинок заставили меня насторожиться. С трудом повернув затекшую шею, я скривился, увидев лича, смотревшего на нас с Джасом с исследовательским интересом в мертвых глазах. А впрочем, может, это просто отблеск закатного солнца отразился, какие могут быть эмоции у трупа? Или же от боли у меня совсем уже помутилось в голове.

Подчиняясь его знаку или мысленному приказу (импульсу?), несколько надсмотрщиков рывком поставили нас с Джастином на ноги, вырвав сдавленный стон из груди. Я не сдержал ругательства, когда веревки сняли и к затекшим конечностям прилила кровь. Стоять все еще удавалось с трудом, приходилось цепляться за ненавистных сдохляков. Джас же и вовсе выглядел совсем нехорошо, едва ли не теряя сознание. Как-то так получилось, что он лежал ближе к муравейнику и ему досталось больше укусов. К беспокойству за Арриса добавилось волнение за друга, слишком тяжело перенесшего это наказание. Я искренне надеялся, что муравьиный сок выводится из крови естественным путем и не имеет никаких последствий даже в случае передозировки. А то ведь любое лекарство может стать смертельным, если его ввести слишком много…

— Надеюсь, урок вы усвоили, — обронил лич пустым голосом. — Присоединяйтесь к остальным.

И отвернулся, собираясь уйти к своему обычному посту под дальним деревом. Надсмотрщики, убедившись, что мы с Джасом в состоянии стоять на ногах, бросили на землю нашу одежду и отступили. Джастин тут же чуть было не свалился, чудом сумев удержать равновесие, я едва успел придержать его.

Дайяна, не выдержав, бросилась к нему и, подобрав его одежду, подставила парню плечо. Следом за ней тут же подскочил Сиэн, помогая придержать его с другой стороны и отвести к остальным. Краем глаза я отметил, как кто-то дернулся уже в мою сторону. К счастью, надсмотрщики никак не отреагировали на это, видимо, имели соответствующий приказ по поводу помощи своим же после приведения наказания в исполнение.

Я же, успев снова пробежаться взглядом по всем нашим, напряженно отслеживающим каждое наше движение и слово, практически с отчаянием осознал, что Арриса среди них нет. И, судя по тревоге и страху во взглядах, с момента нашего побега и не было. Отмахнувшись от помощи подбежавшего ко мне Каспера, я шагнул вперед за личем.

— Что с Аррисом?

Один из сдохляков, не успевших отойти, грубо влепил мне затрещину за то, что заговорил без разрешения. Еще один предостерегающе ухватил за предплечье. От силы удара я невольно прикусил губу, по подбородку потекла теплая струйка крови. Но меня это не остановило, лишь раззадорило. Зло сплюнув кровь, я вывернулся из хватки сдохляка и, рванувшись вперед, успел дойти до лича и даже тронуть его за рукав прежде, чем меня схватили и скрутили уже так, что не дернуться, вырвав невольный вскрик из груди от боли в выпоротой спине и заднице.

— Где Аррис? Что вы с ним сделали? — упорствовал я, крикнув уже громче, сморгнув невольно выступившие слезы.

— Сай, остановись! Не надо, Сай! — донеслось испуганное негромкое со стороны наших, но я просто не мог молча отступить и тихо сидеть, ничего не зная о судьбе родного человека! Даже не попытавшись узнать!

Лич остановился и медленно обернулся, уставившись на меня ничего не выражающим взглядом. Я же получил еще несколько сильных затрещин и тычок под ребра. В глазах на миг потемнело от слишком сильного удара. Слабость после наказания еще давала о себе знать, да и боль никуда не делась, но я лишь стиснул зубы крепче, пережидая очередную вспышку, прострелившую тело.

— Студентам время учиться, — произнес лич отстраненно заученную фразу, которую мы слышали от него каждый день.

— Но Арриса здесь нет! Вы же не убиваете нас, мы вам нужны живыми! — задергался я в руках этих тварей, безуспешно пытаясь вырваться, во что бы то ни было намереваясь узнать о судьбе дяди.

— Он — не студент. Нарушителей ждет наказание, — прозвучало между тем безразличное в ответ.

И я совсем не удивился, когда после этой фразы меня потащили обратно ко вбитому посреди поляны столбу, к которому привязывали «нарушителей» для порки. Не сдерживая эмоций, разразился потоком брани, используя всевозможные ругательства, когда-либо услышанные мной. Я понимал, что повторная порка по свежим ранам надолго выведет меня из строя, но сейчас это волновало меньше всего.

— Да чтоб тебя, дохлая морда, скажи хотя бы, жив он или нет! — крикнул я, прибавив под конец словцо покрепче, уже особо ни на что не рассчитывая.

Но неожиданно в личе что-то неуловимо изменилось. От его изучающего взгляда стало немного не по себе, а надсмотрщики вдруг остановились, больше не пытаясь тащить меня к столбу, но и не ослабляя хватку.

— Хочешь увидеться со своим другом? Ты на него похож, — задумчиво произнес он, приблизившись.

Я же вдруг четко осознал, что именно изменилось. Взгляд, тон, давно высохшие прилипшие к деснам губы, изогнувшиеся в несвойственной личу усмешке… Эмоции, которые мертвая плоть не способна испытывать, сколько бы магии в нее ни влили. А вот тот, кто управляет всеми этими тварями, — вполне. И именно он сейчас смотрел на меня через глаза лича и использовал его речевой аппарат.

— Это может быть даже интересным… Одевайся, тебя проводят, — приказал он в итоге и, похоже, покинул пока тело лича. По крайней мере, тот снова застыл, уставившись в одну точку безразличным пустым взглядом, как и надсмотрщики рядом, бездействующие все то время, что я, с трудом сдерживая стоны, с шипением натягивал штаны и рубашку. Как только очередь дошла до обуви, лич снова отмер.

— Идем, хозяин ждет. Охранять, — кивнул он сдохлякам, окружавшим напряженных боевиков, с волнением наблюдавших за моими действиями. Лич тут же повернулся к моим друзьям и отдал команду уже им: — Учить!

И, не оглядываясь, пошел куда-то прочь с поляны, мимо некроартефакта. Два надсмотрщика подхватили меня с обеих сторон под руки и потащили следом. Пожалуй, произошло то, на что мы даже не надеялись: лич впервые и вовсе покинул поляну, оставив лишь сдохляков на охране. Но вот какую цену за это доведется заплатить уже мне, не говоря уж об Аррисе? Вот-вот мне предстоит это узнать, наконец-то воочию увидев того, кто затеял это все. Познакомиться с нынешним хозяином Серых земель…

— Это что, направление на аномалию? — озадаченно нахмурил лоб Дайрен, рассматривая шевелящуюся на стволе дерева черную метку. — Странно…

Я первым делом бросила взгляд в сторону, куда указывала стрелка, да и не только я. Но куда ни посмотри, все те же деревья и холмистая местность, ничто не выбивалось из картинки, нигде не видать легкого искажения воздуха, как должно быть в опасной близости от аномалии. Или это что-то иное, что не подчиняется уже общеизвестным правилам? Тот, кто в состоянии создавать аномалии искусственно, вполне может уметь и изменять их границы и способность влиять на окружающую среду, разве нет? Надеюсь, что я ошибаюсь и все же переоцениваю врага.