— Может быть там, он махнул рукой в сторону тропы, пролегающей меж двух облаков, будет другая локация, из которой будет возможен выход.

— Чёрт… Опять придётся делать всё по принципу научного тыка. Собирать всё подряд, убивать всех, кто под руку попадётся. И опять же обирать их подчистую. Пошли затаримся расходниками и на выход. Если тебе не удалось выбраться в реал, тянуть время нечего. Лапа, что можешь сказать по данной локации?

— Отправила вперёд астрального разведчика: тот заблудился в облаках и растаял, так ничего и не показав. У меня осталось всего три подобных свитка, так что ещё один решила использовать, когда мы хоть немного продвинемся вперёд.

— Понятно, этим и займёмся, бери своего кошака, пойдём туда в полном составе.

План несложный, но с самого начала пошёл ни так как запланировано. В кладовой в борту оказалась здоровенная пробоина, через которую благополучно вынесло все наши запасы, как и алхимические, так и съестные. Остался единственный ящик, волшебным образом зацепившийся за вылезший из пола гвоздь. Мы только что лишились минимум полумиллиона золотых, которые просто смыло за борт. И самое плохое, что мы лишились большого количества дополнительных возможностей. В оставшемся ящике были хоть и продвинутые, но самые обычные эликсиры маны и жизни, что прибавляло нам живучести, однако, на этом все их возможности и ограничивались.

— Жижа из озера восстанавливает хитпоинты не хуже этих эликсиров, — что бы хоть как-то прервать затянувшиеся молчание буркнул Резак, — можно набрать во все ёмкости, тогда хотя бы с лечением будет полегче.

— Я по пути сюда в трюме видел пару малых бочонков, — выглядывая в пробоину и разглядывая плещущую у ног поверхность озера, произнес я, — они спокойно помещаются в инвентарь. Надо будет действительно захватить этой водички с собой. Разбирайте элики, выходим. Про время старпом нам нынче ничего не рассказал, но это не значит, что мы можем здесь находиться вечно, да может он просто не успел, ему перевозбудившаяся Лапа в это время штаны стягивала.

— Ага, — согласилась та, — я много мужиков видала, но такой волосатой задницы ещё никогда.

— Можешь мне поверить, спереди заросли тоже ещё те были, но спящего дракона я там рассмотреть сумел. Судя по рисунку, он лежит где-то там внизу, откуда мы пришли, а судя по названию, мы поднялись сюда по фонтану крови, бьющему из его груди. Где это «Сюда» не ясно, как и то, что здесь в этом «Сюда» нам делать. В общем, ничего нового.

Я запихал в ячейки пояса положенные мне эликсиры и махнул рукой:

— Потопали, если, конечно, можно топать по окружающим нас облакам.

Оказалось, что можно. Всё тот же одноглазый морячок, сверкнув золотым зубом, указал на сходни. Резак скользнул вперёд, для начала опробовав опору носком стопы, а затем сошёл с него, провалившись в клубящиеся облака по середину голеней. Прошёлся туда-сюда, и махнул нам рукой:

— Спускайтесь, здесь можно ходить. Вроде как.

Я пошёл вторым, но вместо того, чтобы спускаться на облако, остановился внизу сходней, запуская в облако свои руки. Те не почувствовали никакого сопротивления, лишь лёгкую прохладу и влажность, от которой ладони скоро стали совсем сырыми. Я присел ниже, но и на большей глубине никакого сопротивления ладоням не наблюдалось. Задумчиво посмотрел на Резака, вышагивающего туда-сюда по облаку, и плюнул на всё, спрыгивая вниз. Приземлился словно на мягкий, пружинистый матрас. Тоже прошёлся по кругу, запустил руки в облако и снова не ощутил сопротивления. Хм-м… А если я споткнусь и упаду, я провалюсь сквозь облака, или останусь висеть вверх ногами, цепляясь за неощутимую преграду ступнями? Странная механика, пожалуй, лучше здесь не запинаться и не падать.

— Доставайте верёвки, свяжемся попарно, что-то я не доверяю здешней тверди под ногами, здесь самый место ангелочкам, а мы на них никак не тянем, нам здесь будет явно тяжеловато.

Говорил я так не зря, даже просто ориентироваться в пространстве здесь было непросто. Рядом с озером, где оно служило неким ориентиром, было ещё всё неплохо, однако стоило отвернулся от него, как всё менялось. Облачная тропа меж облаков, отличающаяся лишь легким серым оттенком, извивающаяся между другими облаками, под сплошным облачным небом. Я вполне мог понять потерявшегося здесь астрального разведчика. Стоило отвернуться от озера, и меня начало покачивать, так как мозжечок никак не мог понять, где здесь верх, а где низ.

— Если мы свяжемся, как я пойду в разведку? — Спросил Резак.

— Никак, обойдёмся без разведки, что-то мне здесь не нравится, но, если хочешь, сделайте верёвку подлиннее и топайте со Странником вперёд, будете для нас ориентиром этой стране молочных рек и молочных берегов.

Резак только кивнул, прицепил к себе верёвку и быстро, умчался вперёд, скрывались за первым облачным поворотом. Мы потянулись следом, ориентируясь на широченную спину Странника, топающего впереди. Лапочка со своим кошаком замыкала наше шествие, ещё минута и озеро, и наш корабль скрылась за облаками, а мы остались в белёсом нечто, окружившим нас со всех сторон.

Встающее солнышко на розовом рассветным небе, лазурное море, накатывающееся на песчаный пляж мягкими волнами, точёная фигурка обнажённой Флоры на фоне этого неба. Та запустила ладони себе в причёску, сложив ладошки на затылке, откинула голову назад, принимая солнечные ванны. А я был занят тем, чем мечтал заняться с раннего подросткового возраста. С того времени, как я узнал, что где-то есть чистое море, рядом с которым можно ходить не в костюме химзащиты. Я строил песчаные замки. Зачерпывал полную ладонь песка, напитанного солёной морской водой, и меж пальцев тонкой струйкой спускал его, выстраивая высокие шпили и приземистые кособокие здания, формируя из них целый город.

— И вот ради этого я сегодня поднялась ни свет ни зря… — Раздался рядом лениво-возмущённый голос Лапочки, — знала бы, прихватила бы для тебя совочек и детское ведёрко.

Я не обратил на её слова никакого внимания, продолжая завороженно наблюдать, как стекающий с моих пальцев песок образует всё новые и новые строения, состоящие из кривоватых наплывов, косоватых башенок с разбросанными по ним в хаотичном порядке оплывшими окошками. Я достроил самую высокую башню и улёгся на песок, снизу вверх любуясь на своё творение. Оно если и могло поразить, то только своей убогостью, однако для заселявших его существ это место являлось домом.

Я прикрыл глаза, но странный город всё равно остался у меня перед внутренним взором.

Убогие кособокие строения, подпирающие и даже наваливающиеся друг на друга, были зажаты между обветренной скалой, дающей хоть какую-то тень в эти жаркие, удушливые дни и упавшим когда-то с неё большим обломком. Тулились они возле единственного в округе убого водоёма, наполненного мутной, солоноватой водой. Он был источником жизни для этого поселения. Охотится же жители выходили только в сумерках, выискивая в окружающей их пустыне скорпионов, жуков и змей. Сейчас же в разгар дня, все они забились по своим норам, созданных из песка жилищ. Первые полуразумные обитатели этого мира, ведущие примитивную жизнь собирателей, в мире заселённом страшными чудовищами и титанами, наделёнными практически безграничной мощью. В их примитивной религии была лишь одна молитва, что должна была уберечь их от страшного зла. Ведь не было судьбы хуже, чем встретиться с сильными мира сего и данный посёлок ждала именно такая судьба.

Солнце взошло в самый зенит, когда его закрыла титаническая тень. Перворожденный дракон парил в высоте, наслаждаясь солнцем и ветром под своими крыльями. Он был столь огромен и силён, что на земле под ним нарастала песчаная буря, поднятая редкими взмахами его крыльев. Земля тряслась, вставая на дыбы, а песчаные столбы под его крыльями поднимались на многие километры.

В небольших кривоватых окошках начали появляться морды жителей города, внешне напоминающие превратившихся в зомби крокодилов. Их рыбьи глаза испугано расширились, а в следующее мгновение в их поселение ударил небывалый песчаный шторм, в мгновение разрушая часть жилищ, а другие засыпая по самые крыши. Титан улетел и буря скоро затихла, однако для жителей поселения было всё закончено. Некоторые из них, хотя ещё дышали, уже были мертвецами.