Получено 2 свободное очко навыков.

Получено 1 свободное очко умений.

— Что-то новенькое, я на ауке зелий левитации до этого не видал. Может, конечно, не обращал на них внимания... И кольцо, дай-ка глянуть.

Я взял в руки неширокое серебряное колечко, сделанное в виде свернутого в кольцо пера.

Кольцо Легкого Перышка.

Ранг: уникальный.

Снижает скорость падения с большой высоты на 50%.

Встроенное заклинание легкого перышка: позволяет невредимым спуститься с любой высоты.

Перезарядка заклинания: одни сутки.

— Ну, так скажем, узкоспециализированное кольцо, для любителей парашютного спорта хорошо подошло бы, или для любителей-скалолазов. Себе пока оставь, это же ты у нас разведку любишь проводить, скача по деревьям, глядишь как-нибудь и поможет.

— Места для него нет, но пусть будет. Если что переодеть не долго.

— А что за железы, мутировавшие которые?

— О, тебе понравится, гляди.

Резак вытащил из сумки нечто похожее на хлыст, только ручка состояла из материала похожего на липкую кожу, а сам хлыст являлся усом, какие бывают у сомов, только метров двух в длину. Я такие усы у мант видел, их у каждой твари таких по паре из башки торчит.

— За ус только не схватись, шандарахнет так, что мало не покажется.

Я взял хлыст в руки и по нему тут же побежали трескучие молнии, а воздух наполнился запахом озона.

— Очень мощная штука, только как основное оружие использовать не получится, заряда едва на десяток ударов хватает. Можно в левую вместо щита брать, врага время от времени станить. Жаль он длинный такой, не удобный, вот если бы его в дубинку превратить...

Я глянул в свойства:

— Ого, шанс застанить врага пятьдесят процентов, пожалуй, я себе одну такую штуку оставлю на всякий пожарный. Снег! Всё объемное и дешёвое на аукцион, возвращение в замок дожидаться не будем. Ник, кажись манты улетели окончательно, вон над скалами опять кружат, собираем штыри и выдвигаемся, думаю надо навестить вон те развалины, посмотреть, что там есть хорошего.

К сожалению, один из восьми штырей безвозвратно погиб: динамит служащий движущей силой раздвигающегося гарпуна, разорвал его основание и теперь его можно было использовать только как тяжеленное рыцарское копье. Интересно, Дол согласится стать моим рыцарским конем если я с этой хреновиной на него взгромозжусь? А по другому его уже не использовать, ибо ко всему, его еще и заклинило и теперь его не сложить обратно. Ладно, дотащу вон до озера, вдруг там какие-нибудь крокодилы водятся, может и загарпуню себе парочку.

Замершая после налёта мант жизнь начала оживать: свернувшие свои листья пышные папоротники, начали вновь раскручиваться, подставляя их под мягкие солнечные лучи. Цветы, похожие на метровые ландыши распрямились, поверхность озера ожила пошла кругами, мелкая рыбешка, спасаясь от озерных хищников, выпрыгивала наверх, расправляя крылышки, и взлетала над ее поверхностью, пролетая по нескольку десятку метров. Некоторые из них до воды не долетали: большие стрекозы с радужными крыльями выхватывали их прямо из воздуха и с вполне слышимым хрустом харчили прямо на лету. На песчаный берег вылезли странные мохнатые черепахи.

Куст, похожий на плакучую иву, макал кончики веток в воду, на каждой из которых, на толстой паутине висел паук, который каждые пять секунд, повинуясь движению куста, плюхался в воду, судорожно суча по воде длинными лапками, прямо-таки идеально приманивая голодную рыбешку, однако стоило той приблизиться, как ноги паука смыкались словно капкан, пронзая не слишком серьезную чешую и глубоко входили ей в тело. Стебель куста немедленно выпрямлялся и начинал втягиваться в землю, утаскивая с собой еще трепыхающуюся добычу. Правда так получалось не всегда. На наших глазах из воды выпрыгнула крупная рыбина, хватая еще висящего в воздухе паука. Паутина не выдержала, лопнула, и хищник вновь скрылся в воде, поврежденная снасть распрямилась, а на конце порвавшейся паутины медленно начала набухать капля мутной тягучей жидкости, все увеличиваясь и увеличиваясь в размерах, пока не встрепенулась, выпуская наружу тонкие паучьи ножки и уже через минуту восстановившаяся снасть была снова готова к работе. Вот только пауки не стали вновь опускаться к воде, где нарезала круги голодная хищница, вместо этого ветви приподнялись над водой, а паутина слегка удлинилась. Вдруг ветви задрожали, в хаотичном порядке подбрасывая пауков в воздух, те заметались из стороны в сторону, привлекая внимание порхающих над водой стрекоз и птичек, похожих на разноцветных воробьев. Миг, и пара стрекоз оказались пронзёнными хитиновыми лапками пауков, отправляясь под землю, вслед за рыбешкой.

— Жуть какая, — вынесла свой приговор Флора.

— Ага, прям порыбачить сразу захотелось, — согласились мы с ней, на всякий пожарный обходя хищный куст подальше стороной. Хрен его знает, что там у него под землей, может какая-нибудь тварюга, в десяток тонн весом. Чтобы проверить это и, заодно вспомнив предположение Снегиря о том, что лес может кишеть неведомыми чудовищами, я вытащил артефактную карту: отличная штука, только ужасно неудобная, чтобы ей пользоваться, надо постоянно держать ее в руках. Надо будет как-нибудь ее присобачить на проволоку сбоку от себя, наподобие зеркала заднего вида, а пока...

— Господа, судя по карте, кажется, у нас возникли небольшие проблемы.

Или одно из предположений Снегиря оказалось близким к истине, или карта просто переглючила, но судя по изображению на ней, мы действительно находились на спине летающего небесного титана. Ну, или по крайней мере, он занимал добрую половину объема летающего острова. Аморфное пятно, синего нейтрального цвета расползлось на весь экран, а на нем, будто отметины от оспы, были раскиданы красные точки, отмечающие агрессивных мобов. Мне не понравилось ни то, ни другое, особенно привычка этих агрессивных мобов исчезать с этой самой карты. Я и раньше замечал, что атакующие пустоши манты очень нечасто отражаются на ней, а получается, что и остальные местные мобы грешат тем же самым. С другой стороны, на встроенных стандартных картах не показывалось и этого, так что спасибо хоть за что-то.

— Я такое в мире животных видел, — Странник ткнул своим дубинообразным пальцем в синее пятно на экране, — там про какую-то личинку подводную рассказывали. Так вот она вся такая мягкая из себя и сильно вкусная, поэтому время жизни было бы у нее катастрофически мало, если бы она не научилась себя защищать. Она собирает с речного дна камушки и приматывает их к своему телу паутиной. В итоге получается настоящий панцирь из камней. И она так с ним всю жизнь и ползает. Может и здесь так? Мягкая летающая личинка обложилась камнями, а так как жизнь ее куда больше, чем у обычных существ, то тут и деревья успели вырасти, и разнообразная жизнь развилась?

На это заявление я хотел было покрутить пальцем у виска, но передумал: чем черт ни шутит, может это и правда титаническая летающая личинка, вариант не хуже многих других. В любом случае, чтобы это точно выяснить придется пробуриться через весь этот камень или найти пещеру, ведущую к этому существу. В любом случае нам сейчас не до него, нужно поискать камень привязки и какой-нибудь интересный данж: пришла пора качаться и зарабатывать бабло. Завтра замок получит новые четыре ступени, и чтобы построить и оборудовать в нем все, что можно, нужно золото завозить грузовиками. Надеюсь, новая локация нам с этим поможет. Новые растения, лут с неизвестных мобов, возможно новые минералы, любой эксклюзив, который хорошо ценится миллионной армией крафтеров, предпочитающих тратить время на производство, а не метания по карте в поисках геморроя на свою пятую точку. Все наши точки были настроены именно на поиск этого геморроя, поэтому этим мы и занялись. Пока я размышлял, что все-таки делать с шестиметровым копьем, не убирающимся в сумку и слишком длинным, чтобы тащить его через чащу, а остальные призывали своих петов, Флора, видимо, решила перекусить и направилась к растущему на опушке дереву, увешенному сочными, созревшими грушами. Не знаю, наверняка за свои недолгие восемнадцать лет в детском доме не видела ни одного грушевого дерева, но принять "Это" за него, даже при наличии похожих плодов было никак нельзя. Это было больше похоже на плотную группу толстого бамбука, склонившегося к земле, на концах которых и висели заветные плоды. Однако я заметил это тогда, когда Фло уже схватила один фрукт и с силой потянула на себя. Тот оказался словно резиновый, вылез пузырями сквозь захапущие пальцы, после чего прилип к ладони намертво, а затем стебель выпрямился. Это было сделано так стремительно, что Флора взлетела в воздух быстрее своего же испуганного визга удачливый стебель неспешно промигрировал из внешнего ряда внутрь группы сородичей и со смачным чавкающим звуком начал всасываться внутрь земли. Флора издала еще один великолепный вопль, и достав тонкий кинжал попыталась дотянуться до стебля, но ее мотало из стороны в сторону, как тряпичную куклу, и из этого ничего не получилось.