- Вы очень надёжно упрятали все концы в воду, ваша милость, - произнёс я. – Будь Психолирик жив он ответил бы на вопросы, но с его гибелью все нити оборвались. Тут нужен волшебник, а не детектив.

- Но всё же у вас есть что мне предложить.

И в самом деле есть, вот только предложение можно назвать шокирующим, и это будет очень мягкое определение.

- Это будет очень дорого и совершенно незаконно, ваша милость, - заявил я. – Я и самом деле могу обратиться к волшебнику, который разговорит мертвеца. Нужно только доставить труп Бэзила Психолирика по адресу, который я укажу.

- Цена? – похоже, моральный аспект виконта не тронул вовсе. Его интересовали лишь деньги и результат. – Впрочем и это не имеет значения. Передайте записку с адресом и сумму моему шофёру. Он всё уладит. Впредь насчёт всех подобных вопросов обращайтесь к нему.

Он сложил салфетку и поднялся из-за стола.

Королевское кафе мы покинули вместе. Прежде чем виконт сел в свой роскошный «Мерлин Фантом», я успел передать шофёру записку с адресом королевской библиотеки в Логресе и суммой. Цифра там красовалась весьма впечатляющая, ведь к тому, что собирался заплатить Кардиналу Ши, добавил и для себя – на представительские расходы. Раз уж взялся работать на виконта, пускай теперь он за меня платит, а свои сбережения лучше придержать на случай бегства. Отчего-то перспектива покинуть Альбу и податься в Аурелию казалась всё более заманчивой.

[1]По́лный альбийский за́втрак (или просто полный завтрак, или фрай-ап, англ. fry up) — название распространённого в Альбии завтрака, включающего бекон, колбасу, яйца и напиток, как правило чай или кофе.

Виконт оказался человеком слова, что почти удивительно для профессионального политика. Даже аристократа старой крови. Им солгать, особенно кому-то вроде меня, как два пальца, и никаких угрызений совести по этому поводу испытывать не станут. Мы для них и не люди даже, а так – инструменты, которые вообще должны радоваться, что с ними говорят, и не задумываться о правдивости обещаний.

Как бы то ни было, тело Бэзила Психолирика доставили в королевскую библиотеку в Логрес. Слуги затащили завёрнутого в саван покойника на последний этаж, хотя им явно эта работа не пришлась по душе. Они уложили труп куда указал им Кардинал Ши, заканчивавший схему на полу. Я всё это время сидел в кресле рядом с окном и боролся с желанием открыть его и закурить сигарету. Если бы не категоричный запрет самого Кардинала, наверное, уже полпачки бы выкурил. Мне совершенно не нравилось то, что здесь сейчас произойдёт, но я вынужден принимать в этом участие. В конце концов, именно я подал идею допросить мёртвого Психолирика, потому что точно знал – Кардинал Ши справится в этим. Умер Бэзил не так давно, а Кардинал по его собственным словам в последнее время хорошенько порадовал своих покровителей, и они помогут ему поднять труп для допроса на четверть часа. Ну а лучшей кандидатуры для того, чтобы допросить покойного Бэзила Психолирика, чем я, нет. Просто потому, что я был последним, кто беседовал с ним при жизни, а это очень важно для подобного рода колдовских обрядов, как сообщил мне всё тот же Кардинал Ши.

Он закончил рисовать мелом сложную фигуру вокруг трупа Психолирика и принялся расставлять ингредиенты, как раз такие, о каких можно узнать из сказок или страшных историй, что рассказывают друг другу дети, накрывшись одеялами с головой. Чья-то не свёртывающаяся кровь в чаше из черепа, чёрные драгоценные камни, части тел людей и каких-то сверхъестественных созданий, и прочее в том же духе. Я не приглядывался. Закончив с этим, Кардинал едва ли не впервые на моей памяти разделся до пояса – он даже когда спать ложился, снимал только плащ и сапоги. Весь торс и руки его покрывали оккультные татуировки, которые, как мне показалось, двигались сами по себе, свиваясь в новые узоры. Правда, я старался к ним не присматриваться и поспешил отвести взгляд – они будили внутри те же неприятные чувства, что и упоминание покровителей Кардинала, только порядком сильнее.

Кардинал Ши вскинул руки и запел. Я не разбирал слов заклинания или молитвы тем тёмным божествам или демонам, которым он поклонялся. Изнутри меня продрало холодом, словно ледяные когти прошлись прямо по душе. Покровители Кардинала, кем бы они ни были, оказались очень близко. Они уже тут, призванные его горловым, гортанным пением, странными словами на языке, какого я никогда прежде не слыхал. Тень сгустилась над трупом Психолирика, и он рывком сел – живой человек так не смог бы.

- Что нужно? – спросил он сиплым голосом, словно с похмелья.

- Кто сдал тебе ушастого, у которого ты увёл миллионы? – быстро спросил я. Время дорого, сколько продержит в нашем мире распадающуюся душу Бэзила Кардинал Ши, не знает никто, возможно, даже его покровители. Так что вопросы надо задавать быстро и с очень точными формулировками, поднятые магией покойники не способны развёрнуто отвечать, постоянно требуются уточнения.

- Мой человек, - именно в таком духе и ответил Бэзил.

- Кто этот человек?

Бэзил назвал имя-фамилию, они мне ничего не говорили, но с деньгами Корвдейла я найду его к концу дня. Если этот человек ещё жив, конечно.

- Он рассказал тебе о миллионах ушастого?

- Нет.

- А кто рассказал?

- Маха.

Убитую Мишелем и его водителем девицу звали Мэри, видимо, Бэзил называл её иначе. Но я решил уточнить у него.

- Это девица, которую ты подложил ушастому?

- Да.

Выходит, всё как я и думал, шайка Психолирика закинула удочку, а улов оказался куда жирнее, чем они думали. И чем сумели переварить.

- Почему твой человек указал именно на этого ушастого?

- Через ушастого идут деньги.

- Твой человек знал об этом?

- Да.

Значит, кидали удочку не наугад, чтобы подцепить депутата из колоний. Надо будет как следует расспросить этого наводчика. Он явно знает очень много.

- У тебя есть человек в агентстве?

- Есть.

Конечно, как же без этого. Без своего человека в брачном агентстве, куда обратился Мишель, ничего бы не вышло.

- Кто этого человек?

Бэзил назвал имя-фамилию, которые я тоже записал себе. Пригодится. Нечистый на руку работник такого агентства всегда хороший контакт, даже если прижать его нечем. Он всегда боится разоблачения, и одного моего визита и неудобных вопросов будет вполне достаточно, чтобы он трясся от страха и выложил всё, что мне нужно.

Заготовленные вопросы закончились. Я узнал у Бэзила всё, что хотел, и тянуть ритуал дальше не имело смысла. Я кивнул Кардиналу Ши, чтобы заканчивал. Тот опустился на колени, ссутулившись так, словно из него все кости разом вынули. Рисунок на полу мигнул фосфорически (я и не заметил, когда он загорелся этим бледным зеленоватым огнём) и погас. Труп Бэзила повалился на пол, и тут же рассыпался прахом, как будто мы доставали из могилы не покойника, умершего чуть больше двух недель назад, но древнюю мумию. Поднявшийся неизвестно как ветер разметал прах по помещению, где Кардинал Ши проводил ритуал, но на стены и пол прах не осел, как будто просто исчезнув. Покровители Кардинала забрали себе Бэзила Психолирика без остатка.

Кардинал с трудом поднялся на ноги. Неуверенной походкой подошёл к столу, взял бутылку вина, что я принёс по его просьбе, и принялся пить прямо из горла. Хлебал неаккуратно, так что вино текло по щекам и шее, но ему было наплевать. Допив до дна, он тряхнул её пару раз, и убедившись, что ни капли не осталось, поставил обратно. Теперь пришёл черёд лауданума. Я почувствовал знакомый по госпиталям запах. Кардинал сделал хороший глоток из чёрной бутылочки с тёмной жидкостью – употреблять лауданум в таких количествах, вообще, опасно для здоровья, но, уверен, Кардинал это знает не хуже моего.

- Я спать, - заявил он, валясь на кровать. – Хочешь, оставайся, но тогда лучше выпей лауданума, с ним кошмары пережить будет проще.