Это известие отчего-то сильно мне не понравилось: что же ты творишь, принцесса Элоиза-попаданка? Ну кто так делает? Зачем приносить в мир то, что может кардинально изменить расстановки сил. Я недовольно нахмурилась.

— Вы её осуждаете, значит, понимаете, о каком именно оружии идёт речь, — сделал правильные выводы проницательный Его Высочество Константин.

— Предполагаю, потому что… в общем, так, — совсем не по-королевски стукнув ладошками по мягким подлокотникам кресла, резко встала. — Рассказывать о селитре что-либо я не намерена. Не сейчас. Возможно, если мне придётся защищать Родину от грозного и опасного врага, я использую порох и все те возможности, что он даёт. Но не сейчас. И меня мало волнует, что происходит на другом конце света у Её Высочества Элоизы. Но, зная клириков, могу сказать, что, скорее всего, она придумала новое оружие только чтобы их победить.

Молодые люди внимательно смотрели на меня и явно о чём-то сосредоточенно размышляли. Если они начнут на меня давить, убеждать или попытаются каким-то образом припугнуть, я мигом смоюсь из прекрасной Византии, а потом пусть попробуют заявиться на порог моего дома. Я всех за шкирку выкину. Такую же ошибку, как с Омальским, совершать не собираюсь: дважды на одни и те же грабли — не мой принцип. Я учусь на своих ошибках.

— А сейчас, прошу меня простить, появились срочные, очень важные дела, — скороговоркой заявила я и, присев в коротком, совсем непочтительный книксен, сорвалась с места, только ткань зашуршала. Генриетта едва за мной поспевала. А я всё же немного злилась на Элоизу, кем бы она ни была. Если её душа прибыла из другого мира, если в её руках оказалось настолько много власти, то, как, мне кажется, стоило дважды подумать: а надо ли выпускать джинна из бутылки? Многие знания, как говорится.

Немало времени посвятила разбору корреспонденции: приглашения на званые балы и торжественные вечера и письма, в которых навязчиво просили поделиться секретом создания шоколадных трюфелей, также ознакомилась с короткими, но по существу, записками, которые принесли с корабля. Большой Бо докладывал, что они вовсю прочёсывают самый крупный рынок по эту сторону мира. Закупаются диковинками, продают то, что мы привезли с собой за баснословные деньги. В общем, всё шло по плану и у меня не было повода волноваться и о чём-либо переживать.

Затем мы отправились в обеденную залу, где в тесном "семейном" кругу, он и правда оказался весьма небольшой: только императорская семья и мой биологический отец, даже фрейлине вход был заказан.

Сначала темы касались сугубо погоды, природы и как прекрасны птицы в саду. Затем потихоньку перешли к недавней войне между наследницей престола Англосакции и клириками, которые, ах, какие плохие! посмели напасть на королевскую кровь. Вильгельм Первый подобного тоже не стерпел и прибыл на помощь дочери, подтянув внушительные королевские силы. Но, как оказалось, мощь противника была чудовищной, святая инквизиция готовила своих воинов много лет, тренировала их, наставляла, влияла на умы через магов-менталистов… король их разгромил, но жертвы среди солдат были просто огромны.

После обеда предполагалось время отдыха, по типу сиесты в нашем мире в жарких странах, но Костик пригласил меня к искусственному пруду, находившемся прямо внутри дворца на первом этаже в самом конце правого крыла. Помещение было с футбольное поле, тут было прохладно и очень, просто невероятно зелено. И красиво. Пруд оказался сердцем этого чудесного места, где тут и там стояли деревянные лавочки, украшенные затейливыми узорами.

— А как вы, Константин, — негромко обратилась я к принцу. Сама же посмотрела на его гордый, чёткий профиль, чтобы не пропустить ни малейшей эмоции. Мы шли с ним рядом, я держала его под локоток, и со стороны наша парочка казалось влюблённой и о чём-то мило воркующей, — относитесь к магии и к магам в частности?

Молодой человек смотрел прямо перед собой, в то время как я, через ткань его камзола почувствовала, как немного напряглись мышцы его руки.

— Нейтрально, — через несколько секунд ответил он, и даже вроде не соврал. — Понимаете, пока одарённые не приносят вреда простым людям, то они не представляют опасности для общества. Если же их объединит сильный умный человек, поведёт в атаку, то беды не миновать.

В его словах было много правды. И я согласно кивнула.

— А вы, Кейт? — в свою очередь полюбопытствовал он, и повернул голову ко мне, чтобы встретиться со мной взглядом. Мы замедлили шаг и одновременно остановились.

— У меня на службе и в мастерских полно магов, — честно ответила я, поскольку очень много зависело от его отношения к магам. — И вообще, половина острова населяют именно они. А гвардейцы так и вовсе сплошь одарённые. Огневеки, водники, менталисты, анимаги, маги земли.

— Ого! — не выдержал принц и отчего-то широко улыбнулся, демонстрируя прекрасные белые, ровные зубы, его лицо вмиг из мрачного совершенства превратилось в живое и полное обаяния. Мальчишеское. — Вы умеете удивлять, Ваше Высочество, — он ловко перехватил мою ладонь и склонился к ней, опаляя кожу поцелуем. — На самом деле я догадывался, что у вас непростые мастера судя по тому же железному коню.

— Но паровоз могут создать и обычные люди…

— Я отчего-то уверен, что самый первый собрали именно маги, — не дал договорить мне принц, попадая не в бровь, а в глаз. Я кивнула, соглашаясь. Чего скрываться?

— Моя охрана сплошь маги, — нависнув надо мной, практически прошептал он, — и вы должны это знать. Наша церковь снисходительно относится к одарённым, но открытого их привечания не терпит, и это вы тоже должны знать. Наша Империя не готова к войне внутри страны, у нас хватает внешних врагов, желающих откусить Византийских территорий, и их аппетиты далеки от скромных, — это он уже прошептал совсем близко к моему лицу, — и ещё…

— Да?.. — выдохнула я, заворожённо глядя в его, как оказалось, тёмно-карие глаза с едва заметными золотистыми прожилками, и если бы не свет, льющийся в высокие стрельчатые окна, я бы их и вовсе не заметила.

— Я невероятно рад, что ваша фрейлина где-то заблудилась.

Не успела фраза сорваться с его губ, как Костя, подхватив меня за талию, привлёк меня к себе и нежно поцеловал. Первое мгновение я ещё подумала: как давно это было, а потом думалка отключилась и я отдалась чувствам, накатывающим на меня всё сильнее, всё острее и неотвратимее. И чем глубже становился поцелуй, тем больше я дрожала, мурашки пробежались вдоль позвоночника вниз и сосредоточились в животе, сводя меня с ума от напряжения и желания. Мне так хотелось всего, что должно было бы произойти дальше, но вдали хлопнула входная дверь, и Константин с тихим стоном-рычанием оторвался от меня, и, нежно проведя по моей щеке, с сожалением отступил, чтобы выровнять дыхание и разорвать дистанцию между нами до приемлемой.

— Ваше Высочество! — к нам спешила Генриетта, девушка явно меня искала, причёска её чуть покосилась и дыхание было неровным, словно она бежала.

— Что-то случилось? — стараясь не выдать голосом всё ещё бурлившие во мне чувства, деловито поинтересовалась я.

Глава 44

— Нет-нет, всё в порядке, — затрясла кудрявой головой девушка, — просто я разговорилась с Его Высочеством Михаилом, и потеряла вас из виду, а это неприемлемо.

— Всё в порядке, обо мне… позаботился Его Высочество, — кивок на молчаливо замершего принца, но я заметила, как дрогнули его губы в невольной улыбке, и чтобы скрыть веселье, он резко развернулся и спокойно сказал:

— Пройдёмте к пруду, осталось ещё несколько метров.

Молодой человек предложил левый локоть мне, правый Генриетте, как истинный джентльмен и я снова коснулась шёлкового рукава его камзола, пальцы кольнули молнии, и я поскорее взяла разбушевавшиеся эмоции под контроль. Константин удивлённо ко мне обернулся, а я как можно натуральнее удивилась, вскинув правую бровь:

— Что-то не так?

— Да нет, наверное, показалось, как будто вы укололи меня иглой, несколько раз, — криво усмехнулся он, и я, недоумённо пожав плечами, взяла его под руку, и мы пошли к рукотворному водоёму…