- Тогда остаётся старый проверенный метод, - усмехнулся я. – Ворон, Змей, Шрам, тащите взрывчатку.

- Сколько? – тут же заинтересовался наёмник, который отвечал в отряде за взрывное дело. Думать о нём, как о Чёрном змее я больше не мог, и каждый раз, когда называл позывной что-то внутри противилось этому, приходилось перебарывать себя.

- А сколько влезет в эту прореху, - ответил я. – Закладываем максимальный заряд, надеюсь, этого хватит.

Взрывчатки вездеход вёз вполне достаточно, что подорвать небольшой укрепрайон, если её грамотно заложить, конечно. Сейчас у нас не было особого выбора, только запхать сколько влезет в прореху в невидимой стене, подсоединить детонаторы и отойти подальше. Само собой, никаких бикфордовых шнуров использовать не стали, воспользовавшись электрозапалом. Отойдя как можно дальше и ещё чуть дальше отогнав вездеход, руководивший закладкой наёмник, потребовал, чтобы все убрались от него, и лишь тогда присел над коробкой электрозапала. Он несколько раз с силой прокрутил «динамо», запуская по проводу электроток, и тут же отбросил коробку и кинулся в нам.

Опасения его оказались совсем не беспочвенны – рвануло так, что мне показалось, мы снова на войну вернулись. Такой мощности взрывов я со времён нападения на Марний не слыхал – барабанные перепонки едва не полопались. Всех нас, кто находился не в вездеходе, бросило на землю ударной волной, но это и к лучшему, потому что над нами пронёсся целый вал каменной шрапнели. Куски мёрзлой земли и камни, подброшенные взрывом, пронеслись над нами, мы только головы прикрыли. А когда поднялись с земли, то поняли – Руфус надул всех нас.

Дюкетт забрался в вездеход, как только наёмник с Громилой вороном принялись вытаскивать взрывчатку и укладывать её в прореху под стеной. Никто не обратил внимания, что двигатель снежного крейсера не заглушили, хотя уже начали экономить топливо – слишком уж много его сожгли со всеми нашими объездами. И теперь, как только прогремел взрыв, и каменная шрапнель обрушилась на всех, кто остался снаружи, вездеход рванул с места на полных оборотах. Нам осталось только кинуться в разные стороны, чтобы не угодить под его здоровенные колёса.

- Твою мать, - бессильно произнёс я, провожая взглядом промчавшийся мимо нас вездеход. – Ублюдок сделал нас.

- И что теперь? – глянул на меня Шрам.

Я был уверен, что именно он выскажется первым, и был в этому готов.

- Пойдём за ним, - ответил я. – Обратно возвращаться глупо, не находишь?

- А когда встретим его?

- По обстоятельствам, - пожал плечами я. – Оружие при нас, - это было верно, даже Громила ворон на всякий случай прихватил свой пулемёт, - так что нам есть чем потолковать с нашим нанимателем.

- Он успеет к Колыбели раньше нас, - заметил наёмник.

- Это не повод поворачивать обратно, - усмехнулся я. – У нас осталась одна дорога – вперёд. И пройти её мы должны до конца.

Остальные не спорили, даже Шрам. Я первым подал пример, поправив на плече ремень штурмовой винтовки, бодрым шагом направился по следам вездехода. Следовало поторапливаться, невидимая стена затягивала прореху, пробитую в ней взрывом. Радужные шестиугольники по краям пробоины словно ползли навстречу друг другу, стремясь восстановить целостность защиты. И во второй раз пробивать нам её будет попросту нечем.

Мы пересекли ещё одну границу, отрезавшую нас от безумного мира за Завесой, это был последний мост – впереди нас ждали загадочная Колыбель и безумный бог, которого мы должны остановить. Ну раз уж ввязались в это самоубийственное дело.

Идти по следам вездехода оказалось довольно просто. Мы уверенно шагали вслед за ним – две длинные колеи, вдавленные в грунт, безошибочно указывали дорогу. Шли спокойно, без нервов, несмотря на странную ситуацию. Наниматель предал нас, решив, что дальше ему будет проще справиться самому. Раскрыл, наконец, карты, но и у нас не осталось выбора, кроме как следовать за ним, чтобы принять бой. Из этого сражения не все выйдут живыми, но каждый профессиональный солдат готов к смерти – не зовёт её, конечно, но и не боится, как «зелёный» новобранец до дрожи в коленках и обмоченных порток. Все мы, даже я вспомнивший себя, наконец, не раз ходили под смертью и давно привыкли к её присутствию. Безносая всегда была рядом, косила врагов и товарищей пулемётными очередями, взрывами снарядом, ядовитыми газами – у неё было бесчисленное множество способов отправить человека (или десяток, сотню, тысячу разом) на тот свет. Вот только за все годы войны, да и после, у неё ничего не вышло.

Я отлично помнил все близкие свидания с ней. Бойню в Отравиле, когда я один вышел против целого города и перестрелял всех, кто встал на моём пути. Пароход «Милка» в порту Марния, набитый эльфами и их прихвостнями. Покушение на мою жизнь, когда меня обвинили в гибели секретарши Сириля Робишо – патрона марнийского отделения «Континенталя». Разгром резидентуры, где я впервые познакомился с перевёртышем, тем самым, кто занял место Руфуса Дюкетта и вёз тело безумному богу. Сражение в тени сверхпушки, когда мы с наёмником впервые встали плечом к плечу против серебряноволосого эльфа-ши, жаждавшего заполучить себе силу бога. Схватка с ним же в подземном комплексе, где кристаллический пол был чудовищно скользким и ходить можно было только по специально проложенным дорожкам. Ну и конечно те два выстрела – в живот и в грудь, оставившие уродливые шрамы на моём теле. Теперь я помнил лицо стрелявшего, и если выберусь отсюда сведу с ним счёты.

Смерть всегда рядом с нами, и мы привыкли к её молчаливому присутствию, поэтому страха в нас не осталось. Мы делали своё дело, надеясь только на себя, и как правило этого было достаточно. И во время крушения «Коммодора Дюваля», и в Афре, где я командовал людьми, хотя ни разу прежде мне не доводилось водить за собой столько солдат, и даже во время расстрела в «Бычьей голове». Я полагался лишь на собственные рефлексы, чтобы если не победить, так хотя бы выжить. И сейчас действовал точно также, уверен, остальные разделяли мою точку зрения.

После всего, что со мной случилось за это время – погибнуть в сражении с безумным богом не самый плохой финал карьеры для бывшего детектива агентства «Континенталь».

Вездеход мы обнаружили ближе к вечеру. Сколько ещё добираться до Колыбели мы не знали даже примерно, и потому решили переждать ночь внутри. Несмотря на то, что снежный крейсер оказался основательно потрёпан. Машина явно приняла неравный бой, вот только с кем, понять нам так и не удалось. Корма вездехода оказала раскрыта, лаборатория, спрятанная в закрытом отсеке багажного отделения, пуста. Тело, которое везли безумному богу, пропало.

- На руках они его унесли что ли, - удивился наёмник, заглядывая внутрь.

- Может, у них был какой-то транспорт припрятан, - пожала плечами Волчица. – Ты же сам обнаружил ещё пару пустот, там могли и какие-нибудь аэросани припрятать.

Снежный покров тут лежал довольно ровный, и аэросани могли легко скользить по нему.

- Умный ход, - кивнул я. – Но кто раздолбал вездеход?

Этот вопрос мучил меня с тех пор, как мы подошли к машине достаточно близко, чтобы понять, насколько крепко ей досталось. Борта опалены пламенем, в правом красовалась уродливая пробоина. Лобовое стекло треснуло и в кабине полно крови. Однако покойников не нашлось – ни нападавших, ни оборонявшихся.

- Змей, - велел я, - отправляйся в лазарет, узнай, что с Хидео. Остальным найти ящики со спецбоеприпасами. Они нам очень скоро понадобятся. И помните, брать только те, что помечены золотым кронциркулем.

Одним из доказательств предательства Руфуса было то, что спецбоеприпасы, которые он обещал нам обеспечить, оказались полным дерьмом – подделкой, что не сможет нанести никакого вреда существу вроде безумного бога. Да и просто магу они не сильно повредят, не больше чем обычные, свинцовые пули. Это сообщил мне вышедший на связь Бомон, сумевший очень глубоко забраться в недра «Электротехнической компании Дюкетта». Именно Бомон обеспечил нас запасом специальных боеприпасов, которые я собирался использовать против безумного бога. Их было куда меньше, чем обещал Руфус, однако они были настоящими. Ну а дефицит боеприпасов не был для нас катастрофой – я вообще сильно сомневался, что мы расстреляем даже половину того, что достал для нас Бомон. Слишком уж хорошо я помнил то существо, с которым нам придётся вскоре столкнуться. Долгого сражения ждать не приходится.