Я, примерно догадываясь, чем окончилась история знаменитого Девятипалого, всё же поинтересовался:

— Ну и как? Сумел?

Приблуда хлопнул в ладоши.

— Да вот в этом-то и дело, никто точно сказать не может! Исчез ублюдок в толпе, больше его никто не видел. Местные, конечно, сразу баек и историй навыдумывали, но их пересказывать — только воздух попросту тратить.

— И что, правда исчез?

— Говорю же, не знаю! Да чёрт с ним, с придурком, я вообще не об этом. Ты меня слушать будешь или нет?

Я улыбнулся и, в примирительном жесте подняв обе руки, дал ему продолжить.

— Так о чём это я? — задумчиво потирая подбородок, пробубнил Приблуда. — Ах да! Ну вот, все мы из принтера, все уже половозрелые мужики и бабы, причём никаких детей, а воспоминаний ноль! Ну то есть откуда мне вообще известно, что существуют дети? Я же ни одного не видел! Откуда знаю, куда бабе вставлять надо, как ложку держать, какой стороной пасту жрать и что зимой нельзя облизывать железные столбы? Тут даже зимы не бывает!

Я слегка поморщился от формулировок Приблуды и решил уточнить:

— Ты про отсутствие воспоминаний?

— В том числе! Почему я ни хрена не помню о своей жизни до принтера? Вот прям бывают дни, что задним местом чувствую, что было что-то в моей жизни прекрасное и светлое, что аж душу греет, но вот что именно — вспомнить не могу.

Я заметил на горизонте ту самую дорогу и, пожав плечами, ответил:

— Ну тут вариантов-то на самом деле всего два. Первый и самый очевидный, или как сказали бы в Санктууме – лорный, так это что мы действительно из принтера. Искусственно созданные люди со случайным набором генов и биологического материала. Кто-то белый, кто-то чёрный, кто-то рослый, а кто до полторашки едва дотягивает.

Приблуда кивнул.

— А другой?

Я ухмыльнулся и хлопнул его по плечу.

— А вот о другом остаётся только гадать, так как доказательств никаких нет.

— Ну в теории? У тебя же есть мысли какие-то на этот счёт?

— Есть, — ответил я прямо. — Но на то они всего лишь и мысли. Единственное, что остаётся — это размышлять и строить теории, которые в конечном счёте ничем друг от друга не отличаются.

— Это как? — нахмурившись, поинтересовался тот, слегка прибавив шаг.

— Может, принтер — это портал в другой мир, при пересечении которого у всех напрочь отшибает память. Может, он всего лишь выдумка, и внутри сидит орава мужиков за компьютерами и заливается со смеху, наблюдая как мы тут копаемся в дерьме. А может, всё это на самом деле виртуальная реальность, как в Санктууме, а мы — это шестирукие зелебобы с планеты Новая Шелезяка туманности Орион. Всё один хер одно и то же.

Приблуда беззвучно захлопал губами как выброшенная на берег рыба, и спешно запротестовал. — Ну это ты, брат, конечно, загнул одно и то же! Тут я не соглашусь!

Я улыбнулся и, слегка приподняв брови, ответил:

— А в чём разница-то? Вот для тебя, Приблуды, в этой ситуации в чём заключается разница? Ты здесь, шагаешь в поношенных ботинках по выжженной земле, над головой чёрное как ночь небо, а за спиной одна банда отморозков пытается сожрать другую. Говорю же, один хер.

Моих доводов для парня оказалось недостаточно, и он, разгорячённый беседой, обогнал меня на два шага и приготовился парировать.

— Ну это с какой стороны посмотреть. Если это портал, то значит, есть возможность вернуться домой! Если мужики, то им можно морду набить, а вот зелебобы…

— Так, — резко прервал его, подходя к дороге. — Хватит философствовать, у нас ещё дел куча, не забывай. Как разберёмся со всем, и часы судного дня перестанут тикать по наши души, вот тогда за бутылкой чего крепкого расскажешь мне все свои теории, договорились? — Приблуда огорчённо выдохнул и молча кивнул. — Слышишь?

До дороги осталось метров двести, не больше, но даже на таком расстоянии, если прислушаться, были слышны человеческие голоса. Я конечно не особо рассчитывал найти здесь всё, как мы оставили, учитывая, что с момента внезапного рейда прошло уже два дня. Однако следы колёс автомобиля, уходящих резко с дороги за булыжник, всё ещё остались.

Мы медленно подошли сбоку и без нужды прятаться наткнулись на троих наёмников. Все трое с металлическими пластинами на лбах. Все трое Кровники. Они с особым интересом копались в салоне и дербанили автомобиль на запчасти. Я, конечно, понимаю, что собирательство у них в крови, но неужели им не хватило мозгов заметить, что перед ними не очередная груда металлолома?

Пока двое ножами потрошили салон, третий стоял, облокотившись спиной о машину, и курил сигарету. Под ногами лежал труп водителя, который уже начал пованивать, заметно подсушившись на дневном солнце. Заметив нас, наёмник спокойно положил ладонь на рукоять дубинки, обмотанной колючей проволокой, и дважды постучал по крыше машины.

— Вы кто такие? — спросил он, замечая на нас куртки, отличающихся одежды от Кровников.

— Да вот, пришли забрать лут, который прошлый раз не забрали, — ответил ровным голосом, не реагируя на открытые угрозы применения оружия.

Наёмник растянулся в кривой улыбке.

— Хочешь сказать, это ты конвой взял? Вдвоём что ли?

— А ты думаешь он сам съехал с дороги, а водитель случайно споткнулся на банановой кожуре и пробил себе череп о камень? — усмехнулся я.

Наёмник сплюнул на безжизненное тело бедолаги и, крепко затянувшись, прошипел:

— Лут поменял хозяина. Надо было всё сразу уносить, теперь пшли вон отсюда, пока не завалили, сервы.

Агрессией он ничем не отличался от своих сородичей, но вот ума у этого немного больше, чем у остальных. Может, получится договориться.

— А чего это вы здесь ошиваетесь, пока Дьякон собирают свою бригаду для атаки на холм? Неужели дезертиры?

Мои слова явно попали в точку, и те, что копались ранее внутри, нервно переглянулись.

— А тебе какая разница? — вспылил один. — Сам чего со своим бригадиром холм не обороняешь?

Я улыбнулся ещё шире.

— Значит, мы все находимся не там, где должны, и занимаемся абсолютно другим. По этой причине предлагаю за оружие не хвататься и спокойно разойтись. Я даже пойду на уступки. Забирайте себе всё железо с машины, но только я сначала сам её осмотрю и труп тоже. А потом делайте с ней всё, что пожелаете.

Наёмник спокойно докурил, осматривая меня и Приблуду с ног до головы, а затем щелчком отправил окурок в полёт и произнёс на выдохе:

— А как насчёт того, что мы и так себе всё заберём, да ещё и халявным опытом разживёмся? Вы ведь оба ублюдки-мародёры, да? Слышали мы, как Сервоголовый всех на кибу поставил и приказал всё в общаг слить. А раз вы здесь, значит, не подчинились. Ну что, как поступим? Сами всё отдадите и тогда отпустим или по-другому?

Ну вот, а я уж думал, получится обойтись без крови. До их крови мне, конечно, дела нет, но вот перед рейдом в башню хотелось бы сохранить все конечности на месте как себе, так и Приблуде. Его помощь мне понадобится.

Мысленно прикинул наши шансы. Трое на двоих, почти честно. Тот, что здоровее всех, будет главной проблемой, судя по внешнему виду, у него всё было в порядке с постоянным поступлением белка. Остальные двое выглядели не так впечатляюще, но для ножа обычно всё равно, кто им орудует — хилый или сильный. Острое лезвие есть острое лезвие.

— Ну? — нетерпеливо заявил тот. — Я ответа весь день ждать буду?

Как там говорят, если драка неизбежна – бей первым? Приблуда всё понял ещё до того, как я пантерой прыгнул с места, замахнувшись тонким клинком для удара. Он материализовал из инвентаря две металлические дубинки и с воинственным криком бросился в бой.

Здоровый и явно опытный наёмник ожидал, а может, даже и рассчитывал на атаку, поэтому был готов. Клинок скользнул по колючей проволоке его дубины и слегка оцарапал левую щёку. Ублюдок явно гордился своей скоростью, которую прокачивал не один день, зависая в КиберСанктууме.

Несмотря на свои габариты, он довольно ловко парировал мой удар и, воспользовавшись кабиной автомобиля как стеной, перекатился вбок и взмахнул дубиной. Один удар. В отличие от виртуальной реальности КС, где существовали умения, навыки, магические монстры и сверхсильные нейротоксины, способные случайным образом парализовать за секунду, здесь для убийства требуется всего один удар.