Приблуда схватил ещё одно щупальце, а затем другое. Каждый раз он попадал ровно в цель, и кажется, у него неплохо выходило обращаться с оружием дальнего боя. Шёпот принимал на себя каждый удар до тех пор, пока наконец вновь не завизжал и отлетел на несколько метров в сторону.

Я решил воспользоваться случаем и вместо того, чтобы освободить ноги, пока внимание противника сосредоточено на Приблуде, схватился руками за кабель и пополз словно по канату. Ну же, скотина, смотри в другую сторону, меня здесь нет, продолжал шептать сам себе под нос. Кажется, сработало, но вот цену пришлось заплатить огромную. Лишённый былой скорости, изнывающий от боли и ослабший от кровотечения, Приблуда не смог увернуться от очередной атаки.

Щупальца обхватили его правую руку, ту самую, которой ранее он метал куски кабеля, и безжалостно вырвали до самого плеча. Парень с диким воплем упал на левый бок, в то время как из рваной раны фонтаном хлестала кровь. Приблуда успел потерять её столько, что под ним уже скопилась настоящая лужа.

Однако даже несмотря на это он всё ещё жив и каким-то чудом продолжал сопротивляться. Щупальце колыхнулось в воздухе и вновь атаковало. Приблуда выставил уцелевшей рукой металлический прут и еле смог отбить нападение. Держись, дружище, я почти добрался.

Тогда шёпот решил сменить тактику и вместо того, чтобы атаковать издалека, даруя возможность заранее просчитать траекторию щупалец, он приблизился на несколько метров. Приблуда отбивался как мог, но в таком состоянии он больше не жилец.

Шёпот сначала оторвал ему вторую руку, полностью лишив защиты, а затем наметил смертельный удар. Парень внезапно затих, но раздел ватаги уверял, что он всё ещё жив. Шёпот занёс оставшиеся щупальца над шеей человека, словно гильотину, и резко опустил вниз. В эту же секунду мне наконец удалось добраться до цели, и я замахнулся для удара.

Шёпот внезапно поднял голову, и сквозь длинные волосы на меня посмотрела пара карих человеческих глаз. Нет, такая тварь явно не может быть человеком, поэтому, не раздумывая, под рёв зубцов пилы я засадил ему оружие в грудь. Существо завыло от боли и не сумело лишить головы Приблуду.

Путы на ногах ослабли, и мы камнем рухнули вниз…

Удар, за ним ещё один, и ещё. Я ощущал, как кожа рвётся тысячами мелких порезов по всему телу. Каркас башни превращался в промышленный мусор.

Вдруг из моего рта хлынула кровь, и, повернув голову, я заметил, что из левой стороны груди торчит железный прут.

Пробито лёгкое…

Рядом со мной лежал гроб Шёпота, под которым всё ещё ощущалось какое-то движение. Не может быть, что тварь всё ещё жива. Я убедился в том, что как следует загнал пилу в грудь и трижды провернул, однако существо пыталось подняться. Оставшаяся пара щупалец тщетно цеплялась за обломки башни и пыталось поднять корпус ввысь.

Я досчитал до трёх, стиснул зубы, нашёл в себе силы вырвать железный прут из груди и повернуться набок. Из раны в ту же секунду хлынул фонтан крови, а ещё столько же я выхаркнул, когда перевернулся и забрался на ониксовый гроб ублюдка.

В глазах помутнело, а взор закрывал то ли пот, то ещё пёс знает какая жидкость. Вдруг заметил Приблуду, точнее, то, что от него осталось. Шёпот не смог обезглавить парня, но удар всё же оказался жестоким. На меня смотрела половина тела напарника с торчащими наружу кишками. Одной системе известно, как он всё ещё жив!

Его взгляд источал невероятную нечеловеческую боль, но было в нём что-то ещё. Ненависть, ярость… Он молил меня добить ублюдка и наконец закончить этот сценарий. Попытался приподняться, но скользкие от крови ладони соскользнули с ониксового гроба, и моё тело рухнуло вниз, попадая животом на очередной металлический осколок башни.

Свет в глазах на мгновение померк, а напряжённые до предела мышцы начали медленно расслабляться. Сложилось такое впечатление, будто система валькирией спустилась с небес, по-матерински погладила по голове, уверив, что ничего страшного в смерти нет, в следующий раз точно получится, и потянула за собой.

Удивительно, но я не сопротивлялся, до тех пор, пока в груди не раздался одинокий, возвращающий к жизни стук сердца. Его хватило, чтобы удалось открыть глаза и заметить, как Шёпот из последних сил переворачивает свой гроб набок, оголяя окровавленную плоть. Я потянул к нему руку, но до финального удара не хватало всего жалкого полуметра. Человеческие глаза, наполненные ужасом и яростью, смотрели на меня и не понимали, почему на лице мёртвого наёмника растянула широкая улыбка.

Даже на таком расстоянии я всё равно прицелился, а затем мысленно нанёс на оружие нейротоксин и воспользовался ударом гадюки…

//Уничтожить Шёпот в стенах: Задача выполнена.

Награда: 1000 опыта. 100 очков КС.

Выгружаться в таком состоянии мне ещё не приходилось. Тело постепенно начинало различать разницу между реальностью и фикцией, но остаточные эффекты оставались всё ещё сильны. На губах металлический привкус несуществующей крови, фантомная боль по всему телу, особенно в правом боку, животе и пробитом лёгком. Я уж молчу про бедные мышцы, сводимые судорогами от слишком долго напряжения и обезвоживания.

Первое, что увидел – это обеспокоенный взгляд Азалии, которая по какой-то причине лично решила выгрузить меня из капсулы. На мгновение могло показаться, что она проявляла ко мне особое внимание, но девушка даже пальцем не коснулась моего покрытого потом тела. Я ещё несколько секунд полежал молча, уверяя самого себя, что боль и ощущения нереальны, а затем вылез из капсулы, пережил лёгкое головокружение и, расталкивая наёмников, побрёл к консоли Санктуума.

Индекс на потной ладони считался лишь с третьего раза, и я без раздумий купил три литра воды и две таблетки от виртуального похмелья. Сорок четыре очка как не бывало, но этого того стоит. Закинул в рот синоптический коктейль и на месте запил полутора литрами воды на глазах у изумлённых наёмников.

— Что, Смертник? Получил по рогам? — рассмеявшись, сострил один из них.

Я осушил бутылку, сжал её в пластиковый комок и ответил:

— Нет, сценарий прошли, — а затем обогнул покупателей и подошёл к капсуле Приблуды.

Парень выглядел намного хуже меня. Бледное лицо, вымоченное в поту, а глаза всё ещё горят пережитым ужасом. Я даже представить не мог, учитывая какой процент реальности выдаёт КС, каково это — превратиться в кусок мяса, не в силах даже сдвинуться с места.

Приблуда сел в капсуле, и, обняв себя за плечи, трясся словно выброшенный на холод мокрый щенок. Через пару секунд он наконец заметил моё присутствие и, подняв глаза, попытался сдержать эмоции и сделать вид, что всё в порядке. Я протянул ему синоптический коктейль и бутылку воды со словами:

— Опохмелись, я буду ждать в нашем углу.

Приблуда закинул в рот таблетку и присосался к бутылке. «Наш угол», как я его назвал, был всего лишь столиком в углу КС, где обычно пили и даже ели наёмники, ожидавшие своей очереди или просто пришедшие поглядеть. За ним ранее сидел Приблуда, когда ждал моего прихода, так что, думаю, он поймёт о чём я.

Синоптический коктейль действовал быстрее любого болеутоляющего. Когда добрался до столика и усадил усталое тело, фантомная боль практически исчезла. Остался ещё привкус крови на губах, но, возможно, она была реальна. Ещё совсем недавно я бился с Мышьяком, а потом бежал из плена.

Пока Приблуда приходит в себя, решил глянуть на результаты прохождения сценария. Интерфейс заявил, что я поднялся на два уровня — до тринадцатого, причём в сухом остатке лежало ещё шестьдесят девять очков. До четырнадцатого требовалось в общем тысяча двести десять, что заставляло задумываться.

Первые уровни шли одни за другим, и действительно, в одиночку можно просидеть на первом сценарии, постоянно повторяя его день за днём, но вот дальше? Дальше на резне крыс не прокормишься. Мало того, что битва в Санктууме отнимала прилично сил и лишала тело влаги, которую восполняешь за очки КС, рано или поздно их не хватит.