— Марк!

— Я серьёзно! Видела бы ты меня…

— Апостолов, лучше заткнист! Это просто охренеть как невероятно, — нервно фыркнула Илона, — И ведь я даже не сомневаюсь, что это правда! Тебя хоть Марком зовут?

— Сокращённо, — хмыкнул я, — Вообще… Я Маркелий. Маркелий А'стар.

— Охренеть!

— Только потише, прошу, любимая! Нельзя, чтобы остальные узнали. Не сейчас.

— Ладно-ладно… Но это всё равно просто невероятно! Даже на фоне происходящего!

Я улыбнулся совершенно искренне и поцеловал её.

— Извини, что не рассказал раньше.

— Мы вернёмся к этой теме, когда победим, понял, Апостолов? — прошипела она мне в ухо, — Иначе тебе не поздоровится, будь ты хоть трижды богом!

— Понял, понял…

— И я хочу знать всё!

— Клянусь, больше от тебя я ничего не стану утаивать.

Я видел, как она вглядывается в моё лицо, ищет в глубине зрачков правду, ищет того человека, в которого влюбилась.

— Обещаешь?

— Обещаю. Как только мы победим… я всё расскажу и отсеку эту холодность и расчётливость. Отправлю этого внутреннего «архитектора реальности» обратно в спячку и стану тем самым болваном, который вечно влипает в истории и портит тебе жизнь. Мне и самому, как оказалось, это очень нравится.

Она сжала мои пальцы, и тень беспокойства в её глазах окончательно отступила, уступив место прежнему задору.

— Что-то я тебе не очень верю… Помнится, когда мы заключали «Кровавый пакт», ты хотел…

— Тише, дорогая, тише!

Она поцеловала меня.

— Ладно, всё потом. Только один маленький момент… А когда у нас будут дети… Ну, они будут такие же как ты, или…

— Илона, умоляю, не заставляй меня вдаваться в подробности, пока вокруг генералитет Империи.

— Ладно, вернёмся к этому разговору позже. А я пока пойду, пофантазирую — всё равно тут пока заняться нечем. И кстати — завтра с тобой хотят увидеться ребята. Ты и так целый месяц от них скрываешься. Выдели час между раздумьями о спасении мира, я знаю, что твои подарки уже готовы.

— Как пожелает моя госпожа, — я отвесил ей шутливый поклон на глазах всех изумлённых генералов, и Илона повернулась и вышла, оставив меня наедине с голографической картой и моим титаническим замыслом.

Я снова посмотрел на пульсирующую точку «Арканума».

Холодная, кристальная ясность немедленно вернулась, сметя короткую вспышку человечности, как океанская волна смывает песчаный замок.

Илона была права. Я изменился. Во мне говорило нечто большее, древнее, то, что проснулось, когда я поглотил Ядро Юя. Но это был необходимый шаг, единственно возможная эволюция. Чтобы поймать бога, нужно самому снова стать им, научиться мыслить его категориями.

А что будет после победы… что ж, я узнаю это, только когда она случится.

28 января 2036 года. Москва.

Я сидел у иллюминатора, вглядываясь в опустевшие улицы Москвы, раскинувшейся внизу. Илона сидела в кресле напротив, изучая новостные сводки.

Мой АВИ, угловатая и быстрая «Ласточка», плавно описывала круги над центром, позволяя мне держать руку на пульсе города. Снизу доносился лишь приглушённый рёв моторов и сирен — симфония организованного хаоса.

Воздух в кабине был заряжен энергией, исходящей от меня. Я не сидел в подземной норке, как крот — я был нервным узлом этой операции, и мое место было здесь, в небе, откуда я видел всё.

Мой взгляд скользил по карте на планшете, сверяясь с расположением наших сил. Это была не просто сеть союзников-одиночек. Это была полноценная армия, встроенная в город, как стальной скелет.

Сектор «Альфа» — парк Горького, превращённый в укрепрайон. Среди оголённых зимних деревьев стояли в камуфляже шагоходы нового поколения, их массивные конечности вмёрзли в грунт, а стволы-заклинатели были подняты к небу.

Роты «Витязей» в своих грозных экзоскелетах отрабатывали построение — стальные титаны, чьи усиленные мускулы шипели гидравликой, а на спинах были закреплены портативные щито-генераторы. Это был стальной кулак Империи, готовый встретить любую физическую угрозу.

Чуть дальше, на крышах высоток располагался Сектора «Бета». В ожидании приказов в засаде замерли «Соколы» — элитные бойцы в лёгких реактивных экзоскелетах. Их задача — мобильность и точечные удары. Я видел, как один из них, словно хищная птица, перепрыгнул с одной крыши на другую, его репульсоры на мгновение оставили в холодном воздухе сизый след.

А на земле, в переулках центра, был рассредоточен Сектора «Гамма» — обычные армейские части. Но «обычные» — условность. Это были солдаты, прошедшие подготовку для действий в условиях магических аномалий. Их БТРы и танки были покрыты глифами кинетической и энергетической защиты, а в каждом отделении был как минимум один боевой маг, координирующий действия с артиллерией — не обычной, а стреляющей сгустками структурированной магии. Там же находились и отец с братьями — как и множество других вояк, с которыми я был шапочно знаком по своей практике у Тобольского Урочища.

Я отдал мысленную команду пилоту, и «Ласточка» плавно развернулась, взяв курс на север.

Внизу проплывал Сектор «Дельта» — район, где в подземных лабораториях «Маготеха» Пётр Салтыков и его команда колдовали над эфирными резонаторами. Я чувствовал их работу даже отсюда — лёгкую, почти невесомую вибрацию в энергополе столицы, словно кто-то настраивал гитарную струну размером с город.

Ох Петя-Петя… Надеюсь твои расчёты оправдаются и ловушки сработают как надо, и хотя бы задержат мощь Ур-Намму…

Мой планшет завибрировал — поступило сообщение от сестёр Шу из Сектора «Сигма». Их вампирская магия, тёмная и вязкая, уже опутала подступы к «Аркануму» невидимой паутиной. Они докладывали о завершении первого контура ритуалов подавления.

Я пролетал над Москвой-рекой, над Сектором «Ню». Египетские маги шейха Аль-Саида и тирана Египетской деспотии, прибывшие всего три дня назад не были похожи на солдат. Они стояли кругами на набережной, их белые одежды развевались на ветру, а их древние, гортанные песнопения, обращённые к воде, создавали над рекой марево из золотого света.

Превратить Москву-реку в сплошной защитный барьер — это надо уметь…

И разумеется, вся область вокруг столицы была наполнена сильнейшими боевыми магами Империи — несмотря на «эвакуацию» основной массы «слабачков» и «средняков», я велел расположить вокруг Москвы такие силы, какие здесь не собирались никогда. Безродные, дворяне, анимаги и стихийники, лучшие игроки в чаробол — все сильнейшие маги были тут, чтобы поддержать меня в нужный момент. В момент, когда я создам сотни порталов, чтобы все прибыли ко мне…

Даже для Авроры и Эммериха нашлось место — я вернул их из анабиоза и дал возможность искупить свои грехи. Увидев, в кого я превратился, они и не думали спорить…

Всё было на своих местах.

Каждый винтик в гигантской машине войны: от стального кулака «Витязей» до прибывших колдунов из Нефритовой Империи, от расчетливой магии техномагов Салтыкова до тихой ярости преподавателей «Арканума», поддерживающих щиты над академией.

«Ласточка» снова набрала высоту, и передо мной открылась панорама всего города — замершего, пустынного, но начиненного смертоносной силой до зубов.

Я положил руку на подлокотник, чувствуя бурлящий внутри меня Эфир. Все эти люди… не знали, когда ждать удара, но они были готовы.

И я был готов.

Осталось только дождаться, когда протубéранец древней ярости рванёт из-под земли в самом сердце Москвы. И тогда этот город превратится в ад…

«Ласточка» приземлилась на заснеженной площадке перед одним из немногих ещё работавших кафе на окраине Садового кольца. Воздух здесь, в относительном удалении от эпицентра, всё ещё пах обычной жизнью — кофе, выпечкой и выхлопами редких машин.

Мы с Илоной не успели сделать и шага от АВИ, как из распахнутых дверей кафе на нас вывалилась знакомая буря эмоций.

— МАРК! ИЛОНА!

Аня Лисицина, вся как сжатая пружина, мчалась вперёд, её глаза были размером с блюдца. За ней, стараясь сохранить остатки достоинства, но явно взволнованные, шли Маша Тимирязева и… Арсений.