Рашид — молодой, жилистый парень с кожей, покрытой татуировками, которые двигались. Змеи из чернил ползли по его рукам, иногда шипя в мою сторону. Он сидел, скрестив ноги, и играл на странной флейте — звук её заставлял вибрировать стёкла в иллюминаторах. Ясно, похожий талант, какой был у Лисицыной — только развит, судя по всему, не в пример сильнее.

Лейла — девушка в белом, с лицом, закрытым вуалью. Но сквозь ткань светились три глаза. Она не говорила, только смотрела на Илону так, будто пыталась проникнуть в её разум.

Джамал — лысый здоровяк с кулаками, каждый размером с мою голову. Его доспехи были выкованы из метеоритного железа и испещрены рунами подавления магии, а в качестве оружия у него был здоровенный каменный посох.

Юсуф — последний, и самый странный. Он выглядел как подросток, но его голос звучал, как у старика. В руках он держал книгу, страницы которой перелистывались сами, а чернила на них шевелились, складываясь в новые слова.

Я разглядывал этих «попутчиков», и про себя гадал — интересно, кого из этих шестерых мы похороним первым?

А отряд, в свою очередь, с таким же интересом изучал меня.

— Интересно, — протянула Азиза на ломаном английском, — Этот золотой мальчик уже осознал, что он — самое слабое звено в нашей компании?

Халим, не отрываясь от поедания какого-то жареного мяса, хрипло рассмеялся:

— Да ладно тебе, Азиза, не поддевай мальчика. Лучше расскажи, как ты превращала всех своих бывших в черепа на своих косичках.

— Враньё, — фыркнула Азиза, но пальцы её машинально коснулись одного из миниатюрных черепков.

Рашид перестал играть на флейте, и змеи на его руках зашипели в сторону Халима.

— Говоришь так, будто сам не сожрал прошлого напарника за то, что тот съел твой обед!

— Он был невкусный, — пожал плечами Халим, — Слишком много желчи. А вот ты, Рашид, вообще не ешь. Может, ты и не человек вовсе, а просто куча змей в кожаном мешке?

Рашид только ухмыльнулся, и змеи на его шее изогнулись в подобие улыбки.

Лейла молча наблюдала за перепалкой, её третий глаз под вуалью медленно моргнул.

— Она опять всех сканирует! — заворчал Джамал, постукивая каменным посохом по полу, — Завязывай, трёхглазая! Мы и так знаем, что ты видишь, у кого какие грешки.

— Особенно у тебя, — прошептала Лейла, и её голос прозвучал так, будто раздался сразу в наших головах, — Например, я знаю, что вчера ты…

— Подумай хорошенько, трёхглазая! — Джамал резко поднял руку, — Подумай хорошенько, что ты хочешь сказать. А то я всегда считал, что одно из твоих очей — лишнее…

Угроза в голосе здоровяка была ничуть не мнимой — в отличие от всей прошлой перепалки магов.

Я обернулся к Фарису, и увидел, как над его ладонью мелькнула очередная проекция — изображающая массивное сооружение из чёрного камня, опоясанного стеной. На башнях маячили силуэты часовых в доспехах, над ними мерцали глифы подавления, а над воротами висел огромный глаз — артефакт сканирования, медленно поворачивающийся из стороны в сторону.

Я обратился к помощнику шейха:

— Это форт?

— Да, — не отрываясь от созерцания проекций, ответил он.

— Он один?

— Вокруг Долины Царей их несколько. Семь, если точнее. И между ними протянуты магические стены.

— Сколько времени займёт прохождение этой… границы? Когда прилетим, я имею в виду?

Мутные глаза с проекциями шестерёнок мигнули, словно переключая режим.

— Не думайте об этом, мумтасон (пожиратель, араб.). Всё схвачено, — проскрипел он, — Нас пропустят.

— О да, чужеземец, шейх может организовать что угодно! — внезапно влез в разговор маг с посохом — здоровяк Джамал. Он развалился в кресле, и чистил ногти лезвием из воздуха, которое материализовалось у него между пальцев, — Двери, границы, даже законы — для него всё открыто!

Он бросил взгляд на меня и Илону, и в его глазах читалось откровенное пренебрежение.

— Вот только одного я не пойму… — он нарочито медленно провел языком по зубам, — Зачем на такое важное дело с нами отправили двух иностранных туристов?

Тишина в салоне стала гуще. Азиза перестала перекатывать шар пламени, Халим замер с куском лепёшки на полпути ко рту, а Рашид тихо проиграл на флейте насмешливую трель.

Илона напряглась, но я лишь рассмеялся про себя.

Ох, шейх, шейх… Неужели ты не сказал им, кто я?

— Получается, Аль-Саид не объяснил тебе такой простой вещи, — протянул я, — Жаль, жаль…

— Так может, ты объяснишь нам, турист? — Джамал наклонился вперед, и его тень вдруг стала неестественно большой, заполнив половину салона. Хм… Теневой маг, значит? Плюс физик… Сильная комбинация, — Что ты вообще тут делаешь?

Ну что ж… Похоже, это будет весело.

Фарис резко поднял руку, и его голос прозвучал как скрежет металла:

— Успокойся, Джамал.

Но здоровяк лишь усмехнулся, развалившись в кресле. Его посох, покрытый рунами, с глухим стуком упёрся в пол.

— Никак не пойму, зачем на понадобились такие задохлики, как твой «гость», уважаемый Фарис, — Джамал кивнул в мою сторону, и мерзко ухмыльнулся, — А вот рыженькая… — его взгляд скользнул по Илоне, — Могла бы помочь мне расслабиться перед миссией.

Тишина в салоне стала звенящей.

Я не сорвался с места, не припечатал эту сволочь магией — потому что Илона предупреждающе качнула головой.

Что ж… Вступлю, когда будет нужно.

Моя дорогая невеста хочет поразвлечься — её право. Могу её понять, за последнее время в нас накопилось изрядно усталости, ярости и злобы. А тут — такой уникальный идиот, который нарывается сам, даже не зная, кто перед ним! Не просчитал наши силы, это плохо…

Силён — но не слишком умён. От такого будет много проблем…

Илона на замечание здоровяка даже бровью не повела. Она лишь медленно скрестила руки на груди и сказала спокойно, почти ласково:

— Знаешь, колдуны с большими посохами обычно компенсируют отсутствие размера в другом месте. Потому никакое «расслабление» тебе не поможет. Ты слишком напряжён из-за своих… крошечных проблем.

Халим фыркнул, подавившись лепёшкой. Азиза резко отвернулась, но её плечи дёргались от смеха.

Джамал побагровел. Его пальцы сжали посох так, что камень затрещал.

— Острый язык, да? Ничего, рыжая… Когда мы окажемся в Урочище… — его голос стал низким, звериным, — Гарантирую, на первом же привале ты сбежишь от своего слабого мальчика и будешь умолять меня позаботиться о тебе! И дашь за это всё, что угодно. Ты даже не представляешь, что тебя там ждёт…

Илона перебила его, резко вскинув бровь:

— Чего именно я не знаю? Что там водятся твари, способные порвать твой накачанный зад одним движением? Или что магии там столько, что две твоих смешанных силы — песчинка на берегу океана? — Илона мастерски прочитала здоровяка, — Ты сам-то сколько раз бывал в Урочищах? Готова поспорить, что ты первым завизжишь, как поросёнок, когда на нас со всех сторон навалятся монстры!

Джамал вскипел. Он рванулся вперёд — но тут АВИ резко тряхнуло, и все дружно качнулись.

Впрочем, это не остановило мага. Джамал всё же встал с кресла, и его массивный посох с грохотом ударил по полу. Лицо было перекошено злобой, глаза пылали. Он сделал шаг к Илоне, пальцы сжимаясь в кулаки.

Я вздохнул. Ну, кажется, она вывела придурка из себя всего парой фраз. И доказала, что он не слишком стабильный. Придётся взять его под контроль, а заодно показать остальным, кто тут главный.

— Хватит.

Я тоже встал — медленно, нарочито спокойно, и встал перед Илоной. Джамал, кажется, только сейчас по-настоящему обратил на меня внимание. Попытался просканировать — но внешне я давно научился регулировать проявления энергетики, так что ему казалось, что я слабачок.

Что ж, для того я и обманывал его, ха-ха!

— Уйди, мальчик.

— Даю тебе последний шанс, — произнёс я, глядя ему прямо в глаза, — Сядь на место и заткнись.

Джамал оскалился.

— Зря ты так, задохлик!

Его зрачки сузились — и я почувствовал, как он перекачивает энергию из Искры в тело.