— Не подходи! Огонь! Огонь! Убейте Курьера!

Бойцы переглянусь и неуверенно посмотрели на Хасанаги. Старик молчал и не отдавал приказа, поэтому его сыну пришлось взять убийство на себя и нажать на спусковой крючок. Я отбил все четыре пули клинками, не забывая, что за спиной у меня пряталась Элли. Пока ей лучше не выходить, так как они явно опять воспользуются ею в качестве приманки, а этого допустить никак нельзя.

Когда обойма пистолета опустела, наследник швырнул его в мою сторону и возмущенно завопил:

— Почему вы не стреляете? Отец! Это Курьер!

— Курьер, — медленно протянул старик, протягивая мне руку. — Подойди поближе.

Нейролинк обнаружил у него довольно мощный внутричерепной имплант второго поколения. Судя по описанию, старик мог в любой момент атаковать меня на программном уровне и запустить довольно опасное ПО. Однако ему было столь же интересно, сколь и мне, поэтому упускать такой шанс познакомиться, вместо битвы, которую он явно проиграет, Хасанаги не стал.

Я подошёл и позволил ему положить морщинистую ладонь мне на лицо. Его искусственные, но всё же выдающие истинный возраст глаза сканировали меня изнутри. Сложилось такое впечатление, будто он пытался заглянуть в мой матричный импринт и узнать, кто я такой на самом деле, но, если бы это произошло, Нейролинк тут же бы меня уведомил, так что пока всё в порядке.

— Отец! Что ты…

— Цыц! — резко выпалил старик, затыкая своего обнаглевшего наследника. — Я не узнаю твоё лицо.

Сам факт, что старик относился к человеку, который чуть ли не уничтожил всю его корпорацию, лучше, чем к собственному сыну, вызвало у наследника приступ истерии. Он подбежал и, выхватив у одного из бойцов оружие, веером выпустил автоматную очередь. Я успел среагировать, отразил три пули, а вот старшему повезло не так сильно.

Две из них попали человеку в бок, но тот сделал вид, что даже и не заметил. Он был настолько погружен в размышления, что полностью игнорировал тот факт, что его наследник только что фактически его прикончил. Я натравил на стрелка Нейролинк, на всякий случай связал оставшихся бойцов спецназа и отправил обратно в принтер. Младший схватился за голову и, упав на колени, принялся глухо стонать. Убивать его пока ещё рано, даже учитывая, что за панорамным окном замигали первые лучи света.

Я удивлён, что эвакуационный транспорт не прибыл ранее, но им всё же удалось прибыть до того, как корпорация лишиться верхушки. Правда, у одного из левого бока хлестала кровь, а второй пытался удержаться распадающиеся на части собственные мозги. Единственные, кто воспользовался случаем, — это трое членов правления, которые, соскочив со стульев, побежали к зависшему в воздухе транспорту.

— Система тебя описывала совершенно иначе, — пробубнил старик, неосознанно делая шаг назад. — Ты должен был умереть, как и все до тебя. Однако вот ты стоишь передо мной, а я истекаю кровью на собственном ковре. Получается, ты меня убил.

Я наклонил голову и увидел, как бойцы специального отряда выжгли проход в окне и запрыгнули в офисное помещение главы корпорации. После того, как испуганные члены правления оказались на борту, они распределились по кабинету и изготовились к стрельбе.

Вдруг старик повелительно поднял руку, и все, как один, запрокинули головы и попадали мёртвым грузом. Нейролинк не оповестил о кибератаке, а значит, её и не было, тогда как? Неужели я слишком недооценил Хасанаги?

— Почему? — корчась от боли, промямлил младший. — Они ведь могли нас спасти.

— Думаешь, у меня нет контроля над собственными войсками? — холодно процедил старший, наконец заметив, что из бока хлестала кровь. — Туп, как всегда, не видишь ничего дальше собственного носа.

Когда пилот заметил, что весь отряд моментально погиб, то резко дёрнул за штурвал и повёл транспорт прочь. Не хватало ещё, чтобы члены правления сбежали и вернулись с подкреплением. По крайней мере, не сейчас. Я активировал Линк и разложил матричный импринт пилота на части, чем заставил транспорт спикировать вниз и врезаться в башню.

Ударная волна заставила старика потерять равновесие, и он, держась за правый бок, не выдержал и упал на колени. Я смотрел в его глаза и пытался понять, что он имел ввиду. Система меня описывала? Если да, то почему он ждал именно другого человека? Быть может, система оказалась неправа? Мне нужно заглянуть ему в голову.

Вдруг в дверном проеме показалась Элли. Девушка медленно зашла в комнату, держа на прицеле корчащегося на полу Хасанаги, и подошла ко мне. Я, не отрывая взгляда от старика, присел перед ним на колени и коротко произнёс:

— Прикрой меня, я быстро.

Элли сразу поняла, что должно произойти дальше, и встала у меня за спиной. Я положил ладони на морщинистые щёки старика и медленно выдохнул. Даже в таком состоянии, на грани смерти, он так и не воспользовался своим имплантом и не пытался меня убить. Вместо этого он продолжал искать ответы в моих глазах, словно я мог ему в этом помочь.

— Значит, вот как всё закончится, — пробубнил он. — Я умру от рук Курьера… Забавно… Система вычислила, что наша встреча будет решающей для всего Города, но почему-то во снах я представлял, что всё пройдёт совершенно иначе.

— Она не ошиблась, — впервые заговорил я, запуская протоколы чтения памяти. — Просто она показала тебе сценарий, где перед тобой стоял другой человек.

— Возможно, ты окажешься прав, — прошептал Хасанаги, а затем широко раскрыл глаза и быстро задышал.

Я погружался в его разум и пытался отыскать нужное мне воспоминание. В сравнении с другими жертвами, пробираться сквозь гремучий лес его разума оказалось намного сложнее, чем предполагалось. Хасанаги успел прожить яркую и полную будоражащих моментов жизнь. На моём пути они загорались как новогодние лампочки, маня своим ослепительным светом. Однако меня интересовало совершенно другое, и, нащупав нужный фрагмент памяти, я схватился за него цепкими пальцами и сосредоточился на нём.

Я чувствую полное умиротворение, как после удачно выполненного плана. Моя работа была всего лишь частью длинной цепочки событий, но теперь, когда могу спокойно выдохнуть и погрузиться в глубокий стазис предков, мир кажется совершенно иным. Мой разум напрямую подключён к системе, и пускай тело спит, он всегда останется в сознании, и я продолжу впитывать знания.

Сто тридцать восемь лет прошло с момента, когда меня перепечатали уже в шестой раз. Шесть раз моё тело погибало, а матричный импринт возвращался в семейный принтер Хасанаги. Шесть раз я возвращался в мир Кокона, чтобы, в конечном счёте, занять своё законное место во главе моей корпорации. Седьмой раз должен стать последним.

Система продолжает получать сигналы от неизвестного источника. Никто не может понять откуда, ведь прошло уже много лет, но я всё ещё помню откуда мы пришли. Всё ещё помню, как мир выглядел раньше. Однако я и представить не мог, что в один день сигнал вновь проснётся, и система сможет его зафиксировать.

Она постоянно мне рассказывает про какого-то Курьера. Человек, с которым я должен встретиться лицом к лицу, и он навеки изменит не только облик моего Кокона, но и должен будет стать тем самым Возмездием, о котором она постоянно твердила. Именно по этой причине не стану перепечатывать свой матричный импринт и встречу его как есть.

Я погружаюсь в стазис. Сознание бодрствует, а система всё чаще рисует передо мной образы человека. Высокий, крепкий, отлично сложенный, с широкой челюстью и тёмно-каштановыми волосами. Порой образы меняются, будто система в режиме реального времени адаптирует его внешний вид. Местами он предстает блондином, затем брюнетом, и снова всё начинается по кругу.

Сбиваюсь со счёта времени. Оповещения от системы продолжают приходить один за другим. Курьер становится всё ближе, но каждый раз он не решается зайти в Город. Что его останавливает? Не могу дождаться момента, когда мы с ним наконец увидимся.

Воспоминание уносит меня назад на пятьсот лет.

Я стою на вершине своей башни и созерцаю всё ещё молодой Город. Нам предстоит пройти длинный путь, но всё, чем занят мой разум, это попыткой сдержать нарастающий гнев от трепа одного очень настырного человека.