В весь процесс было вовлечено порядка трёх десятков уродов, не считая тех, кто находился в комнате выше. Они не станут такой уж и большой проблемой, однако волновали меня не они. Среди Крысоловов были и те, кого совершенно не ожидал увидеть, а именно мутанты Шва, офицеры из Ордена и один человек, который сначала показался мне знакомым.
Он носил такой же длинный тёмно-синий плащ с высоким воротом, что и Ямидзава, и, судя по взгляду, скорее всего, тоже являлся агентом. Именно он созерцал с высоты наблюдательной комнаты за всем процессом и не отрывал взгляда от мытья детских тел. С агентом я тоже должен справиться, в конце концов, одного мне практически удалось убить, и с тех пор я стал намного сильнее.
Главная проблема заключалась в том, что в идеальной ситуации воспользовался бы нейрококтейлем и окрасил бы стены кровью. Однако в таком состоянии, плюс то, что мутанты были вооружены тяжёлым оружием, могут пострадать невинные дети. Дети, которых я сюда пришёл спасти. Нет, этот вариант не рассматривается. Шальная пуля может меня и не задеть, зато пролетит через всё помещение, срикошетит от стены, пролетит в вентиляцию и попадёт кому-нибудь прямиком между глаз. Опыт давно научил не спорить с хозяйкой случая, поэтому придётся сделать всё по-тихому.
Вряд ли у меня получится убить тридцать человек, разобраться с десятком стоящих на страже мутантов и убить всех, кто находится в наблюдательной комнате, включая агента. И всё это без единого звука. Нейролинк подсказывал, что есть несколько вариантов развития событий, но я сгрёб их в кучу, собрал в один общий шар и принялся вылепливать свой план.
Крысоловы меня не заметят, как и мутанты, а вот агент почувствует моё присутствие, если подпущу к нему червя Нейролинка. С ним, видимо, придётся разбираться последним. Я перебежал от бочек, к которым отправился один из работников, и скрылся за пластиковой цистерной, из которой поступала вода.
Можно собрать мерзавцев в общую сеть и избавиться сразу от всех, так как столь слабые разумы и банальный хром не смогут выстоять против моего червя. Я ещё раз оценил ситуацию, прикинул варианты и выстроил удобную сеть, к которой будут подключены все трудящиеся Крысоловы. Один импульс, один сигнал, короткое замыкание — и тридцать свежих трупов пополнят мою личную коллекцию. Жаль, что не могу убить их ещё раз, но для этого сгодятся остальные.
У меня будет несколько секунд замешательства, чтобы пересечь всю «цеховую» зону, добраться до дежурящих у лестницы мутантов и всех перебить. Главное, справиться с ними раньше, чем ублюдки откроют огонь, потенциально рискуя повредить товар. Чёрт, я уже сам их так называю. После короткого вдоха и выдоха пообещал себе, что буду работать аккуратно, и запустил голодного червя.
Он добрался до построенной мною сети, размножился на тридцать самостоятельных элементов и отправился по невидимым линиям на охоту. Я выбежал из-за пластиковой цистерны ещё до того, как червь сумел поджарить нервную систему врага, и на всей скорости атаковал. Первыми меня заметили офицеры, которыми были люди, управляющие мутантами.
Я прекрасно понимал, что против меня выступили прокачанные пользователи, а не обычные туннельные крысы, которых мог разделывать одним пальцем за завтраком. Именно по этой причине держал наготове активированный Нейролинк, который сумел подсоединиться к вражескому хрому и нащупать уязвимые точки.
Мутанты медленно оборачивались, направляя на меня тяжёлые пулеметы, а раскручивающиеся стволы говорил о том, что эти больные ублюдки действительно решили открыть огонь. Все Крысоловы разом схватились за головы и попадали с предсмертными криками. С офицерами оказалось не так просто, и на мгновение червь наткнулся на незримый барьер, но, используя превосходящую силу моего импланта, с лёгкостью сумел через него пробиться и атаковать нервную систему целей.
Я запрыгнул на плечи мутанта, вонзил ему клинок в макушку, а затем перепрыгнул на следующего и повторил. Раскалённые лезвия моих богомолов входили в черепушки врага, словно в топлёное масло. Они уже не казались столь грозными и опасными, как это было в первую нашу встречу, а пристальный взгляд агента с наблюдательной комнаты лишь немного раздражал.
На ходу залил в себя последний фиал с нейротоксином и ощутил, как изнутри начала нарастать горячая волна. Сердце пропустило удар, адаптируясь под хлынувший в кровь реагент, а прокачанная нервная система загорелась лампочками нейронов, словно новогодняя ёлка.
Мне на мгновение показалось, что вновь начинаю терять контроль и превращаться в безумного зверя, но в этот раз всё оказалось иначе. Нервная система не только адаптировалась под нужды хозяина, но и заставила организм среагировать как надо. Весь эффект бесконтрольной кровожадности и желания рвать вражескую плоть на части практически испарился. Всё, что осталось, — это яростная ненависть к этим ублюдкам, но она являлась порождением моего сознания, а не побочным продуктом принятого реагента.
Все мышцы натянулись до такого состояния, что готовы были вот-вот порваться, а лёгкие раскрылись настолько, что мог чувствовать, как пахло изо рта у агента на втором этаже. Все чувства обострились до предела, превращая меня в очень опасное существо. Злое и опасное существо. Я стиснул зубы, ощутил невероятный прилив сил и скакнул в сторону.
Бреющая очередь пулемёта разрезала пустоту, проходя опасно близко от лежащих на столах детей. Я заметно ускорился, а когда в угол зрения попали раскручивающиеся дула ближайшего оружия, развернулся и широко по нему рубанул. Оставшимся мутантам хватило ума не сражаться со мной подобным образом, и они, выбросив бесполезное оружие, потянулись за длинными мечами, располагавшимися у них за спиной.
Слишком большие, слишком медленные и предсказуемые. Их мощностей хватало разве что в борьбе против биошлака. Мне же они казались невероятно медленными и неуклюжими. Мне с лёгкостью удалось проскользнуть мимо наточенных клинков и убить сразу двух мутантов, нашинковав тех метровыми огненными лезвиями.
Последний отступил к лестнице, занимая возвышенную позицию, как вдруг сверху послышался звук бьющегося стекла, и наружу выпрыгнул ублюдок в плаще. Он немного напоминал Ямидзаву, точнее, то, как тот держался на публике. Высоко поднятый подбородок, острый, как кончик катаны, красные искусственные глаза и зачёсанные назад волосы. Мутанту не повезло встретиться с ним взглядом, и через мгновение из его рта пошла белая пена, а глаза закатились.
Я даже не стал на него смотреть, так как прекрасно понимал, что это результат действия височного импланта, очень похожего на мой, а через мгновение сам ощутил его эффект. Массивный таран пытался пробиться сквозь мою защиту, нанося удар за ударом. Однако Нейролинк, усиленный работой коктейля, смотрел на эти попытки и издевательски хохотал.
Пока агент не приступил ко второй фазе, я растянул губы в кровавой улыбке и бросился в атаку. Противник вытянул из рукава сегментарную трость, которая у меня на глазах вытянулась в длинный посох с энергетическим наконечником.
Технология Города ему не поможет, как и продвинутый височный имплант, дающий превосходство над обычными противниками. Глубоко внутри я даже надеялся, что он сможет меня хоть чем-нибудь удивить, но на деле агент оказался не ровней тому же Ямидзаве. Ему уверено удалось блокировать мой прямой выпад и, шагнув в сторону, зайти мне в бок.
Правда, там его уже ожидал сюрприз в виде заряженного револьвера практически в упор. Я несколько раз нажал на спусковой крючок, разрядив остатки барана противнику в грудь. Агент слегка пошатнулся и посмотрел на туго затянутый плащ. Ткань сумела остановить все выпущенные пули, но на это и был расчёт.
Я ловко перекувыркнулся, оказался на полу, и на моих губах появилась довольная улыбка. Агент с холодным выражением лица не мог понять причины такого моего веселья, а затем сверху послышался хруст металла. Последняя пуля попала ему не в грудь, а была направлена намного выше. Болтающийся над головой человека контейнер, в который грузили капсулы, сорвался с цепи и обрушился тому на голову.
