Сначала могло показаться, что местные жители в страхе попрятались по домам, но распахнутые двери контейнеров и разбросанная на земле детская одежда твердила иначе. Забрали даже оставленные мною трупы, предварительно раздев и их. Не слышал, чтобы для создания мутантов подходили мёртвые тела, но думаю, Крысоловы попросту решили собрать всех.

Это плохо, это очень плохо! Я ещё раз пробежался по поселению, так и не обнаружив ни одного живого существа, плюнул и побежал к Железякам. Их поселение, в отличие от Бродяг находилась не так далеко и нутро подсказывало, что ублюдки в телах детей явно каким-то образом эксплуатировали слабых.

Чёрт, держись Фи, держись, я иду! Пока бежал, мне в голову пришла очередная мысль, Павлик! Фи должна была научить мальчика пользоваться телефоном и если ему удалось спрятаться, то сейчас он сидит где-нибудь в лагере и дрожит. В любом случае, Плавик может знать что здесь случилось. Я на ходу достал телефон, перепрыгнул через кусок мусора и увидел перед собой очертания лагеря Железяк. Сигнал грустно пропищал и приказал долго жить. Ни телефон Фи ни Павлика не принимал сигнал или попросту не работал, ну что же, тогда придётся искать их по старинке.

Добраться до лагеря не оказалось уж и такой большой проблемой, однако меня встретила всё та же пустота с небольшими дополнениями. Кровь. На земле находилось отчётливо пятно впитавшейся, но всё ещё свежей крови. След уводил резко в сторону и обрывался у закрытого контейнера, который служил Железякам в качестве дома.

Я резким движением сорвал клинком толстую цепь, открыл и, не зная, чего ожидать, выдохнул. Сюда сбросили всю окровавленную одежду, включая несколько механических протезов, однако ни жителей, ни Фи здесь не было. Ну куда же, куда же они подевались? Лишь одна мысль о том, что мне не удалось обнаружить трупы, хоть как-то давала надежду, что я всё ещё успею их спасти. Осталось только отыскать.

«У ТВОИХ ДЕЙСТВИЙ БУДУТ ПОСЛЕДСТВИЯ»

Заткнись, сука, и не мешай мне думать! Я решил не бежать и, закрыв глаза, медленно прочитал мантру, которой меня научила Мей. Мой разум, мой инструмент, спокойно… спокойно… дыши и думай, Смертник, дыши и думай. Я открыл глаза и автоматически активировал Нейролинк с его встроенной функцией анализа. Перед глазами забегали цифры в процентах, пытаясь составить для меня маломальскую картинку.

Сам бы потратил на это намного больше времени, а вот подсознание замечает всё. Научится бы ещё контролировать этот процесс и обходиться без импланта, но пока он есть, было бы глупо не воспользоваться этой функцией.

Нейролинк за миллисекунды анализировал и пытался восстановить происходящие здесь события и выдал размытую картинку. Судя по следам, здесь собралось сразу несколько человек. Все взрослые, у всех мужской размер ноги. Однако была здесь пара и поменьше, явно пренадлежавшая Фи, а рядом с ней совсем маленькая. Уже хоть что-то.

Следы находились как раз в центре кровавого пятна и я, присев, заметил, что маленькие отпечатки уводили в сторону лагеря Бродяг. Видимо Павлику всё же удалось бежать, но того же самого нельзя сказать про Фи. Девушку явно утащили, так как следы обрывались именно здесь, а тела мне так и не удалось обнаружить, но куда?

Нейролинк смог лишь предсказать немногое. Дальше следы смешивались с десятками маленьких Железяк, превращая весь в лагерь в одну большую смазанную картину. Значит Фи должна быть жива, но зачем им понадобилось её тело? Держать в плену, чтобы использовать это против меня? Посадить на цепь как остальных? Продать, в конце концов, как сбежавшую рабыню Тысячников?

Паскуда, вариантов слишком много. Правда остались ещё следы Павлика, которые уводили в лагерь Бродяг и стоит, как минимум проверить там. Быть может кто-нибудь ещё остался, не собранный уродами в масках или я обнаружу такой же пустой лагерь, с небрежно брошенной на землю детской одеждой.

Ещё раз убедился, что Нейролинк не расскажет мне ничего нового и побежал к Бродягам. До них добираться дольше всего, ведь мелкие устроили себе лагерь чуть ли не у стены комплекса в противоположной стороне. Они старались держаться ото всех подальше и особо не отсвечивать, но на самом деле, думаю позиция была выбрана из-за близости к лифту.

Однако всё это уж не имело значения. Мне надо отыскать Фи, Павлика и всех кого могу спасти, а затем покончить с этим место раз и навсегда. В груди зарождалось противное чувство, будто кто-то внутри пошарился, вывернул всё наизнанку, раскидал по сторонам и оставил как есть. Мне не хватало собранности, мысли постоянно распылялись между возможными вариантами развития событий, а я, продолжал твердить себе одно и тоже. Ты должен быть сильнее.

Могло показаться, что эта мысль подстегнула не только разум, но и тело. Я побежал быстрее, едва успевая переставлять с ноги на ногу, как вдруг, во тьме Яслей показались первые огни лагеря Бродяг. Они всё так же были развешаны, словно новогодние гирлянды, свисающие со старых ящиков и контейнеров.

Даже на таком расстоянии и довольно скудном освещение, мне удалось заметить, что лагерь не пустовал. Сначала подумал, что может Бродяги всё же сумели возвести оборону и хоть как-нибудь отбиться, но вскоре заметил, как из-за стены поселения, вышло двое Крысоловов. Один из них курил сигареты, блаженно выдыхая дым во тьму Яслей, а другой что-то ему рассказывал.

Разговорились черти! Детских криков не слышно, более того, я не вижу, чтобы хоть кто-то сопротивлялся. Старшой, пускай и ребенок, но показался мне парнем борзым и, как минимум не сдался без диких воплей и оров, а значит… Значит я опять опоздал, но не совсем. В отличие от других лагерей, здесь Крысоловы закончили совсем недавно, а раз не встретил их на пути, значит ушли в Голодную сеть через рабочий лифт.

Времени на расспросы у меня нет, а учитывая, что ублюдки предпочитали смерть, чем выдать таких же уродов, как они сами, придётся воспользоваться Нейролинком. От мысли, что придётся погружаться в сознание таких отпетых мразей, мне захотелось блевать. Да, именно так. Не подходил тошнотворный ком, не становилось плохо, мой желудок буквально выворачивало наизнанку, но, к сожалению, другого выхода нет.

Я на ходу приготовил клинки и, не сбавляя хода, атаковал словно смертоносная тень. Из лагеря раздался шорох и частые шаги, поэтому этих двоих убил на месте и ворвался прямиком в поселение. Внутри находилось человек десять, все до последнего в масках и, судя по всему, их оставили чтобы он всё хорошенько проверили и поискали чем ещё можно поживиться.

Ублюдок, который мне покажет где находится их лагерь, стоял в самом конце у фальшивого костра, который выстроили дети. Почему именно он? Не знаю, просто вот так мне захотелось, к тому же, чуть ранее он размахивал палкой, раздавая указания, а значит точно должен знать, куда утащили Фи и детей.

Крысоловы заметили меня не сразу. Они побросали вещи, небольшие коробочки и контейнеры и выхватили автоматы и пистолеты. Я широко расставил руки в стороны и ринулся в атаку. Первый умер ещё до того, как мне удалось к нему приблизиться. Он увидел, как него мчится разъяренный, покрытый с ног до головы человек, клинки которого горят ярко-оранжевым цветом в темноте. Ублюдок попросту языком нащупал капсулу с ядом и спешно её раскусил.

Остальные решили продать свою жизнь подороже и открыли огонь. Повторяющиеся слова Матери, о том, что у моих действий могут быть последствия, на мгновение утонули в канонаде из выстрелов и человеческих криков. Я на ходу отбил несколько пуль, добрался до следующего Крысолова и отсёк ему голову.

С каждый убийством, с каждым отправленным в принтер ублюдком, я ощущал, что делаю этот мир лучше. Если бы не сложившаяся ситуация, то мог заниматься подобным в качестве постоянной работы на полную ставку, возвращаясь домой с чувством выполненного гражданского долга, но и так сойдет.

Я перескочил от одного противника к другому, оставив за спиной рассечённый от уха до пояса труп и краем глаза заметил, как предводитель отряда мародёров, куда-то собрался. Он забрался на контейнер, который служил одним из двух стен прохода, ведущего к дому Старшого и перепрыгнул на соседний. Видимо он решил тем самым выбраться через стену и бежать к лифту. Ну уж нет, нам с тобой ещё надо поговорить.