— Ух, — поморщившись, протянул тот. — Жестоко, Смертник, даже для такого как ты. Хорошо, убедил, пока вернусь в реальность, а то, действительно, если не ты, то та же Элли меня настолько задолбает, что в любом случае придётся возвращаться, но тут не всё так просто. Тебе придётся найти мне конструктора. Ага, ты не ослышался… Отсюда я мало что могу сделать, а сшивать разум и плоть воедино, пока не научился, но ты не переживай. У меня будет достаточно времени заняться изучением киберпространства и улучшением тренировочной базы. Извини, но снаружи тебе пока придётся справлять со всем без меня, но, думаю, моё тело и так бы не понадобилось. Вместо этого освобожу тебе разум — фигурально, так как покинуть пока его не могу — и займусь работой. В следующий раз, когда решишь меня навестить, здесь всё будет выглядеть совершенно иначе, и мне бы хотелось послушать про то, кто такая Мей, и почему ты решил, что за атакой стоит именно она.

— Договорились, — я пожал его виртуальную руку, ловко уходя от темы.

Ожидаемо, но девушка так и не откликнулась. Может, я оказался не прав? В конечном счёте, мне была неизвестна её судьба, однако подсознание решило иначе. В направляющем голосе я услышал знакомые нотки, принадлежащие её голосу. Правда, отсюда возникал следующий вопрос: почему здесь и почему сейчас?

Я осмотрелся по сторонам, сделав вид, будто наблюдаю за созданием комнаты ядра, но на самом деле искал женский силуэт. В прошлый раз он сказал, что я нужен в другом месте, но где? На улицах ОлдГейта? Тотальный геноцид всего биошлака — это, конечно, грустно, но не настолько, чтобы растрогать моё чёрное сердце.

Спасением города должны заниматься герои, за которыми идут целые армии, а возбуждённые женщины восторженно рукоплещут в след. Однако ни я, и никто из моей ватаги таковыми не являлись и, более того, не заслуживали носить такой титул. И это меня полностью устраивало. Герои носят костюмы и маски, чтобы их никто не узнал, и живут ради того, чтобы в один день о них сложили легенды. А мы, с другой стороны, выживаем ради следующего вдоха. Сквозь кровь, пот и ржавчину — просто, чтобы дожить до следующего утра.

Мир стянулся в точку, и я вернулся в реальность, делая глубокий вдох. Подсознательно надеялся найти здесь сидящего Бауха, который осознал собственную ошибку и спешно ретировался в бункер, но нет. Всё осталось тем же, вплоть до аккуратно сложенной рядом с ванной одеждой. Я вылез, вытерся и оделся, как вдруг в кармане зажужжал телефон.

Номер неизвестен, что весьма странно. Мои контакты знали лишь члены моей ватаги, и они вряд ли бы стали звонить с чужих трубок. Ну что же, будет интересно. Я большим пальцем откинул крышку и нажал на зелёную клавишу.

— Мой мальчик, — раздался с обратной стороны старческий женский голос. — Будь добр, скажи мне, почему мой ученик стоит на коленях в моей прихожей и просит о каком-то одолжении? Кажется, в прошлый раз я предельно доступно выразилась, что больше не занимаюсь научной работой.

Вот и нашёлся недотёпа. Интересно, во что он решил ввязаться в этот раз?

— Баух? — спросил я, доставая пистолет и одной рукой проверяя содержимое патронника.

— Ну а кто же ещё, стал бы ты водиться с другим моим учеником? Такого и одного хватит на весь ОлдГейт.

— Ну и чего же он от тебя хочет? — спросил, сделав вид, что мне не особо интересна его судьба.

— Хочет, чтобы я открыла свой магазин в новом месте. Сказал, что даже не придётся платить за аренду, — вдруг женщина замолчала, а затем её тон голоса изменился настолько, что всё прозвучало как очевидная предъява. — Ты хочешь опять втянуть меня в какую-то авантюру? Потому что, если так, то почему ты сам ко мне не пришёл и вместо этого послал человека, о котором я спросила тебя позаботиться? М?

— Смертник меня не посылал, он даже не знает, что…

— Цыц! Помолчи, Баух, взрослые разговаривают. Ну так, мой мальчик, я получу свой ответ, или ты будешь нечленораздельно мычать, как любит делать мой старый ученик?

— Баух должен был сидеть там, где ему сказано, но, видимо, он решил иначе. Предложение актуально, но не сейчас, думаю, ты сама прекрасно понимаешь почему.

— Хм… — медленно протянула женщина, и на заднем фоне послышалось едва различимое шорканье ног. — Как вижу ситуацию я, у меня есть всего два выбора. При первом ты забегаешь в моё скромное жилище с квадратными глазами и пытаешься спасти моего ученика. Признаюсь, этого бы не хотелось. Однако при втором варианте я нарушу собственное правило, и тогда уже плохо станет мне. В любом случае, в обеих формулах уравнения есть неизвестная мне переменная, которая очень похожа на тебя. Думаю, минут через двадцать, может, максимум двадцать пять всё встанет на свои места, и я узнаю конечный результат. А до тех пор нам лучше не разговаривать, потому что у тебя только что появились проблемы.

Женщина положила трубку, оставив меня в недоумении, а затем телефон коротко пропищал, и перед глазами высветилось сообщение с адресом. Вот уж не ожидал, что старушка окажется столь многословной после наших предыдущих разговоров. Могла сразу сказать, что к ним собираются наведаться гости — видимо, Баух, где-то наследил.

Я выбежал из бункера, попутно открывая карту ОлдГейта, и заметил, что до цели около пяти километров. Благо улицы были пусты, и все, даже чистокровные, прятались по домам. Двадцать минут — это цифра очень условная, поэтому о беге можно забыть. К счастью, недалеко от магазина находился автомобиль, который использовался для проникновения в Чёрный узел. Я сел за руль, дёрнулся за козырёк, и на колени упал ключ.

Ни минуты покоя!

Автомобиль под визг колёс сорвался с места, и я выехал на дорогу. Сзади постоянно раздавался один и тот же пущенный по кругу текст, и пока лучше избегать патрульных машин. Официально, по крайней мере, насколько мне известно, комендантского часа не вводили, но лучше держаться маленьких улочек и стараться не выезжать на встречку.

Через десять минут хаотичной езды, постоянно сворачивая и петляя, мне удалось добраться до адреса, который скинула старушка. У входа в подъезд уж стояла бронированная машина с изображением символа Белого шва на борту. Чёрт, неужели опоздал? Интерфейс утверждал, что Баух всё ещё жив, а значит, есть шанс.

Я выпрыгнул на ходу, забежал в подъезд и галопом помчался по лестницам на пятый этаж. Ну вот почему всегда последний? Почему последний?

По пути встретил несколько любопытных жителей, которые выглянула из квартир и, раскрыв рты, смотрели куда-то вверх. Ещё на подходе я услышал грубые и низкие механическое голоса, будто люди говорили через синтезатор речи. Швы…

На пятом этаже меня встретила распахнутая дверь, откуда доносился мужской вой и приказы вооружённых людей. Мой нейтралитет продержался недолго, правда, здесь у меня был веский аргумент. Баух, несмотря на всю свою проблематичную натуру, был членом моей ватаги и ведающим как никто другой в биоинженерии. Его опыт мне ещё пригодится, поэтому придётся прибегнуть к любимому насилию.

Я забежал в квартиру и, увидев спину оперативника, на полном ходу вонзил в неё клинки и жестоко улыбнулся. Ублюдок оказался сильнее, чем можно было предположить, и, несмотря на торчащие в спине железяки, развернулся и попытался ударить меня локтем. Я ловко увернулся, нырнул под атаку и с размаха вонзил клинок в подбородок. Карбоновая маска, закрывавшая ему лицо, не спасла, и этот член Белого Шва стал моей первой жертвой.

— Биошлак! — прокричал второй низким механическим голосом и попытался направить на меня оружие.

Знал бы он, что сейчас собирается убить человека с самым высоким уровнем генетического импринта на всем ВР, скорее всего бы, застрелился. В руках он держал довольно крупную винтовку, которую я никак не мог идентифицировать. На мгновение даже показалось, будто она была не с ОлдГейта — а с самого Города!

Однако он, как и остальные, забывал простую истину. В помещении всегда переходи на ближний бой. Я стремительно приблизился, коротким движением выбил винтовку из рук и на всей скорости заряди коленом в карбоновую маску. Удар оказался достаточно сильным, чтобы она надкололась, а когда я упал на противника, справа раздался женский голос: