Из дверей напротив выбежали ещё пятеро вооруженных людей. Я догадывался, что на защиту Кай выставит небольшую армию, но ублюдки напирали волна за волной. Неважно, сколько мне приходилось убивать, сложилось такое впечатление, что всегда оставалось ещё больше. Я успел спрятаться за контейнер для аппаратуры и подумать над дальнейшей тактикой.

Путь всего один, и надо двигаться дальше. В теории звучало довольно просто, однако пересечь плотную свинцовую завесу не получится даже с моей скоростью. Будто этого было мало, за спинами стрелков показался человек, ростом превышающий в два метра. Мини-версия Черники, он был напичкан таким количеством железа, что больше походил на киборга, нежели человека. Он двумя руками держал то, что можно было описать как ручную пушку.

Не думаю, что контейнер для звукового оборудования выдержит выстрел из ЭТОГО, что уж говорить про моё тело. Я на мгновение выглянул, поняв, что противник выбрал сдерживающую тактику и не палил почём зря, и тоскливо подумал, что всё, что мне надо — это хотя бы одна граната, которая поможет мне продвинуться дальше.

Вместо неё в ладони появился пузырёк с нейрококтейлем — вот и настало твое время, дружок. Я поменял револьвер на дробовик, не глядя несколько раз выстрелил, а когда послышался крик, меня сбило невидимой волной. Пузырёк с нейрококтейлем отправился вместе со мной в полёт, и чем бы нас ни ударили, я дважды успел чертыхнуться и выпил содержимое.

Сердце пропустило удар…

Мои чувства взвинтились на триста процентов, а в груди заколотило с такой скоростью, что онемевшие кончики пальцев начали намекать о возможном инфаркте. Я спешно встал, обернулся и отчётливо увидел три направленных на меня ствола.

Нейролинк активировался самостоятельно, и одному человеку буквально выжгло на моих глазах мозги. Он схватился за голову, свалился на пол, и из всех отверстий его тела потекла кроваво-бурая жидкость. Я скакнул вперёд, попутно отбивая сразу несколько пуль, и заметил, что моя скорость выросла в несколько раз. Причём я больше двигался на инстинктах, предугадывая куда попадёт следующая, нежели принимал холодное и хорошо продуманное решение.

Перед глазами появился процентный расчёт следующей атаки одновременно с тем, как моя рука замахнулась для удара. Стоящая передо мной жертва не могла похвастаться ничем, кроме нулей и одного параметра ниже пяти. Клинок рассёк голову надвое, и я одновременно подставил левую руку под удар. Второй клинок попал прямиком в висок ублюдка, и я замер, когда впереди появилась яркая цифра в сто процентов.

Меня вновь отбросило на несколько метров назад, а гора мяса передёрнула затвор звукового оружия и приготовилась к очередному выстрелу. Мою плоть должно было порвать, однако вовремя скрещённые на груди клинки и сгруппировавшееся тело сумели меня спасти. Я приземлился в дальнем конце комнаты, и проценты перед глазами начали дрожать.

С первого взгляда могло показаться, что сам интерфейс дрожал перед мощью звуковой пушки громилы, но на самом деле — это меня распирало изнутри. Я ощутил, что взгляд застилает кровавой пеленой, отчего затряслись руки, а зубы застучали с удвоенной силой.

Кровь, больше крови! Внутренний зверь постепенно захватывал контроль, приказывая телу вцепиться во врага голыми пальцами и разодрать его глотку зубами.

Мускулистый противник смотрел на меня так, словно собственными глазами видел, что происходило у меня внутри. Коктейль захватывал не только тело, напитывая каждую мышцу невероятной мощью, но и брал под контроль сознание. Я ощутил себя запертым в комнате два на два сторонним наблюдателем за тем, что произойдет дальше.

Противник поднял пушку и нажал на кнопку активации, как вдруг произошла осечка. Медленный гул механизма постепенно набирал обороты, а затем резко срывался, будто отказывался на меня нападать. Я широко улыбнулся, когда человек продолжал судорожно нажимать на клавишу, явно ожидая другого эффекта, а затем кровавая пелена окончательно упала мне на глаза, и я потерял контроль.

Ещё мгновение назад я находился на дальнем конце коридора, как вдруг мгновенная вспышка сначала лишила меня зрения, а затем перенесла к врагу. В лицо брызнула горячая кровь, а я, словно в замедленной съемке, увидел, как от его тела отсоединяется левая рука. Человек подался в сторону, попытаясь избежать удара, но он был слишком большим и слишком медлительным.

Очередная вспышка, и я погружаю ладони вместе с клинками в его грудь и, нащупав лёгкие, сжимаю со всей силы. Здоровяк беззвучно открыл рот и выхаркнул порцию крови, не понимая, как кто-то может двигаться с такой скоростью. Мой внутренний зверь требовал больше крови, больше мяса и больше убийств. Я попытался вернуть себе контроль над собственным телом, но разъяренный монстр вырвался наружу.

Он поднял оружие противника, проделал им дыру в животе, а затем, засунув внутрь, нажал на кнопку активации. Мотор в этот раз не дал осечку и, накопив достаточное количество заряда, разорвал мягкие и склизкие органы на тряпки. Здоровяк буквально лопнул на моих глаза, окрасив стены в кроваво-красный цвет.

Я ощущал, как впитываю жизнь врага, и мне это нравилось, однако то, что следовало с этим чувством рука об руку, вызывало вполне серьёзное опасение. Не обнаружив других целей, зверь ворвался в следующее помещение и первым делом вцепился пальцами в глотку оказавшегося на пути человека. Ногти вновь разорвали плоть и со всей яростью вырвали гортань противника.

Пока что всё, что было видно — это редкие очертания вражеских силуэтов, а зверь орудовал без меня, превратив тело в личный аттракцион, и я понял, что с нейрококтейлями лучше не частить. Самоконтроль, о котором говорил Баух, видимо, должен научить меня распределять препарат и контролировать своё тело, в противном случае, пускай я и становился быстрее и выносливее, случайно мог навредить не тем людям.

Пока мои клинки разрывали силуэты людей, а вокруг свистели пули и звучали крики, я мысленно закрыл глаза и обратился к любимой мантре. Даже плавая в нейрококтейле, моё тело всё равно остаётся моим. Мои эмоции выполняют только мою волю, и они оружие, которым управляю я. Вдох-выдох. Вдох-Выдох.

Я открыл глаза и заметил, что всё вокруг резко замедлилось, а пелена постепенно рассеивалась. Мне вновь удалось ощутить собственное тело от кончиков пальцев ног до макушки, и признаюсь, чувство было непередаваемое, если бы не похмелье. Как от любого препарата, нацеленного на изменение сознания и химии мозга, меня атаковала мощнейшая абстиненция.

Я попытался шагнуть и едва устоял на ногах. Вокруг было столько тел, что могильщику хватит работы на весь день. Впереди показался Баух с искаженным ужасом лицом, который сидел, прижавшись к батарее, не в силах избавиться от наручников. Рядом с ним сидела Фокс с засохшей под носом кровью и почему-то широко улыбалась. Я попытался сделать ещё один шаг, как вдруг, хлюпнув кровью в правом ботинке, пошатнулся, и перед глазами просвистела холодная сталь.

Адреналин снова ударил в кровь и удержал меня на ногах. Мне удалось отшагнуть и блокировать удар. Мой взгляд упал на знакомую сетчатую футболку — Лейла… Она попробовала извернуться змеей и атаковать снизу, но опыт сражения с Литой меня кое чему научил. Я ударил на навстречу и со всей силы зарядил ей коленом в нос. Пускай действие нейротоксина постепенно улетучивалось, моё сердце всё ещё отбивало бешенный ритм, и мощи хватило, чтобы откинуть врага назад.

Лейла развернулась в полете и, сжимая нож в руке, бросилась в атаку. Я видел, как она приближается, видел, как пытается сделать обманный трюк и ударить меня в печень. Мне не понадобился Нейролинк, чтобы это понять, но вместо блока или уворота в моих руках появился дробовик, и я нажал на спусковой крючок.

Попавшая в упор дробь пробила кожу, грудную клетку и разорвала сердце. Девушка мёртвым грузом упала на пол и испустила дух. Голова вновь закружилась, и на мгновение вернулось похмелье. Я краем глаза заметил, как сверкнула светлая кучерявая голова в синей бандане, и мысленно сказал сам себе, что мы ещё не закончили.