— «Фудзи» лишился трубы, крен на борт, кормовая башня не стреляет. Растет дифферент на корму — видимо там пробоина. Оконечности ведь не защищены, а по нему бьют кроме главного калибра семь восьмидюймовых пушек. Вот и нанесли повреждения, — Молас записал что-то в блокнот карандашом, и после паузы подытожил:
— А ведь Того уже все понял, раз к берегу пошел — возможно там выставили мины, и поставили пару береговых батарей — острова ведь пролив перегораживают. Нам близко подходить нельзя — камни опасны, а если заграждение поставлено, то они просто уйдут в проход по фарватеру.
— Будем сражаться, Михаил Павлович — нельзя его упускать, а нанести ущерб в кораблях линии, его ведь не восполнить. «Фудзи» и «Токиву» добьет Григорий Павлович… Хм, как интересно — теперь и «Адзуму» вышибли.
Степан Осипович не скрывал искреннего удивления, хотя в рубке царило безудержное ликование. Все же вдвоем «Ослябя» и «Победа» имели почти вчетверо больший вес залпа, причем крупнокалиберных орудий, противостоять которым гарвеевская броня не смогла. Снарядов уже было выпущено многовато, и количество неизбежно переросло в качество — «француженка» уже лишилась одной трубы, обе орудийные башни прекратили стрельбу, крейсер оседал на нос, скорость его снизилась до совершенно неприемлемых девяти узлов. А броненосцы Чухнина неумолимо накатывали — уже различалась «табуретка» дымовых труб флагманского «Наварина», за которым следовал «Ростислав» а замыкающим шел «Сисой Великий». От них на двадцать кабельтов отставали «Георгий Победоносец» и «Двенадцать апостолов». Так что «подранками» будет кому заняться, нужно преследовать уходящие отряды Того и Камимуры всеми силами, благо теперь в них чуть ли не двойной перевес — дюжина против семи.
— Все снаряды истратим — эти броненосцы не «Фудзи», у них броня по всей ватерлинии, в цитадели девять дюймов. Наши пушки не пробивают, а сблизиться они не дадут — максимальный ход машины выдали, мы отстаем.
— Вижу, — досадливо пробормотал Степан Осипович, — Зиновий прав — нужно увеличивать калибр, хотя бы до прежних британских или американских пушек, но со скорострельностью нынешних, со стволами в 45 или даже 50 калибров, тогда плиты в девять дюймов не защита.
— Да, тринадцати дюймовые пушки проломят броню, но лучше 343 мм — у тех снаряд вдвое тяжелее, чем наш нынешний. Да и дистанция боя неизбежно расти будет, а на ней шестидюймовые пушки бесполезны.
— От восьми дюймов тоже проку мало, они хороши, если брони нет, или тонкие, в два-три дюйма, плиты. Так что нужны исключительно большие пушки, восемь как на «Гангуте», вместо нынешних четырех. И калибром не 305 мм, а хотя бы 330 мм, а лучше вообще 356 мм. Да, именно так — четырнадцать дюймов любую броню пробьют.
— Это не скоро будет, Обуховскому заводу надо двенадцатидюймовых орудий выпустить больше — не хватает ведь. Но заняться более мощными пушками стоит озадачиться уже сейчас — лет за пять образец изготовят.
— Зиновий Петрович добьется — он как морским министром стал, то энергии хоть отбавляй, да и поддержка самого царя многого стоит. Лучшего генерал-адмирала нам просто не найти — реформатор!
Последнее было сказано без всякой насмешки, совершенно серьезно. Теперь, под грохот орудий, можно было отдать Рожественскому должное — за девять месяцев нахождения на посту начальника ГМШ он подготовил флот к войне, ухитрившись перебросить почти все русские броненосцы на Дальний Восток, на Балтике и Черном море остались только строящиеся корабли, или совсем откровенная рухлядь, которую на слом давно отдавать нужно. К тому Зиновием сделан огромный задел на будущее — заложены самые мощные в мире броненосцы, которые действительно можно именовать линкорами, по сравнению с ними даже строящиеся британские «кинги» станут «мальчиками для битья» — скорость на полтора узла больше позволит их догнать, а вдвое большее число орудий главного калибра буквально растерзать залпами. А через несколько месяц в Германии заложат новый броненосный крейсер водоизмещением в 15 тысяч тонн, и скоростью в 24–25 узлов, как у «Новика», и с вооружением из восьми десятидюймовых пушек. Вот для этого корабля любые «асамоиды» будут на «один клык»…
— Броненосцы Григория Павловича вступили в бой, Степан Осипович, — от мыслей отвлек Молас, и Макаров опомнился. Посмотрел в бинокль — четыре броненосца Того уходили, вперед вырвались три уцелевших крейсера Камимуры. Русские отряды как бы объединились для преследования, тоже идя на максимальном ходу — «Ретвизан», за ним «Цесаревич», и замыкающими все три «инока». «Громобой», «Россия» и «Баян» перестреливались с малыми броненосцами Камимуры, благо теперь по составу вооружения им не уступали, как и по скорости, а по мореходности превосходили. А вот «Император Николай» и «Три святителя» изрядно отставали, за ними следовали броненосцы Фелькерзама. Впрочем, противник для последних нашелся — пытавшаяся уйти «Адзума», которую тут же принялись «охаживать» полновесными бортовыми залпами, потихоньку сходясь на близкую дистанцию. А вот быстроходные крейсера зарубежной постройки стали гоняться за вражескими миноносцами и малыми крейсерами, у которых надежда была только на спасение в бегстве. Вот только немногим это удастся сделать — все те из них, кто сейчас в проливе находится, к вечеру будут безжалостно истреблены, ведь многие уступают в скорости, а тот же «Новик» вообще способен выдать 25 узлов, и при небольшом волнении легко догнать любой дестройер.
— Принято сообщение от адмирала Скрыдлова по беспроволочному телеграфу. В Мозампо «Чесма» и «Нахимов» потопили старый китайский броненосец, а сейчас «адмиралы» и «князья» топят или захватывают японские транспорты в Фузане. Затем будет высажен десант под прикрытием огня канонерских лодок. Так что важные для нас порты захвачены!
— Отлично, будет, где ночью встать на якорь, а в дозоры отправим канонерки с миноносцами. Все, господа — это победа, причем не сейчас, это и так понятно, а в войне. Всего за полтора месяца мы ее добились. С половиной оставшегося флота японцы ни на море воевать не смогут, ни высадится в Корее. А те дивизии, что там есть, наши войска за месячишко раздавят. Если не сдадутся вовремя — корейцы их просто вырежут. Так что для нашей армии противника просто не найдется, и потихоньку высадим десанты на острова Цусимы — нужно их занять, а гарнизоны истребить. Чтобы в будущем пролив этот на вечные времена за собой оставить. Хорошая здесь победа одержана, вполне убедительная, и теперь нужно ее плодами воспользоваться.
— Тихоходные броненосцы можно теперь в Мокпхо, Мозампо и Фузане держать, с новыми кораблями начать против вражеского побережья действовать. Опять же необходимо успеть на Формозе десант высадить, чтобы до заключения мира местное население к присяге подвести.
— Вы правы, Михаил Павлович — война еще не окончена. Плодами Цусимской победы, что сегодня одержана, нужно успеть воспользоваться…
Была в японском флоте и своя «черная пятница»…
Эпилог
Либава 12 июля 1908 года
— Водоизмещение германских кораблей уже говорит о том, что воевать они готовятся с Англией, а отнюдь не с нами, Степан Осипович. А это характерный признак, о многом говорит. Посмотрите на их новые линкоры — расположение башен по нашей линейно-возвышенной схеме, от установки орудий по бортам они отказались, Тирпицу хватило моих доводов.
Зиновий Петрович пристально рассматривал прибывшие к Либаве новейшие германские «дойчланды», которые впечатляли. Водоизмещение линкоров порядка восемнадцати тысяч тонн, чуть больше, чем на русских «гангутах». Однако по стоящим рядом кораблям этого не видно, зато орудийные башни с 305 мм пушками смотрятся куда солиднее, чем германские с 28 см орудиями. Зато у немцев стволы новой выделки, в 45 калибров, с большой дальностью стрельбы. И при этом немцы уже приняли на вооружение новых 30,5 см пушек в пятьдесят калибров, что превосходят британские орудия в 45 калибров. Ничего страшного — следующая пара русских балтийских линкоров, которые вступят в строй через два года, получит новые двенадцатидюймовые пушки в 52 калибра. На их основе уже идет изготовление первых образцов 356 мм орудий с такой же длиной ствола. Вот те будут поставлены на быстроходные линкоры более крупного водоизмещения, с мощными турбинами, производство которых пока налаживается с невероятными трудностями, причем при помощи тех же немцев.