— Сразу по возвращении распусти большую часть сети, оставив спящих агентов. Основной упор сделай на разделение организации. Начинай создавать полноценную структуру, работающую внутри страны. Европейское направление у нас развивается неплохо. Торопиться не надо, иначе всполошим придворную камарилью. Нельзя её недооценивать. Дипломаты, торговые представители, да и экспедиторы могут что-то заметить. Но лет через пять-семь у тебя должна быть готовая спецслужба.

— А что будет через пять лет? Вы чего-то задумали?

— Честно? Я пока сам не знаю. Просто хочу подготовить Павлу мощную опору. Ведь кроме особой службы, мы создадим цесаревичу специальные войска по образу моих егерей. Он слишком сильно полагается на сакральность своей персоны и недооценивает распоясавшуюся аристократию с гвардией. Ему бы взять пример с матери. Поэтому мы будем действовать через супругу наследника. Она недавно сильно испугалась слухов о том, что Екатерина хочет отнять её детей, дабы самостоятельно воспитать внуков, — произношу с усмешкой. — Страшно представить, кого может воспитать эта мадам. А России нужен сильный император, которого не было со времён Петра.

— С чего начнём? — фон Бер сразу перешёл на деловой тон.

— Необходима безопасная и постоянная связь с Павлом. Я должен донести до него с супругой свои мысли. Думаю, мы достаточно успокоили соглядатаев Шешковского. Ведь между мной и наследником давно не было никаких контактов.

Бах! Бах! В этот раз пушки грохнули дуплетом. И обе попали!

Теперь мне надо сработать также успешно. Чую, что Екатерина просто так не успокоится. Дело даже не в моей безопасности. Слухи об объявлении наследником её внука родились не на ровном месте. Вот пусть Павел получит свои рычаги влияния и силу. Думаю, в этой реальности история пойдёт другим путём. В моей реальности он проиграл не только из-за неготовности к власти. У императора попросту отсутствовала нормальная поддержка из достойных людей. Здесь она уже появилась, вот мы и подкрепим её силовым блоком.

Ноябрь 1779 года. Кунгур, Сибирская губерния, Российская империя

Я забыл, что нахожусь в ссылке и не имею права покидать пределы Сибирской губернии западнее Кунгура. Этот момент был обговорён заранее, ведь здесь планируется построить важнейший хаб по переброске и снаряжению будущих старателей. К тому же весомая часть грузов идёт по северному маршруту, а уфимское направление больше используется для сплава металла.

Люди Афанасия сейчас активно разведывают новые маршруты, производя нужные расчёты. Многое упирается в транспортную инфраструктуру. Какой смысл ехать по более короткой дороге, если по пути нет трактиров для ночёвки и невозможно купить фураж? Еду с собой взять можно, но не тащить же несколько телег с овсом и сеном. К тому же качество дорожного полотна на тракте гораздо лучше. Срезал купец пятьдесят вёрст — зато разбил в хлам ходовую телеги, встав посреди тайги.

Фактор разбойников тоже надо учитывать. На сплавщиков металла они не нападут, потому что поживиться нечем. Зато хватает желающих напасть на караван, везущий на восток различные товары. Между Пермью и Екатеринбургом хватает застав и небольших гарнизонов, поэтому особо не поозоруешь. Речь, естественно, о больших отрядах. От всякой мелочи отобьются сами купцы. Мои парни так вообще способны положить в бою любую ватагу или сотню воровских башкир — оружие и выучка у них на высшем уровне.

Содержание такой транспортной службы обходится в копеечку, зато нападения сведены к минимуму. Обозники одновременно являются кузницей кадров и этаким пенсионным фондом: там мы обкатываем молодёжь, а в логистику могут уйти опытные бойцы, получившие ранения. В итоге всё равно прибыль.

За операцию по перемещению на запад отвечал фон Шик. Словак не стал мудрить и выбрал местом дислокации недостроенный хаб. Само здание ещё возводится, но здесь есть домики для работников и управляющего. Людей временно перекинули в Кунгур, даже разъезды. Стройматериалы и подъезды к объекту могут охранять наши бойцы.

Понимаю, что мои встречи, просто обязаны вызвать вопросы у агентов Тайной экспедиции, которых давно выявили безопасники. Но не предоставлять же им возможность подслушивать разговоры? Меня посетил очень необычный человек. Если ван Брёкелен уже примелькался в столице и нужные люди знают о связи «товарищества» с Бергбанком, с ним активно работают и другие деловые люди. А вот появление в наших краях испанца, на самом деле баска, — случай редкий. Человек всё равно зарегистрировался по приезде в столицу и далее получил подорожную на путешествие вглубь страны.

У меня хватает связей с иностранными предпринимателями, поэтому вряд ли власть насторожит встреча с испанским подданным. Да и с голландцем, который задержался в Нижнем Новгороде: у нас там очень обширные интересы.

За прошедшие три года Хабьер Арсаллус Антиа практически не изменился. Разве что немного усох. Всё тот же жёсткий взгляд голубых глаз и обветренное лицо с задубевшей кожей. Дворянин продолжает большую часть времени проводить на природе, что логично.

Мы расположились в небольшой гостиной, освещаемой двумя керосиновыми лампами. В печи потрескивали поленья. На пол слуги специально расстелили ковры, а также привезли мой любимый стул и стол. Гостя также разместили на удобном предмете мебели. Двумя мазками Антип превратил унылое помещение во вполне комфортное. Как и в наш первый разговор, сеньор предпочёл глинтвейн, я же ограничился чаем.

— Замечательный светильник! — баск долго рассматривал «карамышку». — В Европе не верили, когда я рассказывал о волшебной лампе, придуманной в далёкой России. Зато сейчас ваше изобретение есть в каждом богатом доме. Наверное, оно приносит хорошую прибыль.

— Огромную! — отвечаю с улыбкой. — И пока нет предпосылок, что западные учёные разгадают состав топлива. Саму лампу сделать просто, что уже происходит в Англии, Голландии и Франции. Думаю, это произойдёт лет через семь-восемь. Но и тогда у господ с Запада будет мало возможностей нанести урон моей монополии. Ведь сырьё надо ещё найти, привезти на завод, переработать и только потом начать продавать. К этому я тоже готовлюсь.

Сейчас вешняковские мастера усиленно работают над доведением до ума паяльной лампы и примуса — они ведь работают по одному принципу. Я примерно описал творцам технологию, а дальше ребята уже сами. Надеюсь, через два года оба аппарата будут готовы. Тогда мне удастся заработать ещё больше. Сейчас «карамышка» и керосин дают порядка пятнадцати процентов от всех доходов шереметевской империи. Это без учёта прибыли от «судоходной» и «артели». Но сумма всё равно колоссальная!

Плохо, что доля экспортных денег в ней более трёх четвертей. К сожалению, внутренний российский рынок пока слишком слаб. При этом он неплохо вырос, в первую очередь благодаря «Сырьевому товариществу», давшему настоящий пинок поставщикам сырья, начавшим его переработку. Что повлекло за собой увеличение количества мануфактур, наёмных рабочих и сопутствующих сфер, вроде перевозок или строительства складов с элеваторами.

— Признаюсь, не ожидал вашего приезда. Мне казалось, что подготовка займёт гораздо больше времени. Хотя я благодарен вам за помощь в быстром открытии представительств русской компании на Кубе и Санто-Доминго.

Баск действительно сработал молниеносно, пробив для «Судоходной компании» право возить испанские товары. Торговать напрямую с колониями нельзя, зато заниматься перевозками вполне возможно. Собственных мощностей дряхлеющей империи не хватает. А русская компания со стоящим за ней Гамбургом стала неплохим подспорьем. «Гамбургская торговая компания», принадлежащая ван Ланшотам и ещё четырём крупным инвесторам, предпочитает работать через нас, так как таких преференций не имеет. Поэтому условным немцам приходится делиться с нами частью прибыли за предоставление флага.

Зато они неплохо завязаны на английские, голландские и французские дела. Все стороны прекрасно понимают, что происходит, но их ситуация устраивает, так как нужен нейтральный перевозчик. Ведь к войне в североамериканских колониях Англии прибавился конфликт с Голландией, которую очень хорошо поддержала Франция. Что на руку нам, гамбуржцам, испанцам и португальцам, относительно спокойно делающим деньги. Понятно, что мы среди отстающих, но рента за флаг позволила нарастить количество судов, которых в следующем году уже будет более шестидесяти. И половина сейчас осуществляет океанские перевозки. Корабли строятся в Испании и Голландии, но это огромный шаг для России, пусть речь о торговом флоте. Пусть даже мы не успеваем обучать русские команды. Пока большая часть капитанов — иностранцы.