– Ну что, поехали на банкет? – спросил Петя, когда мы уселись на заднее сидение автомобиля.

Я с улыбкой кивнула.

К дому на улице Лесной нас доставили всего за десять минут. Когда я увидела впереди знакомый поворот, мелькнула мысль, что на нашем пути кто-то поставил магический портал – один или даже несколько. В противном случае мы добирались бы места не менее двух часов.

Банкетный «зал» выглядел феерически. Полянка, на которой мы с соседями собирались на общедомовые беседы, превратилась в сад с цветочными арками, импровизированным гротом и огромным молочно-белым шатром, посреди которого стояли столы с закусками и аперитивом.

Гости тоже были в сборе. В их шумной толпе я разглядела и Олесю с отцом, и близняшек-русалок, и даже Петиного деда. Дмитрий Иванович заметил появление молодоженов первым. Оставив компанию, которой что-то увлеченно рассказывал, он подлетел к нам, как метеор, и крепко обнял.

– Дети мои, поздравляю вас от всего сердца!

Следом за ним потянулись прочие родственники, друзья и соседи. Когда все же с объятиями и поцелуями было покончено, вперед вышла Глафира Григорьевна.

– Прежде чем мы сядем за столы и поднимем бокалы за здоровье молодых, нужно сделать еще одно важное дело, – сказала она. – Обряд благословения совершен до половины. Нужно довести его до конца.

Голоса гостей смолкли. Колдунья взяла нас за руки и в наступившей тишине подвела к одной из цветочных арок. Рядом с ней обнаружился алтарь, подобный тому, что мы видели в лесу.

– Древние духи воздуха и огня, питающие родник живительной магической силы, внимают чародеям, решившим связать себя священными узами, – торжественно сказала она. – Духи видят, что помыслы ваши чисты, а делами движет любовь, поэтому жертвы им от вас не нужны. Они благословят вас в обмен на самое мощное заклинание на свете – клятву вечной верности. Готовы ли вы ее принести?

– Готовы, – хором ответили мы.

– Положите на алтарь руки и произнесите клятву. Помните: у нее нет особенных слов. Вы должны озвучить то, что подскажут ваши сердца.

Мы положили ладони на камень. Он был гладким и теплым, как печка.

– Клянусь тебе, жена моя, что буду рядом в печали и в радости, – негромко сказал Белецкий. – Что буду беречь нашу семью от житейских бурь, защищать от невзгод и разочарований. Клянусь любить тебя, уважать, и хранить верность до самой моей смерти.

От его слов в моей груди разлилось уютное тепло.

– И я клянусь тебе, муж мой, что буду рядом в печали и в радости, – с нежностью произнесла я. – Клянусь, что буду хранить наш семейный очаг, что станут самым надежным помощником во всех твоих делах и начинаниях. Клянусь любить тебя, уважать, и хранить верность до самой моей смерти.

В заалевшем небе золотыми звездами рассыпался фонтан фейерверка. А на наших запястьях сверкнули серебром магические браслеты.

– Духи благословили вас, дети, – с улыбкой сказала Глафира Григорьевна. – Будьте счастливы – сегодня и всегда.

— Внимание, нарушена герметичность внешнего корпуса! — донесся до меня женский голос. Но какой-то приглушенный, словно между мной и его источником есть какая-то преграда. — Угроза целостности станции. Всему персоналу немедленно проследовать к спасательным капсулам.

Что? Зачем? Сознание как в тумане. Мысли вспыхивают, но почти сразу же гаснут. Ничего не понимаю, ничего не соображаю. Но в одном уверен точно, то, что говорит этот голос, — совсем не нормально. Почему? Не знаю. Не помню.

— Внимание. Процесс загрузки сознания в тело успешно завершен. Активирован протокол экстренного пробуждения, — произнес уже другой голос. Тоже женский, но другой.

Тело пронзила боль. Она прошла от пяток до макушки и вернулась обратно. И я почувствовал свое тело. Еще миг, и по глазам ударил ослепляющий свет. Пытаюсь зажмуриться, но не получается, что-то не дает это сделать.

— Тестирование тела успешно завершено. Физические параметры в рамках допустимого. Нервная проводимость в рамках допустимого. Отклонений не обнаружено, — произнес все тот же голос, а свет перед глазами пропал.

Пытаюсь осмотреться, чтобы понять, что вообще происходит. В голове какая-то каша. Вроде бы какие-то воспоминания, знания есть, но все это перемешано до такого состояния, что ни за что не получается ухватиться. Увидеть толком ничего не удается. Я вижу, в этом нет сомнений, но все вокруг какое-то мутное. Кажется, где-то впереди меня что-то светится, но не рассмотреть нормально.

— Как вас зовут? — спросил у меня тот же голос, что и говорил до этого, раздавшись словно у меня в голове.

— Сергей… Асов, — отвечаю, после того как в голове, словно вспышка, возникло нужное знание. А вместе с этим пришло знание еще кое о чем — меня здесь быть не должно.

— Тестовый опрос успешно пройден. Ключ-фраза принята. Загрузка массива памяти успешно проведена. Процедура экстренного пробуждения успешно завершена.

Стоило голосу произнести это, как меня дернуло куда-то вперед, а спустя мгновение я рухнул на холодный пол. Распластываюсь на нем, стараясь не закричать от боли, пронзившей мою голову. И вместе с болью воспоминания начали выстраиваться в целостную картину. О том, кто я. О том, что только что произошло. Все, что когда-то знал. Массив памяти начал распаковываться, занимая свое место в моей мозге.

— Наконец-то, — облегченно произношу, когда спустя долгие секунды боль наконец стихла, а в памяти перестала появляться новая информация.

Неприятный процесс, мягко говоря. И обычно, вообще-то, все должно проходить безболезненно, а не так, как сейчас было.

— Арти, что тут… — замолкаю, не договорив.

Вспомнил, что Арти мне не ответит. Нет со мной больше моей Арти. Моей Артемиды… Тоска острыми когтями вцепилась в мое сердце, и то даже пропустило удар, грозясь вообще остановиться.

— Внимание, несущие конструкции станции повреждены на двадцать процентов. Внимание, внешний корпус поврежден на пятьдесят процентов, — голос системы оповещения вырвал меня из ступора и тоски.

Как бы мне ни хотелось покопаться в своих воспоминаниях, сейчас нет на это времени. Нужно разобраться, что тут творится. Я явно же не просто так оказался здесь. Но об этом в моей памяти вообще ничего нет. Если верить воспоминаниям, то я не должен был больше пробуждаться. Тем более вот так — непонятно где и непонятно в каких условиях.

Уперевшись в пол руками, пытаюсь подняться на ноги. И вроде бы получается, тело слушается меня. Утвердившись на ногах, быстро приседаю, подпрыгиваю, взмахиваю руками. Все слушается в пределах нормы, никакого дискомфорта или сбоев в управлении телом не замечаю. Похоже, несмотря на экстренность, мое пробуждение и загрузка сознания прошли нормально.

Убедившись, что тело не подведет меня в самый неподходящий момент, осматриваюсь по сторонам. Я в небольшом помещении. Позади меня видна капсула, где, видимо, и было мое тело. Еще тут есть дверь, ведущая куда-то дальше. И на этом все, больше ничего не видно. Гладкие стены, потолок, пол, никакой мебели или оборудования.

Внезапно пол под ногами ощутимо вздрогнул, а освещение мигнуло несколько раз.

— Внимание, повреждена третья энергомагистраль. Подключение резервных контуров питания, — сообщил все тот же голос, который озвучивал все происходящее с этой космической станцией. А вот что именно тут происходит, до сих пор не понятно. Разве что очевидно — станция вовсю разваливается.

Но для начала мне нужно раздобыть одежду, а то капсула выплюнула меня голым. Могли бы хоть стандартный комплект одежды натянуть на тело. В этой комнате одеждой даже и не пахнет, так что, подскочив к единственной тут двери, касаюсь управляющей панели и открываю ее. Попадаю в небольшой круглый зал со множеством дверей.

И кроме куда-то ведущих дверей, тут есть еще автоматизированные шкафы с аварийными скафандрами. Как раз то, что мне нужно сейчас. Все равно что-то лучше искать нет времени. Подскочив к одному, активирую его. Сразу же заскакиваю в гостеприимно распахнутую дверь и отдаюсь во власть множества манипуляторов, которые стали меня быстро облачать в скафандр.