— Это как-то… — задумчиво протянул эл.

— Напомню, что все это при вашем участии. Я не собираюсь становиться воплощением зла и браться за это в одиночку. И если вы понадеялись, что сможете полностью скинуть этот вопрос на нас, то разочарую — не выйдет.

— Тогда мы можем отказаться, — произнес все тот же кхарн.

— Не можете, — «добро» улыбаюсь ему.

— В каком смысле? — спросил он, напряженно посмотрев на меня.

— В прямом. Если вы откажетесь, мы уйдем отсюда. И не просто с этой встречи, а вообще. Какое-либо взаимодействие будет свернуто. Никакой помощи в войне с роем. Вы продолжите дальше сами с ним сражаться и разбираться со всеми своими проблемами. А мы отойдем от ваших границ и будем готовиться его встречать. Не самый лучший вариант, но как уж получается.

— Но почему?

— Потому что вы не похожи на надежных союзников. С вами пока постоянно какие-то проблемы возникают. Вы даже не смогли обеспечить безопасность первой официальной встречи! Вы не хотите решать свои внутренние проблемы, закрываете на них глаза. Так не пойдет. Мы должны быть уверены в вас. В том, что, когда мы начнем действовать, никто не начнет устраивать нам диверсии и бить в спину. Это недопустимо! Все ресурсы должны быть брошены на войну.

— Я… Мы… — протянул он и замолк, смотря по сторонам.

— Мы должны обдумать ваше предложение и сообщить о нем куда нужно. Мы не послы, у нас нет необходимых полномочий для принятия таких решений.

— Понимаю. Думайте. Решайте. А мы пока займемся расследованием. Конечно же, с вашим участием. Но, учитывая ситуацию, за вами будет лишь поддержка и полное содействие. Ведь кто знает, вдруг среди занимающихся расследованием есть тоже сочувствующие предателям, и мало ли что они решат предпринять в связи с попавшей к ним в руки информацией?

— Да, вы правы, это будет разумно, — задумчиво ответил мне эл при молчаливом согласии всех остальных. Может, кто-то и был не совсем рад таким условиям, но в открытую высказываться не решился.

Вот и отлично. Вопросов ни у кого вроде бы нет, обсудили все, что нужно было, так что поднимаюсь с кресла и иду к выходу из зала. Следом за мной поднялись и все остальные наши. Останавливать нас никто не стал.

— Что это такое было? — тихо спросил у меня один из искинов, когда мы вышли в коридор и оказались в окружении наших дроидов.

— Вы про что?

— Про ваш ультиматум. Такое нужно обсуждать заранее. К чему нам вмешиваться во внутренние проблемы местных?

— Все же очевидно.

— И все же поясните.

— Это уже нас затронуло. Настроения среди предателей непонятные, и у меня сложилось такое впечатление, что они могут даже ударить нам в спину, чтобы помочь рою. Кто-то мастерски обрабатывает их.

— Думаете, это и в самом деле рой?

— У нас нет данных, чтобы он хоть раз действовал таким образом. Сомневаюсь, что это в самом деле рой. Скорее всего, за этим стоит кто-то другой. Но я ума не приложу, зачем это кому-то. В чем его выгода? В чем смысл? Но в любом случае, если мы планируем тут закрепиться и ввязаться в войну с роем, — это угроза, с которой нужно разобраться. Как вы сами уже могли заметить, местные эту проблему решать не торопятся, а времени у них на это было предостаточно. Поэтому нам придется взять основную работу на себя. Если мы хотим остановить рой здесь, то нужно решить этот вопрос.

— Вы правы. Такой вариант Слияние тоже рассматривало, но отложило его из-за политической сложности реализации. Вероятнее всего, малой кровью не обойдется, и нам придется знатно замараться, что скажется не самым лучшим образом на нашей репутации.

— Нам важна сейчас не наша репутация, а остановить рой. Любой ценой.

— Вы посол, и вы уже приняли решение, полномочия для этого у вас есть. Мы поддержим вас. — Произнеся это, он кивнул мне, показывая, что узнал все, что хотел, и шагнул в сторону.

Стоило ему отойти немного от меня, как его место сразу же заняла Арти.

— Сергей, у меня к тебе есть просьба, — произнесла она, прижавшись ко мне. Учитывая, что мы оба в броне, это была интересная попытка. Но да, у нее в принципе получилось.

— Какая?

— Я же правильно понимаю, что ты хочешь всем этим заниматься лично? И поиском тех, кто устроил взрыв, и решением вопроса с предателями?

— Да, думаю участвовать в этом.

— Тогда прошу, сделай копию личностной матрицы. На флагмане есть все необходимое оборудование, сделают все быстро.

— А ее разве еще не сделали? Думал, при проведении модификаций с меня ее сняли.

— Нет. Слияние не стало это делать без твоего ведома. Я узнавала.

Да? Странно. Пусть Слияние меня ни о чем таком не спрашивало, думал, втихаря провернуло все, это было бы логично. А оно вон как оказалось. Или оно все же сняло копию, просто не признается? А, не важно.

— Хорошо, сделаю. Сейчас вернемся, и сделаю, — отвечаю ей и, наклонившись, целую.

Хочет быть уверена, что, если вдруг что, меня получится вернуть? Да пожалуйста, я и сам только за. Как-то не хочется окончательно умирать. Конечно, умирать вообще не хочется, но, если уж вдруг так получится, лучше подстраховаться.

И все это возвращает меня к вопросу о том, кто же продолжает жить. Я? Просто в новом теле? Или копия? А я настоящий давным-давно уже мертв? Эх… Сложный вопрос, на который я так и не нашел ответа за прошедшие столетия. И вряд ли найду.

Выбрасываю его из головы и, приобняв Арти, продолжаю идти к нашему челноку.

Пока идут переговоры по поводу радикального решения вопроса с предателями, и, нужно заметить, идут они не очень активно, мы занялись дальше расследованием взрыва на встрече послов. И взялись за это по полной, со всем возможным рвением.

Из-за сложности ситуации участие местных свели к минимуму, только поддержка по запросу, никаких самостоятельных действий. Хотели вообще обойтись без них, но это бы очень сильно затруднило расследование, все же мы действуем на их территории. Да мы даже толком информацией перестали с ними делиться, опасаясь возможной утечки.

Но, несмотря на все принятые меры, все равно возникли проблемы — кто-то все же слил, что мы ищем их, и, когда наши бойцы прибыли, чтобы схватить интересующих нас разумных, их уже не было, они пустились в бега. Хотя, казалось бы, об этом знали лишь проверенные люди. А оно вон как получилось.

Впрочем, несмотря на все, это в какой-то мере сыграло нам на руку. После такого ни у кого больше не осталось вопросов, почему мы не хотим делиться информацией по расследованию и почему именно мы им должны заниматься. Мы получили полный карт-бланш и отсутствие каких-либо вопросов до завершения расследования. Единственный вопрос был — что вам нужно и как быстро? И стоило только заикнуться о чем-нибудь касающемся расследования, как все выполнялось в кратчайшие сроки.

Быстро закончить не получилось, пришлось долго и упорно. Но мы справились. Вначале выследили одного. Это был молодой кхарн, любящий высказывать радикальные идеи и уже не раз замеченный в разных сомнительных компаниях. В общем, подозрительная личность, и никто не удивился после того, как ознакомился с содержимым его досье.

Он хорошо спрятался, но это его не спасло. Хотя нужно заметить, что и захватить его живым у нас не вышло. Когда наш отряд пришел за ним, он был готов к этому и оказал ожесточенное сопротивление, а когда понял, что его вот-вот схватят, просто взорвал себя. И как-то помешать этому мы не смогли. Повезло еще, что обошлось без погибших с нашей стороны, хотя там были исключительно дроиды, но все равно.

Неприятно, но не критично, он был не единственной нашей целью, и мы продолжили выслеживать остальных. У нас еще было двое подозреваемых и надежда, что с ними все пройдет лучше. Как вскоре выяснилось, надежда была напрасной. Со вторым, оказавшимся пожилым сентаром, все тоже прошло плохо.

Его предупредили, и он сорвался со своего места, пытаясь скрыться. И он не просто прятался, а собрал отряд бойцов и засел на одной из добывающих станций, хорошо так укрепившись там. Быстро и тихо захватить его не вышло. Там развернулось самое настоящее сражение с подавлением орудий станции и прорывом ее обороны. И для той глухой звездной системы это было заметное событие.