— Нола, мы спешим, — раздался властный голос лидера группы.

— Удачи, ребята, — кивнула она и вернулась к своим.

Группа начала удаляться.

Мы не успели сделать и пару шагов, как откуда-то из подворотни вылетел мальчишка и запрыгнул ко мне на тележку.

— Я вас нашел!

Мы с Юмом опустили на него взгляды. Рядом с нами, гигантами под два метра, находился мальчишка ростом метр с кепкой, одетый в серо-черный защитный комбинезон. На лице был закрытый шлем со стеклянными линзами, откуда выглядывали два мутно-зеленых глаза. На поясе два воздушных баллона, а на спине технический рюкзак.

— Привет, Микель, — догадался я.

— Что, мама без защиты не пустила? — засмеялся Юм.

— Нет. Нам надо спешить, Капитан! Я такое узнал, закачаешься!

Мальчишка поднял руку с браслетом, установил на нем координаты.

— Мало времени. Нужно туда поспешить. Иначе вы сильно потеряете в цене.

— Это далеко не аукцион, а местный зверинец, — скептически сказал Юм, вглядываясь в мини-карту.

— Так надо! — ответил Микель.

И мы направились по указанным координатам.

— Что за местный зверинец? — поинтересовался я по пути.

— Открытый рынок, где продаются всякого рода зверьки, типа инкруцио, ибсы, килдо и прочая живность. Не то чтобы нам не нужен такой зверек, но боюсь, на них нам не хватит.

— Они себя окупают? — поинтересовался я, вспоминая «кошек» Амелы.

— С годами тренировок. Тренированный инкруцио в зависимости от типа мистической способности может окупиться как на первой миссии, как и через десять лет. Есть такой известный фаворит, Амела, — тут я напрягся. — Один из топ-сто фаворитов. Её по-другому ещё называют ходячий зоопарк, любительница кошек. У нее десятки видов зверей. Бывало, она в одиночку ходила на претора Таракана и вынесла его вместе с питомцами.

Про себя я отметил, что Фредерик не первый фаворит, которого я встретил.

До зверинца мы добрались минут за пятнадцать, петляя по широким улицам Фрея. Над большими арочными воротами висела голографическая надпись «Звериный рынок». Сама же арка была закрыта голубым щитом.

— Я заплачу за троих, — сказал Юм.

— За что?

— Зверинец — особая зона, вход платный. — пояснил он.

Как только мы вошли, звуковые датчики сразу же оглушила какофония звуков, пришлось снизить чувствительность.

— Нам направо! — Микель спрыгнул с телеги и побежал.

Нам с Юмом осталось его догонять.

Мы двигались мимо рядов, где в клетках сидели разного рода животные. Большие и маленькие, пушистые, гладкие, шипастые, агрессивные. Некоторых держали не просто в клетках, но и покрывали энергетическими щитами.

— Бери его. Дальше тележка не пройдет по ширине, — уверенно сказал Микель.

Юм взял меня на руки и понес. Микель шел рядом, едва ли не пританцовывая и зазывая нас.

Подойдя к двери, он авторизовался.

— Эти двое со мной.

Дверь открылась. Мальчишка сразу же юркнул в неё и стал спускаться по единственной лестнице.

Лестница заканчивалась узким коридором без единой двери. С виду.

Микель же открыл дверь в сплошной стене. Затем мы снова спустились уже по широкой лестнице и оказались в громадном зале.

— Это какой-то черный рынок, — поделился подозрениями Юм.

Механоидов здесь было много. На потолке крутились следящие за всем турели, а по углам стояли четырехметровые роботы с пушками.

А существа в клетках сидели совсем другие.

— Они продают тварей Роя, — ошарашенно сказал мне Юм. — Граа меня задери, это же Маро. Дикток! Я думал, они вымерли.

Я посмотрел на тварь, что сидела в клетке под красными щитами. С виду — гигантская стрекоза. При этом сотни мелких глаз твари смотрели на меня, как на еду. Пасть, полная зубов говорила о том, что прокусит мой корпус и не подавится. Да на ее фоне Рой Ксилусов за питомцев сойдет!

— Быстрее, — подгонял нас Микель.

Мы ускорились. Он отвел нас в противоположный конец зала, прошел в дверь. Вход в неё охраняли два мистика с красными пломбами, А+/50. На груди красовались эмблемы в виде летящей стаи орлов.

Микель прошел без опаски, ну и мы следом.

Следующее помещение походило на большой склад. Здесь стояли коробки, мелкие контейнеры, лежали на полках каркасного шкафа разные детали. И кто-то важный сидел за длинным прямоугольным столом.

Человек это был, робот или механоид — судить сложно. Вся фигура была закрыта спецтканью. Система Немезис его не идентифицировала. Над ним летали мельчайшие дроны-помощники, образуя нечто вроде светящегося нимба.

— Микелькарго, — скрипучий старческий голос раздался от него. — Ты первый раз приводишь сюда гостей. Надеюсь, ты не надеешься, что я их починю?

— Мы по делу, — ответил мальчишка. — Хотим продать бак с красной эссенцией.

Микель сел на один из стульев, как будто бывал тут тысячу раз.

— Они хотят или ты? — уточнил человек.

— Мы, — пожал плечами тот. — Мы одно целое.

— Тогда пусть одно целое покажут товар.

Юм ногой отодвинул стул, посадил меня на него. Достал из инвентаря бак и поставил перед торговцем, сам сел рядом.

Дроны мгновенно бросились к баку и начали его сканировать.

Откуда-то сзади стал раздаваться топот, словно к нам шел шагоход. Казалось, от такого даже твари Роя сбегут, а пол просто провалится от страха.

Топот приближался. Мы с Юмом повернули головы. И стали свидетелем того, как в помещение с большим трудом протискивается громадный, шипастый, хромированного цвета механоид.

SSS/15 Эликс.

Где-то я о нем уже слышал.

Т-Нуль-Пространство.

Планета Аргусса.

Город Фрей.

Знаменитый механоид-фаворит, о котором нам рассказывал не то Вектор, не то сержант Крю, едва ли не на коленках пролез в помещение.

— Почему здесь воняет так, словно распотрошили Танула, не собрали эссенцию и оставили беднягу гнить?!

Голос не был механическим, но и на человеческий он не походил. Если бы я не знал, кому он принадлежит, то ответил бы, что так звучит голос монстра. Глубокий, тяжелый, с характерным стрекотом.

Один его глаз выглядел органическим. Второй — явно механический и светился желтым светом.

— Не знал, что фаворитам жалко нодов на противогазы. — саркастично пробухтел торговец, явно недовольный тем, что его отвлекли от намечающейся сделки.

— Думаешь, я шучу? — гаркнул Эликс.

— Думаешь, я тоже? — ответил торговец. — Зачем пришел?

— Нужно затариться. Что-нибудь от четвертой категории плотности нужно.

Эликс скосил глаза — или глаз? — на нас.

— А ты тут чего делаешь? — ворчливо спросил он, глядя на Микеля.

— Продаю товары! — Микель едва не выпрыгнул с кресла, настолько гордо он это сказал.

Похоже, они друг друга знали.

— Давно ли такое мелкое пацанье что-то продает? Еще и тащит сюда всякий хлам.

Эликс глубоко вдохнул и чихнул. Помещение тряхнуло.

— Занятно, — нетерпеливо сказал нам торговец, словно боялся, что мы передумаем. — Весьма занятно. Сколько за нее просите?

— А за сколько ты берешь? — в лоб спросил Микель.

— Пора бы усвоить, малыш Микель, что мои расценки действуют на строго отмеренные объемы, а у вас даже на минимальную планку не достает. А это как минимум в четыре раза меньше установленных расценок.

Микель понуро опустил плечи. Лично для меня повода для расстройства не было — если красная эссенция дорогая, даже по более низкой цене мы что-то выручим. Правда, для этого я бы сперва убедился, что в других местах ее не возьмут дороже, а то Микель как-то уж больно резво нас сюда потащил. Потому и взгрустнул — надеялся блеснуть своими знаниями и связями, но не вышло.

— Ми-и-и-икель, — прорычал Эликс, приближаясь к нам.

— Тебе-то чего? — огрызнулся мальчик, у которого, казалось, уже повлажнели глаза.