Порт сотрясал многоголосый хохот. Караульный без сил повалился на перила, слегка подхрюкивая от смеха. Шлем свалился с его головы и брякнулся о каменное покрытие, словно оброненная кастрюля.

— Смотрите! Он свой горшок потерял! — крикнул какой-то мальчишка.

Уже утихавший смех, грянул снова. Незамысловатая штука привела в дикий восторг бригаду докеров, разгружавших пузатый галиот из Калиматраса. Один из них даже не удержался на мостках и уронил вниз ящик с изысканными ночными вазами нежно-зеленого хухуньского фаянса.

Поняв, что натворил, бедняга тут же обратился в бегство, наплевав на потерянный дневной заработок.

— Стой! — заорал ему бригадир. — Застынь, раззява! Потом домой не возвращайся! Найдем, тараканам скормим!

— Тараканов магичка шторма вывела! — отбежав на безопасное расстояние, прокричал беглец.

— Для тебя специально разведем и скормим!

За этими перипетиями все как-то забыли о виновнице происшествия. А та целеустремленно трусила дальше, пока не столкнулась с новым препятствием — группой матросов, сошедших на берег с пассажирского парохода “Чумароза”.

— Парни! — воззвал к ним верзила. — Помогите!

После встречи с падающими чурками он ковылял где-то сзади, опираясь на свою крючковатую палку, как на клюку.

— Хватайте ее! Хозяйка награду даст! — щедро пообещал Лентроштрак, видя, что матросы даже не смотрят на них.

— О, это дело! — тут же отозвался кто-то.

Привыкшие к совместной работе моряки быстро разобрались по номерам, преградив дорогу беглянке.

Собачка остановилась: впереди широкой дугой выстроились матросы. Сзади накатывали преследователи — более молодой и проворный слуга перешел на неуклюжий бег, верзила пока отстал. Он ковылял, держась одной рукой за голову, а второй прикрывая слегка пострадавшую часть тела пониже поясницы.

— У-тю-тю-тю-тю!

Самый молодой матрос присел, протягивая вперед руку.

— Ты чем ее приманиваешь? — окликнул его кто-то.

— Хлебушком.

— Дурень! Она же деревянная.

— Дык хлебушка всем хотца...

Беглянка стояла неподвижно. Казалась, она оглядывается по сторонам и прикидывает варианты, готовая идти на прорыв. Матросы тоже замерли, готовые в любую секунду броситься ей наперерез. Однако, такого они не предвидели!

Маленькие ножки внезапно спружинили, буквально катапультировав хозяйку вверх и в сторону.

— Хватайте ее!!! — нервно взвизгнул кто-то.

Двое моряков дружно бросились в то место, где должна была оказаться собачонка. Но она неожиданно затормозила в воздухе и даже, казалось, пошла задним ходом. Лишь затем плюхнулась на землю. Не задумываясь ни на секунду, ловко прошмыгнула мимо молодого матроса, который так и остался сидеть на корточках с протянутой рукой.

— Эх ты, разиня! — набросились на него товарищи.

— Э-э-эб... Дык она меня сама попросила... — неуклюже оправдывался тот. — Она говорящая!

— Попросила... Тютя ты деревенская!

Его подняли на ноги, выписав парочку необидных подзатыльников. А подоспевшие преследователи оторопело смотрели, как деревянная собачка протискивается через дырку под забором, окружающим территорию порта. В последний раз мелькнул затейливо вырезанный и слегка обломанный хвостик колечком, после чего окончательно пропал.

— Ы-ы-ы!

Будило, прихрамывая, подбежал к забору и замолотил по нему своими пудовыми кулаками. Вверх взмыла целая стая возмущенных чаек, оглашая воздух пронзительными криками. Парочка из них даже отбомбилась по нарушителю спокойствия, но успешно промахнулась.

— Безнадежно, — тронул его за плечо Лентроштрак. — Госпожа Шимоза нас в любом случае на клочки разорвет.

— Не хнычь! Глянь сюды!

Дернув подбородком, Будило показал своему напарнику на большой плакат, торчащий из забора. Вернее, торчал деревянный щит, на котором он был закреплен.

На немного корявом рисунке была изображена слегка размытая фигура, закутанная в черный плащ. Под надвинутым на лицо капюшоном можно было разглядеть мужественный квадратный подбородок, а выше из тьмы горели недобрым блеском темно-красные глаза. Броский текст сбоку от фигуры гласил: “Темный маг решает любые проблемы. Всегда ваше — "Агентство "Йол ИК!”.

В то же время, в том же порту

— Да они совершенно одинаковые! — возмущенно громыхнул Глунз.

Сунхан ничего ему не ответил. Он недоуменно смотрел на пару изящных женских подвязок, выложенных на столе.

— Как она это сделала? — продолжал бушевать капитан. — Вот чертовка!

— Может, их две было?

— Ты думай, что говоришь! Хочешь сказать, что на моем корабле зайцем проехалась богатая пассажирка, а я ничего не заметил?!

— Нет, конечно, — торопливо открестился маг.

Глунз разъярился не на шутку. Он-то считал, что выигрыш у него в кармане, а его товарищ предъявил точно такую же подвязку!

— Слушай, может она какую-то магию применила? Раздвоилась при помощи амулета?

— Ничем таким от нее не пахло, я бы сразу почувствовал. Да и не магичка она... — Красавчик Су поднял глаза на капитана и тут же осекся, наткнувшись на его тяжелый взгляд.

— А ты точно уверен?!

— Конечно, уверен. Неужели вы мне не доверяете?.. — Сунхан продолжал лепетать что-то в свое оправдание, но уже понимал, что никакие слова ему сейчас не помогут.

Глунз никогда не признает, что его облапошила какая-то залетная дамочка. Небось, и подарками ее успел побаловать. Он — мужик щедрый и не бедный, с дешевыми амулетиками не стал бы позориться.

Теперь капитану нужно оправдаться — в первую очередь, перед самим собой. И кто в таком случае остается дураком? Правильно, корабельный чудотворец, не учуявший чужую магию. И какой он после этого специалист?

Вот стерва! Как же она это провернула?

— Значит, так! — капитан торопливо выудил из потайного кармана и небрежно швырнул на стол оба империала. — Забери свою ставку обратно... Забудь о том, что произошло! Узнаю, что кому-то расплескал о давешней фифочке и нашем пари, отправлю тебя на корм рыбам.

Поспешно схватив желтый кругляш, Сунхан, не глядя, сунул его в карман и с надеждой предложил:

— Может...

— Не может! — тут же оборвал его Глунз. — Слышать о ней больше не хочу. О тебе, кстати, тоже. Сейчас же получи расчет и выметайся с моего корабля, Кр-рас-савчик!

Сойдя на берег, корабельный маг поставил на землю свой саквояж с нехитрыми пожитками и растерянно оглянулся. Куда же теперь? Искать новую работу или поселиться где-нибудь в припортовой таверне, ожидая, что капитан перебушует и сам за ним пришлет?

Глунз, конечно, горяч, но и остывает быстро. Вполне может передумать.

Сунхану все еще не верилось, что его могли так легко уволить. Работа на корабле была не сложная, присутствие мага само по себе считалось серьезным оберегом. Конечно, он немного расслабился в последнее время, но не до такой же степени, чтобы не учуять чужую магию рядом с собой! А всё дурацкое пари... Совсем ему голову задурила эта вертихвостка!

Вспомнив о ставке, маг торопливо полез в карман. Надо спрятать монету понадежнее, пока не потерял.

Вытащив желтый кругляш, он привычно взвесил его на ладони и похолодел, понимая, что не чувствует своей магии. У него в руке был настоящий золотой, ставка капитана! Получается, подделка осталась на корабле. И если Глунз надумает отнести ее в банк или хотя бы попробует на зуб... А зубы у него крепкие, верхнее заклинание пробьют без раздумий — не таким уж спецом был Красавчик Су в фальшивомонетных делах. Да и не думал он расплачиваться тем империалом, больше для форсу держал.

Вот это влип! Если сейчас признается, что капитан оказался в дураках дважды — и с благородной вертихвосткой, и с фальшивым золотым — точно под раздачу попадет. И хорошо, если всё завершится только выбитым зубом.