— Мне вообще с женщинами везёт по жизни, — признался я и понял, что прозвучал двусмысленно. Кармина фыркнула. Аврора красноречиво промолчала. Я сменил тему, обратившись к Малому — Малой, твоего босса приняли менты. Тебе тоже придется переходить на нелегальное положение, пока все не утрясется. Есть, где отсидеться?

— Есть, — как всегда лаконично ответил Малой.

— Вот и замечательно. Довезёшь Кармину и Аврору до города, а потом сразу падай на дно.

— А другие парни из нашей бригады? Им тоже в малину? — спросил Малой.

— Конечно. Тут такое дело, я попросил Санни Красного и Бенджи отправить своих ребят, чтобы надавили на мелких чиновников, которые подписывали липовые акты. Видимо, кто-то стукнул об этом Есесекунову. Власти решили действовать на опережение. Моя вина, не ожидал от них такой оперативности.

— Что за липовые акты? — заинтересовалась Кармина.

— Дядя Гриша раскрыл схему отмывки денег через Альф-Сам-Банк, — пояснил я.

— А, понятно, отправили бандюков вытряхивать свидетельские показания, — догадалась Кармина, — Дурак ты, зерг. Надо тоньше действовать.

— Теперь уже поздно, — я пожал плечами, — Теперь мне самому придётся прятаться.

— Ну почему сразу поздно? — не согласилась Кармина, — Как раз вовремя. У моей службы хватает материала и на банк, и на Есесекунова. Не хватало только свидетелей. Давай подробности.

— Вообще-то моя служба тоже ведет расследование деятельности министра финансов, — Аврора не пожелала остаться в стороне, — Мы тоже заинтересованы в свидетельских показаниях.

— Перебьешься, — грубо оборвала ее Кармина, — Вик давно работает и со мной, и с Колмогоровым.

— Со мной Вик еще раньше начал работать, — возразила Аврора, — Еще когда ты служила вертухайкой на полигоне.

— И много он с тобой наработал? С тобой только одни головняки… да, Вик?

— Так… перестаньте собачиться. Теперь мы работаем все вместе. В конце концов одно дело делаем. Так?

— Ладно, зерг. Ты прав, — согласилась Кармина нехотя, — Было бы с кем собачиться…

— Значит так, — продолжил я, — У дяди Гриши есть первичная документация, по которой отмывались деньги. Если парни Санни и Бенджи успели вытрясти показания хотя бы у части чиновников и служащих, завязанных в коррупционную схему, материала достаточно для вас обеих.

— Тогда срочно звони своему дяде Грише, — потребовала Кармина, — Скажи, чтобы любым способом вытащил первичку из здания мэрии.

— Звонить с телефона Вика не стоит. Лучше с моего, — сказала Аврора.

— Ага… щ-щас… с моего пусть звонит, — Кармина сунула мне свою мобилу.

Я усмехнулся и взял у нее трубку.

— Слушаю, — отозвался дядя Гриша после третьего гудка.

— Вас беспокоит служба промывки банковских воздуховодов, — измененным голосом сообщил я, — Мы вам направили акт выполненных работ. Когда подпишете?

— Уже подписан, — ответил узнавший меня дядя Гриша.

— Тогда ждем от вас полный пакет документов. У меня бухгалтерия срочно требует.

— Передайте вашей бухгалтерии, все будет в срок, — пообещал догадливый дядя Гриша.

Я вернул Кармине трубку со словами: «он все сделает».

— Куда он понесёт документы? — деловито поинтересовалась Кармина.

— Очевидно, в Ривьеру. Там я с ним и встречусь, — ответил я.

— Зерг, ты совсем…? Тебя там будут пасти. Я сама… — поймав взгляд Авроры, она поправилась, — … Мы сами заберем.

— Вы не знаете, как выглядит дядя Гриша.

— Ничего. Аристотеля твоего спросим. Уж как-нибудь найдём. А ты залезай в свою нору и жди нас.

— Ладно, уговорили.

Я вышел из машины, скинув мобильник на сидение, захлопнул дверь и махнул Малому рукой, чтоб ехал. Аврора и Кармина помахали мне из салона. Когда машина уехала, направился к замусоренному пляжу. Поскольку уезжали мы в спешке, не успел переодеться в нормальную одежду, но так даже лучше, в дорогом костюме на свалке я бы выглядел чужеродно.

Правда, в скафандре я тоже выгляжу чужеродно, но его хотя бы можно убрать в инвентарь. Побродив среди мусорных куч, раздобыл штаны, растянутую майку, пару стоптанных кроссовок и кепку с надписью «мэйк америка грейт эген». Переодевшись, приобрел аутентичный вид и двинулся вдоль по берегу в сторону города.

Я неторопливо брел по побережью, потому что торопиться мне, как ни странно, некуда. Вдали еще громыхают звуки боя. Искать Клекля пока рано, потому что формально его требование ещё не выполнено. В городе тоже идти некуда, как верно подметила Кармина, меня везде пасут.

Я поглядывал на нищих, роющихся в кучах мусора. Нищие, когда проходил мимо, окидывали меня цепким взглядом, признавали неопасным и неполезным и возвращались к своим занятиям.

Часа через три дошел до полигона, на котором когда-то впервые обнаружил себя в теле зерга. У причала снова стоял сухогруз с надписью «Глория» на борту. Видимо, успел сходить за очередной партией мусора.

Обогнув полигон, дошел до своего старого цеха. В этой части побережья мусора практически не осталось, хотя в море его было еще много, и волны выносили на берег пластик, пенопласт и деревяшки. Но по сравнению с прежней картиной разница огромная. Выше строилось сразу несколько пятиэтажек. Приятно осознавать, что преображение Ривьеры произошло не без моего участия.

Оставшиеся до вечера часы просидел на берегу, глядя на море. Если и рыскали неподалеку Симферопольские следаки, сюда заглянуть они не догадались. Впрочем, если бы даже догадались, у меня под рукой отходной путь. Я в трех шагах от воды, нырну, и попробуй ловить меня на глубине.

Когда стемнело, двинулся вверх от моря. Чтобы добраться до схрона под гаражами, нужно пройти через пригород. Делать это при свете солнца было опасно, могли узнать. Теперь, когда на город упала черная южная ночь, пройду спокойно. Я в темноте вижу хорошо, меня врасплох не застать.

Проходя мимо пункта приёма Ивана Арнольдыча, увидел в окне свет. Не удержался и прильнул к стеклу. Посетителей не было, Арнольдыч задержался, сидя перед маленьким пузатым телевизором. Дверь оказалась не заперта. Я решил заглянуть. Увидев меня Арнольдыч обрадовался.

— Вик! Про тебя опять в новостях…

— Что говорят про меня в новостях?

— Да как обычно, мешают с грязью, — Иван Арнольдыч усмехнулся, — Показали Санни и Бенджи в наручниках, областной суд избрал для них меру пресечения. Тебя объявили в розыск. Подозревают в соучастии…

— Понятно. Все по накатанной.

— Не совсем по накатанной, — не согласился Арнольдыч, — В трехчасовых новостях внезапно дали интервью с начальником службы внешней разведки. Тот упомянул Альф-Сам-Банк, мол ведется расследование по факту финансирования иностранного вмешательства в выборы.

— А вот это уже интересно.

— Еще как интересно, — подтвердил Арнольдыч, — Сразу следом прошло заявление от руководителя ОСБ. Тот же банк подозревается в коррупционных схемах. И все. Сразу после этого про тебя как будто-то забыли, Вик. Больше ни одного упоминания.

— Иван Арнольдыч, вы поэтому сидите у телевизора? Ждете еще каких-то новостей?

— Уже дождался. Вернее, уже не дождался, что тоже в каком-то смысле новость. В девять вечера должна была начаться трансляция выступления Есесекунова перед депутатским собранием. Но выступление внезапно отложили.

— Почуял лис, что собаки на хвосте, — обрадовался я, — Работают мои девочки.

— Девочки? — с интересом переспросил Арнольдыч.

— Мои инструкторы по дайвингу, — добавил я загадочно.

Арнольдыч усмехнулся, но дальше выспрашивать не стал.

— Могу тебе чем-то помочь, Вик?

— Спасибо, Иван Арнольдыч. Помощь пока не нужна.

— Знаю, что ты умеешь решать проблемы сам, но имей в виду. Понадобится помощь, обращайся.

Поблагодарив Арнольдыча, вышел в темноту Крымского лета с теплотой на сердце. Хороший мужик этот Арнольдыч при всей наивности предложения. Уровень моих проблем вышел на такой уровень, что даже непонятно, чем может помочь приемщик металлолома.