— Папа обедать сел двадцать минут назад. Зайдешь с ним поговорить? — Поинтересовалась Вигерда в перерыве между ответами сыну.

— Конечно. Джоэл, я поговорю с Джэфри. Один.

— А как же я?

— Так, не доставай Экелза. У него ещё дел много. Ты уроки сделал? Выучил перечень по технике безопастности? К тесту подготовился?

— Но Ви…

— Никаких но! Давай, шевелись. У тебя тоже дел много.

Джоэл надулся, но против сестры, взявшей на себя роль строгой мамочки, сделать ничего не сумел.

Я поднялся в двухэтажный дом. Хотя если сравнивать с домами Серпентхольма, то это настоящий богатый особняк. Размеры дома подстраивались специально под механоидов, чтобы в случае чего они могли пройти. Широкие двери, высокие потолки, большие комнаты.

Брата нашелся на балконе. Он сидел на кресле и смотрел на закрытое щитами небо. Стражи стояли один в комнате, один на балконе. Заметив меня, они сняли капюшоны, снимая маскировку и кивнули мне и одновременно покинули комнату.

— Я подумал что мои соглядатаи решили поменяться сменой, но теперь понимаю, что делать им здесь нечего. Ведь рядом со мной ФАВОРИТ.

— Тебе обязательно акцентировать внимание на этом факте?

Достав из пространственного кармана стул специально под моего меха, я сел рядом. Балкон, не смотря на то, что был большим по человеческим меркам, оказался маленьким для меня.

— Что, до сих пор не любишь, когда на тебя обращают внимание?

— Есть такое, — не стал я скрывать.

— Что ж. Ты всегда таким был. Осторожный. Тихий. Скромный младший братишка, боящийся лишнего внимания чужих людей.

— Осторожный? Это я то? — Я удивленно ткнул себя в грудь. — Будь я тихим и осторожным, меня бы сожрали в корпусе ещё в первый месяц. Или сожрали черви ксилусов в первые дни после пробуждения механоидов. Или я бы даже не попал в проект, потому что не поступил бы в корпус, потому что тихий и осторожный.

— Эй, не злись, — поднял руки вверх брат. — Я всего лишь сравнил тебя с тем, что было в детстве и тем, что теперь.

— Я вырос, Джеф.

— Это да.

Повисла неловкая пауза. Да, за прошедшее время мы общались с братом по связи. Но обычно быстро, коротко и на бегу. Это наша третья встреча лично, а я не знаю как себя вести. Этот мужчина совсем не похож на брата из воспоминаний. Тот был молодым парнем с горящими глазами. А нынешний — мужчина среднего возраста с семьей и детьми и с мутным взглядом вдаль. И тем не менее, он моя единственная семья.

— Знаешь, мне с каждым днем лучше. Приступы теперь случаются раз в пару-тройку недель. И динамика продолжает улучшаться.

— Даже не проси.

— Я даже не договорил!

— Я уже объяснял доктору Грэю, что сейчас вся моя жизнь на передовой, в самых тяжелых боях с Роем. И заниматься исследованиями, даже если они пойдут на пользу всему человечеству я не могу. Потому что я приношу пользу иначе. Потому что я не могу разорваться. Потому что в какой-то момент в бою мне не хватит того времени эволюции, что я потратил на исследования и я умру, а с ним и шанс заняться исследованиями уже после операции с Эхерионом.

— Я так ему и сказал. Но он попросил попытаться.

— Вы же не в самых лучших отношениях, — вспомнил я.

— Я его терпеть не могу. Но пока он мой лечащий врач у нас нейтралитет.

— Ха-ха. Похоже мне стоит поучиться у тебя разговаривать с ублюдками, а не сразу бросаться на них с клинком.

Мы посмеялись.

— И ты обратился по адресу. Старший братишка научит тебя всему, — заговорщицки подмигнул он.

И в этот момент он стал тем самым старшим братом. Братом, потерянным много лет назад.

— Давай. Я с радостью у тебя всему поучусь.

p.s. На следующей неделе стартует подписка

Т-Нуль-Пространство

Алессуа

Форпост «Надежда»

— Тренировка отменена? — Я с удивлением посмотрел на кукольного механоида Тори на видеоэкране.

— На Страф напали Драксы с шестого по восьмой тир. Напали аномально неожиданно и фавориты заняты устранением последствий. А их там — минус двадцать процентов колонизированной территории. Нарушена целостность периметра, слегло больше пяти Реле с заглушками. Большие потери по личному составу и линии обороны.

— Нехило так им досталось, — присвистнул я.

— Ага. Так что пока можешь заниматься своими делами.

Своими делами… Не то, чтобы у меня не было дел. Их было даже слишком много на одного меня. Именно поэтому я захотел сделать скучный перерыв и полететь покрошить Рой. Медитативное, успокаивающее занятие.

Но как обычно планам не суждено было случиться. Планы нарушил массивный механоид в призрачном плаще. Открытое зеркальное лицо, на котором плясала веселая пиксельная мордочка.

— Я вот даже и не знаю — твое появление здесь это хорошо или плохо?

— Ты слишком пессимистично настроен. А я вообще-то с деловым делом, — ответил он, удобно устраиваясь в кресле напротив.

— Излагай своё деловое дело, — махнул я рукой.

— Помнишь, во время наших приключений в Гравитационном колодце от Кракена мы получили две вещи: философский камень и воздушный корень?

— Ну да. И обе вещи ты забрал себе.

— Забрал, изучил и готов поделиться с тобой результатами. А именно — о том, как растет и развивается воздушный корень. Полный отчет я тебе в чат скинул, а если кратко — у нас есть воздушный корень, который представляет собой маленькое дерево. Отрезая его веточку и снабдив нужным способом питательными веществами и мистической энергией — можно вырастить огромный сад с ветками, которые являются самым лучшим биофильтром против патогена. По всем параметрам. А значит — его можно очень выгодно продавать.

— Чего ж ты раньше не сказал. У меня как раз проблемы с финансированием.

— Разве ты их не решил с помощью тренировок с Принцессой? Тебе ведь неплохо так платят.

— Корпус потребляет просто бешеное количество средств. Сколько бы я не кидал — мало. Плюс я как фаворит забираю огромную часть. Десять корпусов от Хоффмана знаешь во сколько мне встали? А ещё оружие на заказ, для Киллира модуляторы подобрать, улучшения текущих модуляторов на «Короне» тоже встали в ноды по ресурсам. Плюс мы техники понабрали, её обслуживать надо. Корпус развивается очень быстро, а заслуг и финансирования пока что недостаточно. Даже с учетом продажи двух уникальных Сердец, найденных командой Калеба.

— Проблемы фаворитов, — хмыкнул Юм, отчего мне захотелось кинуть в него что-нибудь тяжелое.

— Так какой нюанс у этого корня?

— С чего ты взял что есть нюанс?

— Не может быть все так просто, — пожал плечами я.

— И ты совершенно прав. Если я отломлю и посажу половину ветви, выращу сад и продам его — он будет работать. А потом я захочу и сломаю со ствола корня всю оставшуюся ветвь и сожгу её. Все, чтобы выражено с оборванной ветви — всё распадется моментально. Как будто её тоже сожгли.

— То есть тот, у кого корень — может делать всё что угодно и сначала подсадить всех на свой товар, а потом манипулировать?

— Я бы сказал — запустить систему подписки. Не заплатил — нет у тебя больше фильтра. Цинично, жестко и в духе Кроуфорда.

— И у кого будет главный ствол?

— У меня, конечно. Или ты думаешь я кому-то кроме тебя отдам такую ценность?

— Так, а почему не у меня?

— Наверное, потому что ты вечно дерешься то с Королевами, то с Преторами, то с фаворитами? А я тихо сижу в сторонке с попкорном?

— И будешь прав, — согласился я.

Юм достал из-под плаща стеклянный контейнер, в котором на коричневой ветви сияли белые бутоны. Я аккуратно его забрал и прицепил себе на бедро.

— Раз ты не уходишь, будут указания?

— Верно. Отдай его Микелю. Парень смышленый, у него есть хватка, связи и старший брат, из-за которого никто не посмеет Микеля обидеть. Заключи, между нами тремя контракт на создание фирмы, которая займется выращиванием и продажей воздушного корня. Так же пропишем в контракте продажи, что на один корень нельзя надеяться и обязательно нужно ставить дополнительные системы фильтрации на случай увядания. И ещё несколько важных юридических пунктов, которые обезопасят нас с тобой от неприятных ситуаций. Детали я тебе скинул, как и краткую выжимку. Прибыть от корня будет делиться на четыре части. Двадцать пять процентов пойдут в оборот компании.