— Да.

— Тогда скоро подъеду. Дождись меня.

Пришлось отложить выкладку первого ряда и ждать Санни. Его роскошный автомобиль подъехал через несколько минут. Тонированное стекло уехало вниз, Санни помахал мне из салона.

— Как раз мимо ехал, — пояснил он.

Я подошел к машине. Санни не стал выходить, но стопки выгруженных стеновых панелей разглядел и оттуда.

— Ты молодец, Вик, уже завез стройматериалы.

— Это так… сляпали из вторсырья… дешево и сердито.

— А по-моему прилично смотрится, — не согласился Санни, — На этом можно неплохо заработать. Обговорим после в спокойной обстановке.

— Как скажете, Санни.

— Садись в салон, Вик. Надо кое-что обсудить без лишних ушей.

Я обошел машину с другой стороны и залез на заднее сидение. Водитель со мной здороваться не стал, я тоже решил с ним не заговаривать.

— В общем, на твоем районе опять образовалась проблемка, Вик, — сообщил Санни, — Ну я тебя сразу предупреждал, райончик тебе достался проблемный.

— Что на этот раз?

— Кто-то начал активно торговать на районе манкой. Я тебе так скажу, Вик, мы сами не ангелы. Но мы банчим бухлом. Нам совсем ни к чему, чтобы люди вместо бухлишка тратились на дурь.

— Я понял, Санни. Займусь этими дилерами. Барыг будем гнать поганой метлой.

— Займись, Вик. И сразу предупреждаю, ментов не пытайся подключать. Они в этом помогать не станут.

— Чем вообще занимаются менты? — задал я риторический вопрос, — Что ни случись, менты везде не при делах.

— Можешь поручить им поохранять твою стройку, — с усмешкой предложил Санни, — Они много не попросят.

— Вы серьезно?

— Совершенно серьезно. Поговори с Арнольдычем, он посодействует.

— Спасибо за наводку.

— На связи, Вик, — Санни Красный дал понять, что разговор окончен.

— На связи, — повторил я и вышел из машины.

Санни Красный уехал и почти сразу подъехал грузовик. Рабочие привезли следующую партию панелей. Аристотеля с ними не было. Я проследил за разгрузкой, а когда они снова взялись закидывать в кузов горелый хлам, позвонил Арнольдычу.

— Здравствуйте, Иван Арнольдыч. Санни сказал, к охране можно привлечь ментов недорого.

— Ну, отвечать головой за объект они не станут, — сразу предупредил Арнольдыч.

— Кто бы сомневался.

— Но присмотреть могут. Особенно ночью. Они прямо сейчас должны стоять выше по улице.

— Понял вас. Сколько дать?

— Дай тысячу, больше не надо.

— Понял вас, спасибо.

Я отключил мобильник. Что сказать, недорого стоят менты, хотя… они и ответственности на себя никакой не берут. Миры меняются, менты — нет. Я прошел вверх по улице и в самом деле на следующем перекрестке увидел патрульную машину. В ней сидели те самые два мента, с которыми в ту ночь общался Арнольдыч.

Когда я подошел к машине вплотную, водительское окошко опустилось.

— Вам привет от Арнольдыча, — я незаметно протянул в окно сложенную повдоль тысячную купюру. Водитель купюру тут же забрал.

— Что нужно?

— Нужно присмотреть за стройкой, — ответил я, — На месте сгоревшего бара.

— Присмотрим, — без особого рвения пообещал мент, — Что-то еще?

Поколебавшись, я все же спросил.

— Не знаете, где тут на районе дурь толкают?

— Не знаем и вам не советуем, — категорически открестился мент. Поднявшееся следом окно не оставило иных толкований: разговор окончен.

Мог бы и не спрашивать. Ментам проблемы не нужны. Я пошел обратно, у меня снова запиликал мобильник. Думал, опять звонит Санни с очередным поручением, но это оказался не Санни.

— Аврора?

— Вик, ты так удивлен, как будто совсем не ждал звонка, — в голосе Авроры прозвучал легкий упрек, — Я вот ждала, что ты первый меня наберешь.

— В самом деле неожиданно, — признался я честно.

— Что? Совсем мне рад?

— Рад. Конечно рад, но… вести тебя в эту, как ее…

— В Крымскую жемчужину, — подсказала Аврора с таким разочарованием в голосе, будто я заговорил о чем-то неприличном.

— Да, в нее… пока еще не готов, — я все же досказал начатую фразу.

— Ты так зациклился на этом дурацком пари или по-твоему нам поговорить больше не о чем? — спросила она с вызовом.

— Аврора, не надо ловить меня в логические ловушки. Я тебе очень рад. Ты сама об этом прекрасно знаешь. И почему я первым тебе не позвонил, ты тоже прекрасно понимаешь.

— Извини, Вик, — ее голос потеплел, — Успела погрязнуть в привычной среде и забыть, насколько ты прямолинеен. Так ты хочешь со мной встретиться?

— Подъеду, куда скажешь, — пообещал я.

— Пересечение Серова-Репина. Кафе Арт-Студия. В восемь тридцать. Устроит?

— Меня бы устроило пересечение шестьдесят девятой параллели с восемьдесят восьмым меридианом, — отшутился я, — Буду к восьми тридцати.

Я вернулся на стройку. Один из работников отчитался, что все панели привезены, но с мусором надо бы сделать еще одну ходку. Я дал добро на еще одну ходку. Они поехали на свалку разгружаться, а я все-таки установил нижний ряд панелей. Дальше собирать будет проще.

Когда грузовик приехал в третий раз, и мужики закидали в него остатки мусора, я поехал к побережью вместе с ними. Уже там рассчитался с водителем и с ними. Они проработали по пол дня, так что выдал по восемьсот рублей на человека.

— Завтра когда подходить? — деловито спросил работник, убирая деньги в карман.

— Пока сам не знаю. Аристотель занимается проектом, уточняйте у него.

Затем отправился к цеху. За день парни натаскали приличные кучи технического лома, но с новыми возможностями кайла, я разобрал все эти кучи на химические элементы за какие-то полчаса.

— Заканчиваем на сегодня, — распорядился я, — Грузите слитки в тачки. Поедем сдаваться.

В пункте приема Арнольдыч все взвесил. Я получил расчет от него, и сам расплатился с добытчиками.

— Дядь Вик, ты сегодня торопишься, — констатировал Мотька, когда мы вышли из здания пункта.

— Есть такое, Мотька. У меня на вечер назначена встреча. Нагреешь мне воды для бритья?

Мотька понимающе хмыкнул.

— Красивая? — спросил он с хитрым прищуром.

— Красивая-красивая… все тебе знать надо.

Вымыл голову под холодной водой, зато с мылом, побрился, надел выходную перуанку, бриджи и сандалии. Сделал все, что мог. Сам я красивей уже не стану. Вышел из Ривьеры и направился в сторону города. В компьютере у Арнольдыча посмотрел, что пересечение Серова-Репина — почти центр города, добираться придется далековато.

Тормознул попутку. Водитель ржавого Опеля согласился подвезти за пятьсот рублей. Дороговато, но пришлось согласиться. В восемь двадцать я стоял возле кафе Арт-Студия. На улице стемнело, а внутри кафешки все помещение было хорошо освещено желтым уютным светом. Через ростовые окна я видел находящихся там людей.

Похоже, название кафе не случайно. Здесь собираются люди искусства. Каждый одет по своему собственному предпочтению без оглядки на общепринятые стандарты. У одного посетителя на голове нахлобучен берет немыслимых размеров, у его соседа шея в несколько слоев замотана кислотно-желтым шарфом. У девушки, сидящей за столиком у самого окна, джинсы были в рукотворных дырах с нарочито небрежными полуоотодранными свисающими лоскутами.

Я догадался, что Аврора с умыслом выбрала это место. Она не знала, как я буду одет, возможно, допускала, что приду в своей рабочей одежде. Но в этом обществе даже в грязных до черноты джинсах я бы не выглядел слишком уж чужеродно. Молодец Аврора, проявила предусмотрительность.

Ее привезла большая черная машина. Высадила и сразу поехала дальше. Увидев меня, Аврора заулыбалась.

— Здравствуй, Вик, — она показала большой палец, — Отлично выглядишь.

— Ты выглядишь потрясающе, Аврора. У меня в голове не укладывается, как я мог принять тебя за парня подростка.

— Наверное, всему виной моя гениальная актерская игра и искусство перевоплощения? — предположила она.