К девяти я уже собрал сумку; обжимник, кабельный тестер, набор отвёрток, упаковка коннекторов, ноутбук, блокнот с ручкой. Инструмент мастера. Я специально проверил, чтобы всё лежало аккуратно, каждая вещ ь на своём месте. Людям вроде Тагира, Рустама и всего этого круга лиц важна картинка. А картинка должна говорить простую вещь: пришёл профессионал. Скучный, спокойный, при деле. Человек, которому интереснее сеть поднять, чем лезть в чужие секреты.

В десять без пары минут такси высадило меня на Орджоникидзе.

Контора снаружи выглядела никак. Тухловато. Вывеска «Спортивный клуб», стеклянная дверь с цветастой плёнкой, чтоб с улицы не пялились. Внутри прокуренный зал, мониторы с коэффициентами, пластиковые столы, мужики с бланками. Запах был знакомый по «Фортуне‑Бет»: дым, пот, дешёвый кофе из автомата и какая‑то нервная кислинка, которую дают только проигранные деньги и трёхэтажные маты.

Меня встретил администратор – парень лет двадцати восьми, в свитере, с цепким взглядом и натренированной полуулыбкой.

– Артём Сергеевич? Сегодня я ваш гид. Рустам предупредил. Идёмте, покажу хозяйство.

Хозяйство было простое и больное. Касса с бронестеклом, за ней – девушка, считающая купюры. Дальше по коридору две двери. Одна – в подсобку с роутером, свитчем и пыльным клубком проводов. Вторая – глухая, обитая, с табличкой ' Бухгалтерия'. Возле неё, на стуле, сидел крупный мужик в куртке и смотрел в телефон. Не охранник в чистом виде, но и не уборщик. Так, чтобы страху нагонять на кого‑нибудь неискушянного.

Я отметил всё это краем глаза, не задерживаясь. Профессионал смотрит на свитч, а не на двери.

В подсобке интерфейс накатил сразу, мягко, тремя строчками. [Петля STP: активна], [Обжим: жила 2 переломлена], [Перегрев: вентиляция забита]. Классика. Я даже выдохнул с лёгким облегчением – работа понятная, руками решаемая, мигрень не понадобится.

– Так, – сказал я администратору, надевая деловой тон. – Интернет периодически падает?

– Да почти каждый день. Касса бывает висит, клиенты ругаются, что ждать нужно долго.

– Понятно., У вас тут в сети бардак. Из‑за этого оборудование начинает глючить. Плюс несколько проводов плохо обжаты. Сейчас разберёмся.

Я не торопился. Сорок минут изображал диагностику – проверял сеть, хотя теги уже всё показали, переобжимал провода, чистил вентиляцию, менял кабели местами. Метод Станиславского, IT‑версия. Параллельно слушал. Не специально – просто держал уши открытыми.

Касса работала на отдельном компьютере. База была где‑то «на сервере». Администратор обмолвился:

– У нас тут всё через бухгалтерию – связь с центральным сервером в головном офисе, где сидит высшее руководство – через маршрутизаторы и что‑то типа того… я не шарю в технических терминах. Светлана Андреевна и Рустам этим занимаются, туда только они ходят.

Я кивнул, будто мне это вообще ни к чему. Но внутри щёлкнуло и записалось.

Где‑то там, за обитой дверью, под чьим‑то паролем, лежала она. Девушка с тремя миллионами причин являться не такой, как большинство других. Строчка в базе клиентов, паспорт, дата, сумма. Имя.

Я закрутил последний винт на свитче, перезагрузил роутер. Лампочки замигали ровно, без паники.

– Готово. Сеть привёл в порядок, обжим переделал, вентиляцию почистил. Должно стоять стабильно. Если опять ляжет – звоните. Но, уверен, не ляжет!

Администратор проверил кассу, всё работало отлично, девушка за стеклом облегчённо кивнула.

– Быстро ты, – сказал он уже на «ты». – А прежние по полдня ковырялись и в итоге получалась у них какая‑то шляпа. Приходилось снова вызывать и ждать.

– У прежних, видимо, образование в IT – это прочтение текста о составе освежителя воздуха в туалете, – сказал я. – А я и профильный диплом отлично защитил, и практический опыт большой. Плюс, постоянно «держу руку на пульсе», изучаю литературу по теме.

Он хмыкнул. Лёд тронулся, самую малость.

Рустам появился, когда я уже складывал инструмент. Возник в дверях подсобки тихо, в тёмном пальто, гладкое сытое лицо, глаза без выражения. Встал, посмотрел на мигающий свитч так, будто понимал в нём хоть что‑то.

– Артём Сергеевич. Уже всё?

– Всё. Тут работы было ненадолго. Дальше – профилактика, раз в месяц приезжать, смотреть.

– Видишь. – Он улыбнулся коварно, и улыбка не дошла до глаз. – Я же говорил, дружить можно по‑разному. Кто‑то дружит кулаками, кто‑то – деньгами и делом. Второе приятнее, согласись.

– Согласен, – сказал я ровно.

– Ладно, будем на связи, – сказал Рустам, хлопнув меня по плечу. – На очереди – другие объекты. Объёма хватит.

Я вышел на улицу, на снег, на нормальный холодный воздух без дыма. Постоял у двери, вдохнул. Мысль о дополнительных доходах в бизнесе за счёт договора с новым корпоративным клиентом грела душу. Тело радовалось деньгам по‑студенчески, просто и глупо.

А голова считала.

«Доброе» отношение – это поводок. Конечно поводок. Платят достойно, набирая количество объектов сейчас и в перспективе, хлопают по плечу, зовут другом – чтобы я ездил, привыкал, расслаблялся, перестал следить за языком и однажды проговорился, откуда у меня в голове спортивный счёт, который принёс мне выигрыши дважды. Тагир не сети чинить меня нанял. Тагир меня прикармливает. Так и норовит, чтобы я растаял, как лёд на горячей сковородке, и выдал ему ту самую «волшебную палочку».

Но фокус был в том, что поводок этот вёл меня ровно туда, куда мне самому и надо. За обитую дверь с табличкой «Бухгалтерия». К серверу, на котором лежит имя.

Я усмехнулся приложив кулак в перчатке ко рту.

Червя для Вершининой писать не стал по этическим соображениям. Помнишь, Артём? Гордо отказался. Грязный приём, скользкая дорожка, перешагнёшь раз – потом легче. Прямо моралист, прямо рыцарь в куртке с шаурмой от Шушика в руке вместо меча. А теперь спокойно прикидываю, как влезть в базу к бандитам и вытащить персональные данные живого человека.

Совесть у меня, выходит, избирательная? Как скидка в магазине – на одно есть, на другое не распространяется?

Выходит, что так.

– Ну и нормально, – сказал я снегу. Снег не возражал.

Поймал такси, поехал в офис.

Офис был такой живой, что я сам иногда удивлялся. С другой стороны, оно и понятно, количество клиентов увеличивалось, как и количество моих работников (по чуть‑чуть). Работа бурлила полным ходом. Большая часть спецов была на выезде, но часть находилась в офисе. Лена, секретарь, сидела за стойкой, говорила в трубку вежливым голосом и одновременно что‑то записывала в журнал. Исполнительная до невозможности, наличие ребёнка никак отрицательно не сказывалось на работе – не жаловалась, не просила. Просто делала своё дело со всей ответственностью.

– Артём Сергеевич, – она прикрыла трубку ладонью. – Виктор вернулся с «Сибмонтажа», говорит, договор подписали. И звонил тот самый магазин автозапчастей, у них «всё пропало».

– Ага, у них то срачка, то болячка. Сами что‑то чудят вечно, – сказал я. – Дай клиента кому‑нибудь из свободных парней, пусть позвонят. Если удаленно не получится решить проблему – ны выезд. Виктор где?

– Да вон сидит у себя за столом, из‑за монитора не видно, кофе пьёт, гордый.

Виктор и правда сидел с кружкой, закинув ногу на ногу, и имел вид человека, который только что продал эскимосу холодильник. Язык подвешен правильно, своё дело знает.

– Артём, – он поднял кружку, как бокал. – «Сибмонтаж» наш. Абонентка, двадцать две в месяц. Я им впарил резервное копирование сверху, ещё пять.

– Не впарил, а продал нужную вещь, – поправил я. – Это разные глаголы.

– Для тебя разные, для бухгалтерии одинаковые. – Он ухмыльнулся. – Жду премию.

– Будет теме премия, в срок, когда положено. Не забудем, не переживай. Витя, ты же не первый день работаешь, в курсе процесса.