Проститутка? Сильная и независимая дубайщица? Ах, да, последних тут ещё нет.

Гипотетически можно было бы воспользоваться услугами профессионалки, денег хватало хоть на самых топовых. Но, как говаривал Ипполит – в этом не было духа авантюризма. Да еще и без гарантии в безопасности. Не моё.

Нужна была какая‑нибудь обычная девчонка, Наташка или Олеська. Без фанатизма и далеко идущих планов. Ну и так, чтобы пообщаться приятно было.

Благо, Наташки в этом времени не промытые Говнограмом, которого, как и других социальных сетей попросту не было в привычном для две тысячи двадцать шестого года. Более адекватные по отношению к мужчинам, да и для отношений и брака был выбор достойных девушек гораздо больше. Но… сейчас у меня была другая задача.

И вот тут я вспомнил одну интересную вещь. Которая работала, как часики.

Помню, нам с друганами о ней рассказал в моей реальности в две тысячи втором году один наш общий знакомый – отличный парнишка откуда‑то с Кавказа. Суть была вот в чём. Берёшь какого‑нибудь оператора сотовой связи, смотришь по этому оператору примерный пул телефонных номеров по твоему городу (или региону) – например, по своим собственным сохранённым контактам в телефоне. И у меня их было очень много, прежде всего от клиентов.

По характерным первым цифрам номера.

А потом начинаешь массово «ошибаться» с короткими сообщениями. Ахахаха, да, такая была схема до Тиндеров, Мамб и Фотостран этих ваших всяких. Можно было писать что‑то банальное типа «Привет! Как дела?», но это было моветоном и эффективность была ниже. Лучше было отыгрывать «ошибку» максимально достоверно. Например, «Ну что, всё в силе на завтра, как и договорились?».

А дальше – по правилу воронки, так сказать.

Отвечать будут очень немногие и в основном – молодые. Что и было нужно. Общаться, изображать удивление. А потом из числа ответивших уже отсеивать парней, неадекватов любого пола, разведёнок с ребёнком любого возраста, девушек младше восемнадцати и девушек, скажем, старше двадцати четырех.

Чем я и занялся под чашечку вкусного кофе, закончив свои расчёты по мессенджеру.

Так как мой номер мобильного телефона был указан много где в рекламных целях, для разного рода надобностей из личной жизни я купил новую сим‑карту и простой мобильный телефон. И этот телефон прекрасно соответствовал даже женским целям, потому что в те времена не нужно было иметь аппарат уровня Nokia 8800, чтобы произвести впечатление на девушку, как это происходит в две тысячи двадцатых с iPhone. Девушкам в нулевых было абсолютно плевать, какой у тебя телефон, машина, они не просили сводить их и покормить в ресторан. Стандарты, требования были гораздо адекватнее, приземлённее.

Как и ожидалось, отвечали не густо. Но отвечали. Постепенно – в этот день, на следующий, и потом. Примерно за три‑четыре дня я сформировал небольшой пул девушек, живущих в Тюмени, подходящих по моим критериям.

Наиболее перспективной мне показалась некая Марина. Не Вершинина, хаха. Совершенно иная Марина. Ей было двадцать, студентка из ближайшей периферии, училась в ГАСЕ, которая, кстати, в том же году стала универом. Жила в студенческой общаге.

Марина из ГАСЫ.

Общались мы с ней довольно‑таки динамично, девушка живая, веселая, инициативная, непривередливая. Выражала свои мысли она очень грамотно. Я бы даже сказал – литературно. И с хорошим чувством юмора. Договорились на один из ближайших вечеров, что я её встречу на автобусной остановке рядом с моим домом и пойдём ко мне фильм смотреть на DVD.

Какой фильм?

Ну тут вообще без вариантов. Самый подходящий для ситуации, милый, душевный и романтичный фильм – «Спуск».

Естественно, ни о каких фотках тогда речи не шло, мы встретились «вслепую», просто по описанию друг друга в СМС и в телефонных разговорах. И Марина, надо сказать, оказалась довольно приятной девушкой. Ухоженная, вкусно пахнущая. Стройная. Как оказалось, Марина носила контактные линзы.

Я встретил её на остановке, мы прогулялись минут десять, поболтали, а потом направились ко мне.

Пришли.

Разулись, разделись, помыли руки. Никакого Pornhub с порога не было. Всё очень прилично. Девушка в реальной жизни оказалась точно такой же как и по переписке, как и по разговорам по телефону. Немного стеснительная поначалу, совсем чуть‑чуть.

Попили чаю на кухне сначала, чтобы согреться.

Кстати, её голос – невероятно выразительный голос, словно у неё был многолетний опыт работы диктором на телевидении.

По умолчанию подразумевалось, что она останется у меня ночевать – мы это ни словами, ни сообщениями не проговаривали, но это было понятно обоим.

– Марина, не знаю, как ты, но я хочу переодеться в домашнюю одежду. Ужасно не люблю находиться дома в уличной одежде, – сказал я после того, как мы закончили с чаем.

– Звучит здорово, Тёма, только я ничего такого с собой не взяла. Найдется для меня что‑то? – ответила Марина с лёгкими нотками застенчивости.

– Ага, сейчас посмотрю…

Я порылся в шкафу и достал ей просторный чёрный балахон с капюшоном. Батареи грели, но как‑то немного жидковато.

– Спасибо, – сказала Марина, взяв у меня из руки балахон. – Сейчас переоденусь, а ты пока приготовь свой фильм.

И она ушла в ванную переодеваться. А я тем временем приготовил «Спуск», поставил на паузу, разложил диван.

Марина вернулась вскоре в моём балахоне и спросила, куда её положить аккуратно сложенную одежду. Судя по тому, как она выглядела, она была лишь в моём большом балахоне и… трусиках. И лифчике, возможно. Сложно было определить визуально.

Я взял её одежду и просто положил на моё офисное кресло. Не, ну а чё?

Погасил свет, мы уселись на разложенный диван, я нажал на воспроизведение. Я сидел спиной к стене, а Марина сидела спиной ко мне, между моих ног. Я её приобнял, она положила свои руки поверх моих. И мы накрылись одеялом по пояс.

Начался фильм. Ооо, эти восхитительные голоса профессионального дубляжа из нулевых… Особенно тот, что «голос за кадром».

Марина, кстати, фильм этот не смотрела ранее; а я – да.

Видимо, длительное воздержание очень быстро дало о себе знать рядом с приятной девушкой в спокойной приватной обстановке. Смотрел я на Джуно… да‑да, на ту самую Джуно, смотрел… и как‑то руки сами по себе начали плавно скользить по ногам Марины выше под балахон… Выше, куда‑то в область трусиков. Беленьких, как оказалось. Она подняла свою правую руку, увела за спину и стала нежно перебирать мои волосы на голове…

Потом она повернулась ко мне, мы посмотрели друг другу в глаза, напряжение между нами зашкаливало, всё ярко искрило вокруг наших голов.

Мы слились в очень пылком жарком поцелуе… Я нащупал рукой пульт на диване и щёлкнул на паузу, краем глаза увидев, как в кадре застыла Джуно… словно одобрительно наблюдая за нами.

И…

Беленькие трусики‑шортики Марины улетели на стол, накрыв собой мой ноутбук. Она кричала в момент высшего наслаждения, её тело охватывала дрожь…

И вот я сам достиг кульминации…

А затем сразу последовал второй раз. Ну, а х*ли нам, двадцатилетним!

Не знаю, сколько времени нашего марафона наслаждения прошло, но по ощущениям – долго.

Дольше семнадцати секунд.

После чего мы просто легли в нежных объятиях. Экран телека уже давно погас, ушёл в режим ожидания.

Джуно оставила нас наедине.

– Артём, ну ты даёшь… Сколько времени у тебя не было уже… этого, – прервала Марина нашу паузу измождённого молчания.

– Знаешь… долго. Достаточно долго. Подготовка к защите диплома, защита, потом сразу же окунулся с головой в работу… А у тебя сколько не было этого?

– Пару месяцев примерно, хихи. Ты первый после… Артём, я тебе не всё сказала о себе… Есть ещё кое что.

– Ты можешь мне всё сказать, как есть. Я умею спокойно воспринимать разную информацию.

Сил настолько не было, что я даже не перебирал в голове никакие версии того, что она мне собирается сказать и просто слушал её.