Народ тоже выбирался на улицу и радовался. Первый теплый день не только в солнечные часы, но и в те мгновения, когда светило еще не поднялось над горизонтом целиком. Но… это наиболее тяжелое для нас время. Все зимние дороги быстро придут в негодность, а «летние» еще не будут способны выдержать вес той же телеги, если совершать какую-то вылазку. Но вот в пределах нашего дома, частокола, заниматься делами можно и нужно.

Первое, что мы сделали: организовали полную очистку территории от больших куч снега. Последние дни выдались очень снежными, из-за чего весь снег мы были просто неспособны вынести, но начали заниматься этим сейчас. В принципе, нас, всех дееспособных и достаточно взрослых жителей, хватило на то, чтобы сразу после завтрака взяться и к обеду справиться. Женщины, естественно, которые сегодня были на кухне, пришли позже и ушли раньше, никто из-за этого даже ругаться не стал. Что радует.

Но по итогу практически до голой земли мы смогли убрать весь снег. Остальное при таянии стечёт по специальным стокам, которые Грегор со своей бригадой подготовил по изначальной задумке. Что-то, конечно, уйдёт в почву, что только хорошо, но большая часть — в сторону реки.

А пока была возможность, я выдернул Грегора, и мы вместе стали бродить сначала во внутреннем контуре забора, а потом снаружи. Оценивали всё: состояние почвы возле домов, состояние фундаментов, если были, каркасов домов, стен, окон, крыш, кладку, если это были печи, например. В общем, проводили полноценный анализ. Грегор писать толком ещё не умел, слишком коряво выходило, а вот читать на всеобщем за зиму научился уверенно, так что все замечания, которые озвучивались, записывал я, а потом передал их строителю. Ему было чем заняться — мелкие косяки, которые было лучше устранить, но к этим работам он приступит только завтра.

Дальше проверка всех наших съестных припасов с Клео. Вот она была не совсем рада тому, что в итоге осталось. Если бы зима протянулась, как в прошлом году, то пайки пришлось бы урезать ещё сильнее, что могло бы вылиться в жесткие конфликты. Но, благо, природа в этом сезонном году оказалась на нашей стороне. Хотя кто знает, какие выверты еще могут быть. Помню, когда был маленький, снег среди лета выпал. Вот все в шоке были.

— Это спасти не удалось, — показала она рукой на угол хранилища, отгороженный от всего остального. — Выкидывать не стали, чтобы не привлекать зверьё, которое и так докучало частенько, но и оставлять со всем остальным не было смысла.

— Ага, помню, ты рассказывала, — кивнул я. — Сейчас можно будет утилизировать. Сжечь, например. Только за пределами стен. Чтобы тут вони не было. Итак, от коптильни порой невероятная стояла…

— Поняла. А пополнять? Сейчас тех же корений, которых тут много погибло, не найти. Рано ещё.

— Джек уже готовится, Хорм ему и всей его группе вместе с Грегором в скором времени сделают лыжи, чтобы по рыхлому снегу могли спокойно ходить. А там и туши доставлять смогут. Но… не раньше, чем дня через три.

— Это не страшно, — улыбнулась тут же Клео. — Запасов у нас в среднем на полторы недели. Но что-то с принципом хранения надо менять… неправильно, что у нас столько корнеплодов погибло только за первые тёплые дни.

— Консервация? — приподняв бровь, уточнил я у неё, но она покачала головой.

— Не успеем. У нас столько… сложно ещё выговаривать все слова.

— Консервантов не хватает? — уточнил, а девушка кивнула. — Понял. Ну тогда будем думать над строительством холодной кладовой. Вопрос уже действительно наболевший, надо что-то с этим делать. Ну и, соответственно, придётся расширять пространство внутри нашего забора. Места будет просто не хватать на все постройки в таком случае.

Глаза Клео после упоминания холодной кладовой только загорелись. Ещё бы! Это увеличит срок хранения всего на многие дни, если не недели. Но больше всего её порадовало именно то, что это самый ближайший в плане реализации проект. Нужно строить, нужно. Чем меньше думаем о сохранности продуктов, тем больше можем переключать свое внимание на другие аспекты нашего существования.

Слово «выживания» уже не подходит.

Но дальше — больше. Когда мы вышли из кладовки сушильни, увидел довольно приятную картину. Димка тянул на санях в сторону дома несколько досок, плюс инструмент. Возле самого дома крутилась наша строительная бригада. То есть молодёжь уже включилась в работу и позволяет мужикам работать с большей отдачей и пользой. По крайней мере, пока Димка ходил туда-сюда, Грегор, как понял, смог объяснить, что именно требовалось сделать за сейчас, пока ещё было светло.

Так что работы закипели довольно быстро. После объяснений, как только появились материалы и инструменты, мужики похватали, что кому было нужно, и разбежались в разные стороны. Димку отправили при этом ещё раз, на этот раз до ремонтного «уголка». Оттуда он быстро вытащил лестницу, которую понёс в сторону дома. И не сказать что он был разочарован, наоборот — ему нравилось быть полезным.

Му и До в этот миг зашли через ворота. Судя по запаху, который донёсся до меня, они умудрились сходить в своих «болотоступах» до болот и проверить что-то там. Му что-то активно жестикулировал — рассказывал своему отцу, а Лиза мне моментально переводила, о чём именно он говорил. Если быть кратким, то уже можно приступить к добыче железа, если потребуется. Но пока не требовалось, что радует.

Все постепенно возвращались к исполнению своих прямых обязанностей. Мало-помалу, но тем не менее работы закипели. И даже глаз радовался. Никому не приходилось указывать, куда идти и что делать. Каждый знал своёместо, понимал, зачем он тут. И если сравнить их, какими они прибыли сюда, с текущей версией самих себя же — небо и земля. Бодрые, весёлые, уверенные в завтрашнем дне люди, которые трудятся на благо своё и всей общины, ибо благо каждого зависит от блага соседа.

— И всё это заслуга твоей модели управления, которую ты построил, — вновь появилась перед глазами Лиза.

— Да ну, если бы не сознательность людей, желание работать, то ничего этого бы не было, — спокойно мысленно пояснил я ей. — Плюс много факторов, которые в рассказах называют «рояль», повлияли. Та же Дина появилась и стала помогать. Чем не тот же рояль?

— Рояль не рояль, но история не терпит сослагательного наклонения, — хмыкнула помощница. — Всё, что ты делал, все «совпадения», которые с тобой происходили, всё, что свершалось тобой и твоими людьми, привело вас именно в эту точку. Вы уже на пороге следующего этапа, сделать осталось лишь несколько шагов. И советую в ближайшее время уточнить планы насчёт этого. Потому что существуют предпосылки, что могут быть как срывы, так и успехи, настолько ошеломляющие, что они тоже могут всё сломать.

— Как успех может что-то сломать? — удивился я, а потом сам понял, к чему клонит Лиза.

— Люди. Освободите и приведёте сюда вы больше, чем сможет выдержать подготовленная инфраструктура, и возникнут колоссальные проблемы. Вроде и успех ошеломительный будет, но тем не менее… — хитро улыбнулась она.

— Всего должно быть в меру, — согласился я с ней. — Ну или заранее надо готовиться. И подготовку к приёму людей лучше осуществлять сразу, как только позволят условия.

Но корректировку планов было проводить пока рано. Нужно провести полноценную оценку всего, что у нас осталось после зимы. Сейчас был поверхностный анализ, который дал лишь знания по основным, важнейшим направлениям. А вот тонкости, нюансы — ещё нет. Что сейчас с запасами древесины? Не рассыпался ли камень после суровой зимы? Сколько у нас шкур в запасе? Сколько металла можно использовать сейчас на ремонт, а сколько оставить, как стратегический запас? Вопросов для проверки много, а проверку провести за день не удалось. Но даже если так, мы все пережили зиму, а это что-то да значит.

Но работы продолжались. Козырёк того же колодца перекосило, его выправили не рабочие, а охотники, так как им было нечем заняться. Все рвы проверили, как вернулись, До и Му. Но ничего толком они там проверить не смогли, только подтвердили факт того, что ледяной накат возле стен начинает таять и свои функции почти не выполняет. Сам ров был заполнен снегом, его нужно было убрать, и эту работу я взял на себя. Правда, на будущие сутки.