— Еда испортилась, — хмуро произнесла старейшина. — Будет перерасчёт всего, что у нас осталось.

И после обеда, так как готовить Клео специально ничего не собиралась, а выдала всё в «чистом» виде — сушеное или засоленное, мы с ней направились на склады вести точные подсчёты. Просто, когда у тебя в голове сверхумная машинка, подсчёты ведутся в десятки раз быстрее.

По итогу оказалось, что придётся действительно теперь урезать пайку примерно на десять процентов, чтобы не только на всю зиму хватило, но и на первые недели весны, когда живности ещё не так много, а риск порчи продуктов вне зон специального хранения особенно высок.

Вечером пришлось собирать вообще всех, за исключением патрульных и дозорных. Каждый негодовал из-за прошедшего дня, ибо обязанности выполняли как обычно, а еды получили меньше. И ведь все понимали, что еда испортилась не из-за неправильного хранения: плесень, особенно такая дикая, сама по себе не появится. Кто-то на неё где-то напоролся ранее, она в зачаточном состоянии была под теми же ногтями, например, а потом попала на еду. И вот именно попадание на еду запустило процессы её распространения. Особенности местной «флоры».

— Я не буду спрашивать кто, я не буду спрашивать почему, я лишь ещё раз сообщу одну важную вещь, — осмотрел я присутствующих. — В обществе, особенно таком замкнутом и маленьком, как у нас, поступки одного влияют на остальных… ВСЕГДА!

— Да, — продолжила уже Клео. — Если один совершил фатальную ошибку, то обязательно по цепочке это в той или иной степени затронет каждого, — она уже была спокойнее после подсчётов, так как особо голодных дней не будет. — Из-за того, что кто-то плохо мыл руки, где-то что-то нашёл во время тех же патрулирований, а потом принёс сюда… пострадал каждый. И даже если он сейчас откажется от еды, неделю будет голодать, то это ничего не изменит. Еда на неделю пропала на всех, раз; второе, кто-то должен будет потом исполнять его обязанности, ибо сначала через неделю голода он ничего делать не сможет. А потом неделю восстановления, по сути, тоже кто-то будет его подменять. Соседи! Я вас призываю думать, постоянно соблюдать правила гигиены! Вы сами видите, что приходится делать из-за ошибок одного, как от этого пострадал каждый! Мыться в бане два раза в неделю — недостаточно!

— Да, — кивнул я. — Не просто так у каждого из вас в комнате есть умывальники, простенькие, с носиком, на который нажимаешь — и льётся вода. Руки мыть надо. Всегда. Перед любым приёмом пищи. Перед любым посещением кухни-столовой. И с раствором, который Дина вам всем поставила!

— Его можно не жалеть, — она не стояла рядом с нами, а сидела в первых рядах, но главного медика тоже услышали все. — Спокойно мойте руки вместе с ним. Он ещё и пахнет приятно.

На этом мы закончили заседание, ответили на некоторые вопросы, после чего всех распустили по своим комнатам. События не самые приятные, но какие есть. В любом случае жизнь на этом не заканчивалась, нам нужно было продолжать действовать дальше, чтобы жить, чтобы развиваться, чтобы создавать общество, которое проложит дорогу в будущее.

19 октября 6024 г. после СПД

— Дядя Джек! — послышался голос Лиса из коридора. — Дядя Джек, я готов!

— Точно готов? — А это уже был главный охотник. — Самострел? Всю тёплую одежду нацепил? Болтов достаточно у дяди Хорма взял?

— Да, два полных комплекта! А оделся точно по погоде, уже на улицу вышел, полчаса точно вокруг дома бродил, вообще не замерз! — торжественно объявил парнишка.

— Ну, тогда пойдём на охоту, — хмыкнул старейшина, после чего послышался шорох и звук открытия-закрытия двери.

Когда мясо испортилось, пришлось перепроверять вообще всё, отмывать несколько раз всю кухню. Но частично порча продолжалась, пока не заменили часть ящиков, так как там плесень засела устойчиво. Из-за этого снова охотникам пришлось отправляться на охоту, где-то расставлять ловушки, где-то старыми добрыми методами уничтожать зверьё.

Но частично проблема была уже решена, по крайней мере стараниями Джека, Александра, Йохана и Гриши мяса снова было накоплено до прежнего уровня. И что самое интересное, в основном таскали зайцев, которых крутилось вокруг нашего дома довольно много. Чувствовали они себя вольно в эту пору, а вот в ловушки попадали постоянно. За тысячи лет уже забыли, что такое господство человека.

А вот с теми же кореньями, набранными дикими овощами ситуация была значительно хуже. Вот они пострадали, их количество значительно сократилось, из-за чего могут в будущем наступить проблемы со здоровьем. Вроде бы и ерунда, а вроде это может сказаться. А может и не сказаться. И лучше вот этот момент неясности было бы убрать, но никак это не получится. Просто потому, что зима.

— Ты какой-то слишком мрачный, — прижалась ко мне Дина всем телом, закинув ножку поверх моих ног. — Я могу чем-то помочь?

— Ну-у-у, если только ещё вот так полежать, пообниматься… ну или можем ещё разок заняться кое-чем, — хмыкнул я, смотря ей в глаза.

Предложение ей понравилось. Сначала она просто с улыбкой положила голову мне на грудь, мы мило поговорили… ну а потом нежно, тихо, спокойно и с удовольствием провели время. И ещё раз, хорошо, что двери теперь могут закрываться изнутри, и никто нас не прервал. Личная жизнь должна быть у каждого, даже в тесном обществе.

Наверное, всем в нашем поселении уже было понятно, что мы с Диной практически семья. Увлечение уже давно ушло, что-то мы по «дому» делали машинально, даже не задавая вопросы друг другу, многое понимали практически без слов. Нет, по факту, мы семья, а не практически семья, просто пока не объявляли об этом официально. Но в голове уже зрели мысли, что из этого стоит устроить праздник. Не сейчас, весной, например. И это будет огромным плюсом для нашей общины. Когда люди объединяются не на словах, а официально, клятвами перед всеми… это признак не просто надежды на будущее, а уверенности в том, что это будущее у нас точно будет.

Потом мы снова просто лежали: она лежала на боку, а я, приобняв ее со спины, гладил по бедру. Нежность, вроде мелочь, но это было до чёртиков приятно. Особенно приятен был тот факт, что она из-за этого улыбается. Но я чувствовал, что уже её что-то беспокоит, была лёгкая напряженность в её движениях, в её теле.

— Что случилось? — практически шёпотом уточнил я у неё на ушко.

— Всё из-за зимы переживаю, — тяжело вздохнула девушка. — В прошлый раз нас всего было трое, но мы тяжело её пережили. А у нас зима только наступила, а уже начали возникать большие проблемы.

— Ну, морозы частично отступили, оставив место просто суровой зиме, но не такой холодной, как в начале. Джек со своими людьми вовсю пытается возникшие проблемы перекрыть, и у них это получается. Так что не стоит переживать на этот счёт. Чем больше общество, тем больше проблем, да. Но вместе с тем появляется ещё больше возможностей и путей решения этих проблем. И в данной ситуации мы решение нашли, хоть и приходится идти на лишний риск.

— Йохан заболел, — кивнула девушка.

— Ну не так сильно, — хмыкнул я. — Обычная простуда, ноги же заморозил по собственной глупости, вот теперь лежит один в медицинском пункте, скучает.

— К нему Тоня ходить начала, — шепнула девушка. — Только никому!

— Да ладно, Тоня? Она же такая скромная, что по ней не скажешь, что она сама готова сделать первый шаг, — усмехнулся я, но говорил так же тихо.

И дальше уже были просто слухи, просто домыслы всего и вся. Зато не скучно. Но на самом деле я сам видел и слышал их разговоры. Может, они еще не начали делать что-то «неприличное», но разговоры уже были не на самые открытые темы. По крайней мере они всегда старались удалиться, когда на эти темы начинали общаться. А ещё это было одним подтверждением тому, что наши люди чувствуют себя уверенно в нашем доме.

Ребятня, кстати, стала проявлять весьма немалый интерес, как они это сами называли, к науке. Му и Лис часто ходили с Хормом и Гришей в ремонтную мастерскую или кузницу. Девочки мотались за Диной, Клео, Яной, стараясь перенять тонкости различных «женских» ремёсел: травы, готовка, шитьё. И ведь действительно получалось. Сойка уже научилась здорово готовить то же мясо, Клео спокойно просила её приготовить его для всех. Наталья уже знала, что, в какой настойке или будущей мази должно быть. Димка же здорово мастерил ловушки, из-за чего попал под «опеку» Гриши, с которым они порой вместе ходили проверять установленные ловушки вокруг дома и почти всегда возвращались с добычей.