Собственно, это всё выяснилось сразу же, как мы заняли исходную позицию. Вова, как это у него заведено, не вытерпел, и расспросил Серёгу во всех подробностях, благо тот не стал вредничать и отвечал охотно, параллельно зорко обозревая окрестности — по сути, это его основная функция на данном этапе охоты. Ну и чего бы параллельно языки не почесать? Вот и я так думаю. Но довольно быстро тема себя исчерпала, и мы вынужденно залегли, дабы не палиться — стадо медленно, но верно приближалось. И навалилась скука: Серый пялился на местность и временами на небо, Вова следовал его примеру, разве что беспрестанно ёрзал и оглаживал ствольную коробку «шестнадцатого», но молчал, а я отдался созерцательному настрою, скользя взглядом по всему окружению сразу и не задерживая его на чём-то конкретном. Некая вариация статической медитации для разгрузки мозга. Ну и всякое подозрительное в таком режиме замечаешь гораздо быстрее. Впрочем, я неправильно выразился — не подозрительное, а… в общем, суть в том, что любое изменение в обстановке сразу бросается в глаза. Едва ухватил периферийным зрением, и готово — мозг уже выдал сигнал. Мол, во-о-он тот куст почему-то сместился в сторону. Или во-о-он там торчала здоровенная метёлка какой-то местной травы, и вдруг она исчезла, как будто её кто-то подмял. Естественно, пока ничего подобного не происходило, но кто сказал, что так будет и впредь? Но я сумел отрешиться от реальности до такой степени, что умудрился заметить чуть изменившийся оттенок неба. Не всего, лишь небольшого участка на горизонте, но зато в той стороне, где остался Порто-Либеро. А ещё минут через пять убедился, что пятнышко растёт. И у меня сразу же возникли крайне неприятные ассоциации со штормовой тучей, хоть мы и не в море-акияне.

— Серёг? — потормошил я охотника за плечо.

— Что, Проф?

— Ты это видишь?

— Видишь что?

— Вон там, по азимуту, — указал я рукой. — Темнеется что-то у горизонта.

— Где? А, это!.. Скорее всего, грозовое облако, не обращай внимания, Проф, — отмахнулся Серхио.

— Грозовое⁈ — почти не удивился я.

Почти, потому что по всем признакам оно, просто верить в это не хотелось. Но подсознательно я уже был готов к чему-то подобному.

— Ну да, — пожал плечами охотник, вернувшись к наблюдению за окрестностями. — Сезон подходит, так что ничего странного. В это время года сухие грозы обычное дело.

— А это не опасно? — насторожился я. — В городе-то понятно, там кое-какая защита есть… а здесь, посреди саванны? Мы ж как естественный громоотвод!

— Ну, положим, это ты загнул, Профессор, — хмыкнул Серхио. — Тут помимо нас громоотводов хоть одним местом жуй. Это во-первых. А во-вторых, мы не посреди саванны, мы в котловине. Здесь если молния и жахнет, то в тот же «палец». Или в скопление дохлых слизняков. Или в выход руды — присмотрись повнимательнее, тут не только от слизняков «кляксы», а ещё и оплавленные проплешины встречаются. Но большая часть долбанёт поверху, за склонами. Ну а в-третьих, точно не промокнем.

— А бычар гром не вспугнёт? — подал голос и Вова.

— Этих-то? — ухмыльнулся охотник. — С чего бы вдруг? Это нам сухие грозы в диковинку, а для них они суровая проза жизни. Но эта, как мне кажется, стороной уйдёт…

— Уверен? — уточнил мой напарник. — А то есть забавное ощущение, что статикой щекотать сильнее стало.

— На данный момент да, — заверил Серёга. — Но если что-то изменится, я обязательно поставлю вас в известность, парни.

— Окей, — разочарованно выдохнул Вова и снова принялся оглаживать пулемёт.

Ну да, тяжко ему. И скучно. А вот мне абсолютно пофиг. Я даже начал получать некое эстетическое… кто сказал извращённое? — ну да, есть немного… короче, удовольствие. И воздух тут реально свежий, пусть и с примесью звериной вони, и озон, если принюхаться, чувствуется. И стены не давят. А от статики мышцам даже приятно. Хотя она, как Вова и сказал, по ощущениям усиливается… да и тучка изрядно подросла, раздавшись вширь. Если так и дальше пойдёт, то тут уже не о туче говорить нужно будет, а о полноценном грозовом фронте…

Именно на это обстоятельство я и указал Серёге ещё минут через пятнадцать, когда облюбованное нами стадо вплотную приблизилось к засаде. И на сей раз игнорировать угрозу тот не стал. Только, к моему удивлению, предпочёл не предупредить возможную опасную ситуацию, а как минимум разделить ответственность ещё с кем-то, а именно, с Гансом, которого Серхио вызвал по рации. Не по нашей гарнитуре, а по той, что входила в комплект, установленный в траке охотников. Такая, знаете, примитивная, на аккумуляторах, как она называется? А, вспомнил! «Уоки-токи». Жмёшь кнопочку и говоришь. Потом жмешь другую и слушаешь. А она ещё и шипит этак забавно… особенно сейчас, при усилившейся статике. Аж треск в динамике стоит!

— Ганс? Ты это видишь? Хр-р-р-р… Фр-р-р-р…

Почти как Зигги, когда взволнован. Ну или в бешенстве.

— Тучу? Хр-р-р-р… Фр-р-р-р…

— Её самую! Хр-р-р-р…

— Работаем! Хр-р-р-р… Фр-р-р-р…

Хм… а ведь задумался Ганс, судя по паузе перед последней репликой. И думал около минуты, не меньше. Я даже забеспокоился, не накрылась ли рация известным местом. Но нет, не накрылась. В отличие от моей надежды — я-то, наивный, решил, что Серёга вот прямо сейчас прикажет сворачиваться и переезжать в безопасное место. Но для этих, как выяснилось, охота и впрямь пуще неволи. Впрочем, моё дело маленькое — обгадился и стой. Вернее, лежи да пялься в никуда.

— Петруха выдвинулся, что ли? Фр-р-р-р! — предположил не менее меня озадаченный Серый.

— Почти на месте, хр-р-р-р…

— Ну тогда и впрямь, хр-р-р-р, смысла нет сворачиваться, фр-р-р-р!

— Работаем! Хр-р-р-р! Фр-р-р-р-р!

Всё-таки поражает меня Ганс своим немногословием. В том плане, что как он с тем же Марио умудрился сойтись накоротке? Они же реально полные противоположности! Ну и, получается, наглядное подтверждение принципа «противоположности притягиваются». Хотя не об этом сейчас нужно думать, а о нависшей, такое ощущение, над самой головой туче. Почти от нас и до горизонта, плюс от края до края. Только за спиной пока ещё светлое небо. Зато впереди… вспышка! И ещё одна! И ещё! Да какие яркие! Скорее всего, я просто отвык от столь концентрированных источников света, в обычное-то время глазу вообще зацепиться не за что. А тут ещё и раскаты рокочущие, наконец, докатились… аж уши заложило.

— Ни хрена себе!!! — в полном восторге заорал Вова. — Вот это пи… — отставить! — грянуло! Помнишь, Проф? Люблю грозу в начале мая!..

— Как… и-и-и нет сарая! — поддержал я напарника, внутренне съёжившись от подсознательного ужаса. — Серый, точно всё норм?

— Лучше не бывает! — заверил возбуждённый охотник. И рыкнул в рацию: — Ганс! Хр-р-р-р, фр-р-р-р! Сначала бьём телков, под гром! Фр-р-р-р! А потом уже пускай Петруха «пугалку» запускает! Хр-р-р-р!

— Принято, хр-р-р-р, фр-р-р-р!

Хм, логично. Под такой аккомпанемент можно не то, что из «болта» пару раз пальнуть, тут хоть из пушки сади, никто даже не почешется. Собственно, именно так и получилось: уже буквально через полминуты, под очередной накативший раскат винтовка в руках Серхио дёрнулась, выплюнув пулю, и один из молодых рогачей в какой-то сотне метров от нас плавно завалился на бок, уже на земле пару раз взбрыкнув и успокоившись.

— Первый есть! — удовлетворённо буркнул себе под нос охотник, но я скорее прочёл это по губам, нежели расслышал — долбанул очередной раскат.

— Сделали, хр-р-р-р, фр-р-р-р! — ожила рация у Серёги в кармане разгрузки.

— Принял, хр-р-р-р, прикрываю! — отозвался он. И повысил голос, повернувшись к Вове: — Влад, давай, посматривай вон туда!

— Зачем⁈ — уточнил мой напарник.

А ведь уже реально орать приходится, чтобы хотя бы ветер пересилить! Про гром и вовсе молчу…

— Сейчас Петруха будет выдвигаться! — пояснил Серхио. — Если вдруг какого-нибудь бычару в его сторону понесёт, придется валить!

— Куда валить⁈ — прикинулся Вова шлангом.