— Ещё чуток, Проф! — подбодрил меня Серёга, переорав хруст травы под колёсами. — Зато пыли нет! Чувствуешь, какой воздух⁈

— С примесью спирта? — принюхался я, чуть не прикусив язык на очередном скачке. — Да куда ж он так несётся⁈ Серый, мы что, опаздываем куда-то⁈

— Конечно! — с удивлением покосился на меня тот. — На охоту! Так-то ещё раньше выезжать нужно, но сейчас не сезон, ночи тёмные. А вот через месяцок совсем другое дело будет!

— И что же там за чудо чудное случится? — хмыкнул я.

— А ты не в курсе, что ли? — ещё сильнее удивился Серхио. — Вов, он серьёзно⁈

— Предельно, м-мать!!! — отозвался мой напарник. Естественно, в гарнитуру, чтобы мы с Серёгой услышали — охотника мы снабдили этой полезной приблудой ещё при посадке в транспорт. — Он же на Роксане без году неделя! Не видел ещё толком ничего!

— Да что там, блин, такое⁈ — вызверился я, едва вписавшись в затейливый поворот с нехилым таким уклоном — градусов тридцать, не меньше. — Да куда ты так газуешь, придурок!!!

— Не вопи, Проф, — урезонил меня Вова, — Ганс тебя всё равно не слышит!

И то верно — на второй экипаж мы не рассчитывали, так что эта бравая троица осталась без наших гарнитур. Собственно, Серёге-Серхио отошла запасная. Так что с головным транспортом можно было связаться только со штатного передатчика, что довольно муторно. Проще посигналить и показать жестами всё, что мы о них думаем. То есть мы с Вовой, Серёге-то пофиг.

— А через месяц, друг мой Профессор, наступит период «серых» ночей, — соизволил-таки объяснить охотник. — Ох, ё!!!

Ну да, немножко полетали. Но уж лучше так, чем по колдобинам. Подвеска, к слову, с приземлением справилась гораздо лучше, чем с частым кочкарником — как прямо сейчас выяснилось на практике, слишком большой у моих торсионов ход, да и мягковаты они. Крупные редкие неровности глотает без проблем, а вот на «стиральной доске» не дюжит. Надо что-то думать, ту же пневму, например, приспосабливать. Благо даже поставщик кое-каких узлов уже есть на примете — тот самый Инкин дядька, что клепает компрессоры для кондеев. Но это потом, как немного обживёмся и определимся, наконец, с социальным статусом.

— Может, «белые»? — уточнил я.

— Нет, именно «серые»! — заверил Серега. — В общем, время придёт, сам увидишь! Мы в сезон, бывает, неделями из саванны не вылезаем!

— А чё так? — удивился я.

— Так хищники этого не любят! — пояснил сосед. — В потёмках не зашхеришься, палятся ещё на подходах, вот и мигрируют ближе к предгорьям, там хотя бы тень под склонами и можно худо-бедно прокормиться.

— Поня-а-а-тно! А сегодня за херо́м в такую рань⁈

— Говорю же, время не резиновое! Только до места часов до десяти шкандыбать!

Теперь настала очередь Вовы изумляться:

— Так вроде ж недалеко, Серёг⁈ По прямой сколько? Полста кэмэ⁈

— Вот именно, Вов! По прямой! А ты рельеф не смотрел, что ли? — не поленился покоситься в боковое зеркало охотник — с его места Вова очень неплохо просматривался. — Там котловина, километров десять в поперечнике! Но со стороны Порто-Либеро проезд затейливый!

— А чё не в обход, как нормальные герои? — озадачился мой напарник.

— А в обход хорошо, если к обеду доберёмся! — развёл свободной рукой Серхио. — Ещё глупые вопросы?

— Глупые кончились, — буркнул я, — а на умные, боюсь, от тебя ответов не дождёмся!

— Точняк! — и не подумал оскорбиться охотник.

Н-да. Аж завидно. Вот бы мне такое же благодушное настроение! Но тут, видимо, нужно особое, нарабатываемое годами состояние души. Как там у классика? Охота пуще неволи? Вот оно самое. Жаль, что не моё. И мне примерно половины маршрута «туда» хватило, чтобы в этом окончательно убедиться. Страшно представить, что будет к вечеру. Весьма вероятно, на людей начну кидаться. Но это не точно.

Спрашиваете, как мы подписались на такой блудняк? Да Серхио вчера уговорил, чёрт языкастый. Причём больше не меня, а Вову. Потому что я-то как раз сразу отказался, категорически и наотрез. Не хватало мне ещё по саванне шароё… — отставить! — шариться! Не-а, увольте. Сколько раз я куда-то на дальняк выезжал? Ну, если не считать экстренных поездок для починки линий связи? До Северного и обратно, когда нарвался на «диких» — это раз. Потом за бочкой с «мускусом», когда еле ноги унесли от каменных слизняков — это два. Следом на разборку с конкурентами, когда дело закончилось кучей трупов — это, стало быть, три. И что остаётся? Испытательный выезд с Игараси и Галлахером — четыре, ну и переезд из Мэйнпорта в Порто-Либеро — пять. И каждый, сука, раз это ничем хорошим не заканчивалось! Каждый, сука, раз на грани жизни и смерти. Особенно крайние два. И теперь ты, добрый человек, хочешь, чтобы я сам, добровольно⁈ Да ты издеваешься⁈ Естественно, причины я озвучивать не стал, и в этом заключалась моя основная ошибка — Серый просто не понял, чего это на него так наехали. Вова, правда, попытался немного разрядить обстановку, промычав что-то про не самые приятные воспоминания, и вообще, Серёг, поверь, есть нюансы. Но, в отличие от меня, слова охотника насчёт «пум» воспринял всерьёз. И столь же серьёзно задумался, убив на размышления всю обратную дорогу до города. Плюс ещё с четверть часа захватил, когда мы уже загнали трак в мастерскую и разорили холодильник, устроившись в главном боксе. И я в немалой степени удивился, когда Вова снова поднял сомнительную тему. Вот только-только с Серхио успел помириться на почве совместного распития пиваса, а напарник возьми, да заяви:

— Проф, я, конечно, уважаю твои чувства, но… в общем, мы едем.

— Да с хера ли⁈ — чуть не рухнул я со стула. — Вов, ты меня вообще слышишь⁈

— Да слышу, слышу! — отмахнулся тот. — Но и ты меня пойми: стрессовое расстройство в текущих обстоятельствах на уважительную причину ну никак не тянет. Иными словами, потерпишь, Олежек! Потому что для дела нужно!

— Какого дела⁈ — рыкнул я.

— Будущего! — и не подумал отступить Вова. И обвёл широким жестом мастерскую: — Для которого вот это вот всё! Ты ж вроде хотел выкупить помещение, или уже передумал⁈ Нет? Ну вот и не капризничай!

Ого! Интересно, с чего это он так возбудился? Видимо, есть причины. Далеко не самые для меня очевидные, но есть. А в таких делах напарник, как правило, не ошибается. Подыграть, что ли?..

— Ладно, — покладисто кивнул я.

— Ладно⁈ — изумился Вова. — И всё⁈

— А что ещё? — пожал я плечами. — Считайте, что уговорили.

— Не, серьёзно⁈ — присоединился к партии сомневающихся и Серхио.

— Угу, — кивнул я. — Но при одном условии!

— И каком же, Проф? — с ехидцей ухмыльнулся напарник. — Я за рулём? Или Инку с собой нужно взять?

— Не-а, не угадал, — обломал я приятеля. — Я еду, если Серёга вот прямо здесь и сейчас расколется до самой задницы насчёт настоящих причин блудняка.

— Да я же сказал уже! — возмутился охотник. — О вашей же безопасности пекусь!

— Это раз, — загнул я палец. — Дальше!

— Э-э-э… ну-у-у-у…

— Смелее!

— В общем, мы бы хотели… в смысле, охотничье братство… ну, ты понял…

— Пока ещё нихрена не понял!

— Короче, надо, чтобы ты в полевых условиях на нас посмотрел! — выпалил Серый. — Ты, Проф, уж извини, но есть в тебе такая чёрточка… если ты видишь какой-то косяк, и примерно представляешь, как его исправить, ты молчать не станешь. Хотя по-хорошему надо бы, твои идеи денег могут стоить, и немалых!

— Вот! — оживился и Вова. — С этого момента поподробнее! Я считаю, что мы должны обсудить наш… нет, не гонорар, а скорее… э-э-э… стимулирующую выплату, вот!

— Вов, ты охренел⁈ — опешил охотник.

— Два! — загнул я следующий палец, проигнорировав Вовину инициативу. — Халява халявой, это дело хорошее. Но теперь давай о главном!

— Да чего ещё⁈ — чуть ли не взвыл Серхио.

— Колись, говорю! Или не сойду с этого места, хоть бульдозером меня тягай!

— Ладно, мать вашу! — рыкнул в ответ Серёга. — Да! Раскусил ты меня! Хотел под шумок, пока вас в городе нет, кое с кем разобраться, а потом вам на совесть давить — мол, вот, спасли вас от крупных неприятностей, фактически отвели угрозу финансового рабства и смерти на подпольном ринге, так что давайте, парни, к нам, в братство! Теперь доволен⁈