— И об этом мне говорит бог Войны, который должен чтить хороший бой и заслуженную смерть? — процедил я сквозь зубы, изнывая от ненависти. — Других ты можешь обмануть, но передо мной-то хотя бы не лицемерь. Плевал я на наши договоры! Я отрежу твою башку, кусок ты вонючей падали! — прошипел свирепо я, делая очередной шаг вперед. — И СДЕЛАЮ ЭТО ПРЯМО СЕЙЧАС!
— РАНКАР, НЕТ! НЕ СМЕЙ… — закричала истошно Ведьма, пытаясь меня вразумить. — ТЫ ЖЕ САМ КОПАЕШЬ СЕБЕ МОГИЛУ! ОНИ НАМЕРЕНО ЭТО СДЕЛАЛИ! НАМЕРЕНО! ОДУМАЙСЯ! ИХ ЖЕ ДВОЕ! ТЫ ХОЧЕШЬ НАРУШИТЬ ДОГОВОР⁈ ТЫ ХОЧЕШЬ УБИТЬ ВСЕХ, КТО ТУТ…
— СВАЛИ ПРОЧЬ, ДРЯНЬ! — рявкнул озлобленно я и взмахом ладони отшвырнул Вивиан в сторону. — Я УСТАЛ УЖЕ ОТ ТВОИХ ВОПЛЕЙ!
Кристальная Ведьма будто пушечное ядро с жалким криком отлетела куда-то прочь. За полётом служительницы Темиды многие отмеченные наблюдали с нарастающим удивлением, а площадь Света прямо сейчас будто бы вымерла, ведь тут стало так же тихо, как и на кладбище.
— Ну давай, щенок! — включился в беседу Танатос, взмывая в воздух и становясь плечом к плечу с Аресом. — Если хочешь нарушить договор, то я с радостью приму этот факт.
Ярость и злоба уже вышли за пределы. Гнев лишь подстёгивал к дальнейшим действиям, но стоило мне сделать третий и окончательный шаг вперед, как откуда-то слева раздался напряженный крик Илая.
— РАНКАР, ТЭЙН… ТЭЙН ДЫШИТ! ЕДВА-ЕДВА, НО… ДЫШИТ!
Что? Он… жив⁈
Крик Аванона поразил не только меня, но и практически всех на площади. А моя нога, занесённая для третьего шага, внезапно остановилась в воздухе. В груди что-то ухнуло, и я будто умалишенный рванул к парням.
Поток Опустошителя…
За долю секунды я очутился рядом и рыбкой скользнул в огромную воронку, которую проделал Тэйн своей спиной после удара Ареса. Кровь находилась повсюду. Изломанное тело падшего, лежало под неправильным углом. Только через мгновение я осознал, что именно спасло жизнь другу. Крылья. Каким-то чудом Тэйн успел защититься крыльями, которые сейчас пришли в полную негодность. Те были также переломаны, как и всё остальное тело.
— Ранкар, он умирает… — выдохнул страшно взволнованный Эйсон.
И будто догадываясь о моих дальнейших действиях, в голове вновь прозвучал голос:
Я знаю, о чем ты думаешь, но не всё так просто. Ты отказался от пожирания. Запаса чужой жизненной энергии для исцеления нет. А ты сам почитай ходячий труп. Потребуется солидная плата. Он почти мёртв.
Что ты хочешь?
Пожалуй, твой глаз должен сгодиться. Согласен?
Размышлять сейчас не было времени. Счёт жизни падшего шел на секунды. Я не знал в каком именно боевом состоянии сейчас находился и что случилось с Опустошителем, но принял, как мне показалось, единственное правильное решение.
Подавись, тварь.
Ладонь коснулась изуродованной груди Тэйна, и я тихо произнес:
— Источник Тёмной Жизни — Лозунг Раздора…
Столб Тёмной Жизни активизировался с пугающей скоростью. Шокированные Эйсон и Илай стали наблюдать за тем, как кости, плоть, кожа и крылья Тэйна начали стремительно восстанавливаться, а через пяток секунд падший вдруг утробно и глубоко вздохнул, но в себя так и не пришел.
— Чтоб я сдох! Ранкар, ты же… — сдавлено пропыхтел Аванон, поднимая на меня лицо, но внезапно он осёкся, а брови его подлетели вверх. — Что с твоим левым глазом? Почему он… почернел⁈
Почернел, значит. Выходит, вот какова плата.
— Неважно! — отмахнулся я. — Помогите Тэйну и будьте готовы сваливать отсюда, а я закончу кое-какие дела. Грация вам в случае чего поможет.
Из воронки я выбирался медленно. Очень медленно и неспешно. И проблема была не в том, что я задумался. Проблема состояла в том, что левой стороной я почти ничего не видел. Левый глаз словно исчез. Он полностью погас. Но цена была не важна, если Тэйн уцелел.
Ярость до сих пор снедала изнутри. Не знаю, что означал Альянс Душ, но моё время в этом состоянии быстро улетучивалось. Площадь по-прежнему находилась во власти могильной тишины. Отмеченные, воители Альбарры, херувимы, все они не сводили взглядов с меня и двух оберегов в небе. Все ждали, чем окончится перепалка.
— Эй, старикан! — окликнул я пожилого серафима. — Если не хочешь сдохнуть, то объяви победителя в схватке.
— Боюсь, случилась… ничья! — громко отрапортовал он, со страхом косясь на оберегов. — Оба противника живы. Получается, оба проиграли.
— Ничья, значит… Ничья… — повторил я, а после тихо расхохотался, повторяя одно и тоже слово будто мантру. — Ничья… НИЧЬЯ… Ничья… Вижу, вы все прогнили до нутра. Весь ваш вшивенький мирок и все души в нём. А ведь ты говорил, Арес, что победа досталась Тэйну… — вспомнил я, поднимая на него глаза, но продолжая смеяться.
— Увы, сопляк, — пожал тот плечами, довольно скалясь. — Я не властен приказывать херувимам. Они не подчиняются мне. Я не их покровитель. Они здесь хозяева.
— А вы что скажете? — тихо спросил я, поднимая глаза на патриархов Небесного Града, который в этот самый момент всячески поддерживали жутко израненного Роланда. — Тоже согласны на ничью?
На миг возникла томительная пауза и троица глав тотчас переглянулась между собой, а далее в один голос заявили:
— Ничья! Каждый остаётся при своём.
— И снова… ничья, — повторил я, обнажая зубы, а после тихо пробубнил себе под нос. — Каждый остаётся при своём, но я лишился глаза. Как славно.
— Как вижу, ты спас его, — с толикой веселья заметил Арес, глядя на то, как парни вытаскивают из воронки бессознательно Тэйна. — Я удивлён.
— Знаешь, бог Войны, я не нарушу нашего договора. Я стерплю. Сегодня я стерплю твою выходку. Но ты должен мне удар. Удар, который пришелся на моего друга. Осмелишься ли ты принять его и все последствия, что за ним последуют? Ты же… очень справедливый бог, не так ли? Мой друг рядовой смертный и он принял твою полноценную атаку. Наверное, уже завтра пойдут слухи о том, что ты не сумел убить обычного падшего. Тц-тц-тц! — зацокал делано я, качая разочаровано головой. — Как интересно…
Довольная улыбка померкла на лице у оберега и тот понял, что запахло жареным. Даже Танатос перестал скалиться. Зато площадь с херувимами тихо загудела в такт моим словам и это не укрылось от внимания обоих божеств.
— Так и быть! — напыщенно воскликнул Арес, а после развёл руки в сторону, между делом продолжая парить в небе. — Давай! Действуй, сопляк. Я приму твой удар и все последствия.
— Да, теперь я вижу, что ты действительно очень справедливый бог, — широко улыбнулся я, а после громко заключил. — НАДЕЮСЬ, ВСЕ СЛЫШАЛИ⁈ ВЕЛИКИЙ АРЕС ПРИМЕТ ОТ МЕНЯ УДАР И ПРИМЕТ ВСЕ ПОСЛЕДСТВИЯ ПОСЛЕ! ВОЗРАДУЙТЕСЬ ЕГО ЩЕДРОСТИ И ВЕЛИКОДУШИЮ!
Ярость пожирала изнутри будто яд, гнев требовал выплеска, злоба не знала границ. Но вместо того, чтобы сыпать проклятиями, я вновь тихо рассмеялся, снизу-вверх глядя на Аресу и Танатоса.
— Что ж, готовься, бог Войны…
Материя Опустошения — Восход Опустошителя…
Материя Опустошения — Верховный Арбитр…
Облачение Опустошителя…
Жажда Опустошителя. Третий эшелон…
От выплеснувшейся в реальный мир мощи содрогнулось всё пространство рядом. Источники безумно заревели в едином слаженном ритме. Сила и мощь, коих не видел еще Небесный Град заставили всех содрогнуться. За спиной медленно материализовалось два огромных крыла и при помощи потока Гравитации я беспрепятственно воспарил в небо, оказавшись гораздо выше обоих оберегов.
Грация, забери парней и Ведьму, когда всё начнется.
Мр-р-р…
Пару секунд я наблюдал за площадью Света с высоты птичьего полёта, а после сухо заключил:
— Вы сами избрали свою судьбу, так что будьте вы все прокляты, — а после сместив взор на бога Войны, я чуть громче добавил и резко спикировал вниз: — Арес, лови…
Поток Опустошителя…
А теперь…
