Фьётра из побочной ветви верховного клана Ванахейм из некогда могущественной валькирии превратилась в искалеченное создание. Тело осунулось и потеряло былые соблазнительные изгибы. Волосы, что ранее напоминали чудесное жидкое серебро и которым втайне завидовали многие сёстры сейчас напоминали собой обыкновенную белесую копну соломы. Ниспадающие локоны обрамляли столь же бледное и обескровленной лицо с побитыми губами, а розово-голубые глаза, что некогда сияли светом, поблекли во тьме подземелья.

Однако именно такой беспомощный и жалкий вид разозлил Арнлейв еще сильнее. Одним взмахом копья она рассекла многовековую решетку и оказавшись рядом с пленницей, грубо схватила её за горло и приподняла тело над полом. Фьётра же не шелохнулась и повисла хлипким грузом в ладонях у светлой альвы.

— РАНКАР ХАЗЗАК!!! — презрительно прорычала женщина, а её голос эхом разнесся над сводами камеры. — РАНКАР ХАЗЗАК!!!

Произнесенное имя зазвучало будто набат, а мёртвый взгляд бывшей валькирии неуловимо и в крошечный промежуток времени невольно задрожал.

— НУ ЧТО⁈ — гремел голос Арнлейв над сводами камеры. — ДОЖДАЛАСЬ СВОЕГО УБЛЮДКА, ГРЯЗНАЯ СУКА⁈ ИЗ-ЗА ТЕБЯ, ТВОЕГО ВЫРОДКА И ВАШЕЙ ПОРОЧАЩЕЙ СВЯЗИ ПОСТРАДАЛИ СЁСТРЫ!!! А ВАМ ВСЕГО-ТО НАДО БЫЛО СДАТЬСЯ И ПРОСТО СДОХНУТЬ! ВИЖУ, В ТЕБЕ НЕ ОСТАЛОСЬ НИЧЕГО СВЯТОГО! ТАК МОЖЕТ МНЕ ПРИКОНЧИТЬ ТЕБЯ ПРЯМО СЕЙЧАС⁈

С каждым словом альвы глаза Фьётры оживали. Вначале в них поселился только ужас и страх, но после услышанного в них блеснули крохи надежды и злорадства.

— Дай… угадаю… — хрипло прошептала предательница, а на её губах расцвела улыбка, которая озарила своей красотой столь мерзкое место. — Он же… сам… к вам… пришел… не так ли?

— ГРЯЗНАЯ ПОТАСКУХА! — вышла из себя женщины. — ТЫ ЕЩЕ СМЕЕШЬ ИЗДЕВАТЬСЯ⁈

— Убей же меня… Убей и покончим с этим…

— Я бы давно тебя прикончила, дрянь, — прошипела злобно альва в лицо пленнице, — но… не могу! Таков приказ! Приказ госпожи! Но теперь из-за тебя пострадали сёстры.

Улыбка Фьётры от услышанного стала гораздо шире и невзирая на грубую хватку Арнлейв, та вновь тихо просипела.

— Я… предупреждала вас… Если он раскрыл себя… то так тому и быть… Значит, Ранкар готов. Он говорил, что я его сердце. Даже если я умру, то не стану бояться… Отныне бояться нужно вам…

Аронтир. Внутренние земли.

Верхний город. Золотой квартал.

Резиденция имени Ранкара Хаззака-Ксанта.

Личные апартаменты главы резиденции.

Три дня спустя…

Путь в Средний город мне до некоторых пор был заказан. По округе ошивалось слишком много любопытных, и с каждым днём таких любознательных болванов становилось лишь больше. Никогда бы не подумал, что стану столь популярным. Правда, подобную популярность я видел на погребальных кострах Аххеса.

Недруги и недоброжелатели в прямом смысле лезли со всех щелей. Любой из образовавшейся шайки с превеликим удовольствием пустил бы мне кровь. Соседи северяне во главе с Ульрикой, Глахаутом и Линарой. Иерихонцы во главе с Агдейном, который на пару со старшим братцем Дианы, не оставляли попыток вернуть дриаду себе. Не отставали от них и Наказующие в лице Азаиха, Хиала и Ласанты. Далее проглядывались следы инквизиторов и Иворы Фиан. Наверное, старая сука стояла первой на очереди, чтобы разорвать меня на части. Медленно и верно в Аронтир стекались все, кому я различными способами насолил в прошлом, а сама столица полнилась разнообразными слухами. Пребывали враги Кайсы наподобие Бальтазара и Гаерона. Оба до сих пор грезили правлением над своими домами. Периодически до меня доносились слухи о Танцующей-на-Крови, которая обозначила лично меня своим кровником. Однако все мои вышеперечисленные противники просто меркли и бледнели на фоне служителей оберегов.

Всё происходящее переплелось между собой настолько плотно, что порой я не мог различить до конца, где верный путь и где ложный, кто враг, а кто друг. Особенно после той злополучной ночи. Узкий круг тех, кому я мог доверять с катастрофической скоростью сужался. Отныне я понимал, что предают даже самые близкие. Впрочем, невзирая на хитросплетение интриг вокруг моей персоны, в одном я был уверен, как никогда прежде — если не верну Фьётру, то вся моя жизнь пойдёт прахом. Для меня Фьётра стала ключом… Ключом ко всему. Да, еще была Искорка. Но несмотря на нарастающие распри в Инферно между радикалами и лоялистами, Искорка находилась в относительной безопасности.

Я прекрасно понимал, что смертельные игрища, что пришлось затеять с валькириями, не сулили ничего хорошего. Более чем уверен, что за воительницами последуют гармы. Как ни крути, но идти на поводу у Ингмара я не стану, как и не стану служить богу Мести. Отбитые же на голову эйнхерии не будут стоять в стороне и что-нибудь обязательно учудят. Ну а когда я откажу Видару, то на меня ополчатся отмеченные Аресы во главе со сраным кровавым маньяком. Теперь помощи ждать не от кого. Полагаться можно лишь на себя, на Руну и на тех, кому еще можно доверять. Однако подвергать их опасности я не хочу. Они и так ходят по тонкой грани между жизнью и смертью…

Не успел я довести свои мысли до конца, как Грация зашевелилась у моих ног, недовольно заурчала, а затем с какой-то обидой возложила свою массивную голову мне на колено.

— Прости, крошка, — тепло улыбнулся я, глядя на расстроенную питомицу. — Но ты не в счет.

Недовольное урчание…

— Нет, я не забыл про тебя, — покачал я отрицательно головой, глядя в ярко-серые глаза оцелоты. — Просто мне не хочется наблюдать за тем, как тебя убивают.

От очередной порции недовольного урчания улыбка моя стала малость печальнее.

— Я знаю, что ты стала сильнее, но, увы… Умереть я тебе не позволю. Если прикажу бежать, то ты побежишь. Если прикажу спасаться, то будешь спасаться.

Три дня прошли в томительном ожидании. За это время удалось разобраться с нововведениями во внутреннем мире. Честно сказать я не ожидал подобного. Отныне не только Эссенция и Жажда слились воедино, но и Пламя Хаоса с Несокрушимым Льдом, которые приняли облик огненно-ледяного изваяния с чертами прекрасной женщины. Впрочем, на этом все эксперименты с источниками и закончились.

До конца срока оставалось четверо суток. Однако валькирии не шибко торопились возвращать Фьётру. Само собой, об Эрне я молчу. Неуловимый след данной небесной воительницы чувствовался постоянно. Складывалось впечатление, что её аура в прямом смысле окружила резиденцию. Подобное оказалось вполне предсказуемым, а посему следующую декаду Илай и Эйсон проведут в Среднем городе. Как-никак именно они и Тэйн практически постоянно приглядывают за плененными валькириями. Плюс я всегда нахожусь с ними на связи.

Помяни беса, и он явится…

Не успел я вынырнуть из вялотекущих мыслей, как артефакт связи на подлокотнике кресла завибрировал и по мановению ладони перед глазами возникла проекция Аванона.

— У нас проблемы, Ранкар, — с порога заявил парень с кислым выражением лица.

Мириада сраных бед! Надеюсь, это не то, о чем я подумал…

— Что-то не так с нашими «гостьями»? — невольно напрягся, медленно поднимаясь на ноги.

— А? Чего? — удивился Баламут, отрицательно качая головой, отчего я сразу облегченно выдохнул. — Нет! Вовсе нет! Наши «гостьи» отдыхают. Дело совсем не в них.

— Тогда в чем? — не понял я друга.

— Мне доложили, что Сиана направляется в Аронтир. Будет в столице через три-четыре дня и останется там до самой Великой Сотни. Надеюсь, ты не забыл, что она хочет остановится у тебя? А в виду того, что сейчас творится вокруг твоей персоны, то наша любознательная феникс может многое усложнить. Батя, между прочим, тоже не шибко рад такому исходу.

Вот же зараза!

Илай оказался прав. Сиана, как и Кайса, в целом достаточно серьёзные переменные. Они обе могут помешать.

— Ладно, — сухо пробормотал я, хмурясь сильнее. — Оставь Сиану на моё попечение. Постараюсь, что-нибудь придумать.