Так или иначе, но тёмные воды Вечного Ристалища оказались взбаламучены настолько сильно, что отныне никто не сможет сказать наверняка, чем обернется будущее дальше. Вот только зерно недоверия, а также страшная чума правды сменная с ложью распространялись по Альбарре со скоростью штормового ветра. В центре же штормового ветра, который нёс перемены, находился он — Ранкар Безродный с прозвищами Демон Сотни, Тот-кто-Оскорбил и Последователь Проклятых…

Аронтир. Внутренние земли.

Край Соприкосновения.

Храм Соприкосновения.

Общий чертог оберегов.

Некоторое время спустя…

Не нужно и говорить, что обстановка в общем чертоге являлась гнетущей. Как ни странно, но именно Танатос встречал прибывших оберегов и хранителей. Именно он занял свой законный трон первым. Тем не менее его многострадальная конечность по-прежнему находилась под покровом его тёмно-зеленой мантии. Золотая кровь с плаща исчезла, но по каменному выражению лица бога Смерти невозможно было определить, о чем он сейчас думает. Однако мрачные взгляды, которые тот бросал на Темиду и Ареса оказались красноречивее любых громких слов и пояснений — Танатос пребывал в наисквернейшем расположении духа.

Обереги один за другим занимали троны и под конец на ногах остались лишь четверо — троица иномирцев и правительница Фронтира. Богиня Справедливости уже намеревалась отдать храмовникам приказ, но Хранитель Земли, который понял её посыл без слов, холодно заключил:

— Постою… Я всё-таки смертный. Да и кто я такой, чтобы сидеть в присутствии богов, не так ли? — колко бросил Лазарев нахмурившемуся богу Войны.

В ответ Арес недовольно поморщился, но под суровым взором Темиды смолчал и с недовольством откинулся на спинку трона.

После случившегося о былом взаимопонимании между иномирцами и Аххеским пантеоном можно было забыть. Это осознавали не только иномирцы, но и другие обереги. В иной ситуации подобным могли воспользоваться все без исключения божества, ведь союз с Землей открывал воистину грандиозные перспективы для Вечного Ристалища и сулил колоссальным развитием, но теперь на игровой доске возникла одна неучтенная и опасная переменная по имени Ранкар Безродный.

Да, наследник Пятой Династии весьма неприятный фактор и оберегам придётся расхлёбывать кашу, которую заварил малец. Особенно после всего, что тот устроил и огласил на глазах у смертных. Но не надо забывать, что он ранен и ослаб. Он один и в бегах. Он является не тем истинным Вечным, с которыми обереги сражались несколько тысячелетий назад. Сейчас он всего-навсего затравленный и озлобленный на весь мир юнец с очень опасным оружием в руках. Впрочем, устранить и загнать его в угол достаточно просто — это понимали все божества, ведь под их контролем находилась вся Альбарра, а виновник их бед не мог уйти слишком далеко. Однако на пути у Вечного Ристалища возникла серьёзная преграда. Преграда по имени Зеантар-Захар Лазарев. Преграда с сильным мирозданием за спиной, с двумя дружескими Хранителями за плечами и бесчисленной армией. Именно он ныне представлял наиопаснейшую и глобальную угрозу. Именно он являлся главной проблемой.

— Если никто не возражает, то позвольте начать мне? — подала голос богиня Справедливости и выразив тем самым своё уважение к окружающим, соскользнула с собственного престола и вновь окинула всех присутствующих взором. — Что ж, давайте уже, наконец, перейдем к самому важному. Во-первых, все кто здесь собрался вряд ли желают войны с Хранителями, а те обереги… — на миг женщина замолчала и искоса посмотрела на хмурых Ареса и Танатоса, — … выражают своё раскаяние за случившееся.

— Ты таким образом извиняешься за своих собратьев, Темида? — хмыкнул с холодком Лазарев. — Можешь не утруждаться. Лично к тебе у меня нет никакой неприязни, ведь ты разумна и дальновидна. Хочешь верь, хочешь нет, но я поступаю с окружающими так, как они со мной. Иного от меня можете не ждать.

— Благодарю тебя за столь лестные речи, — с мягкой улыбкой отозвалась женщина. — Мы примем твои слова к сведению.

— Если имелось «во-первых», то что «во-вторых»? — усмехнулся весело Паллад, с удобством присев на ступени, что вели к постаменту с тронами Иерихона. — Дай угадаю, дело в моём племяннике, не так ли?

— Именно! — прогудел недовольно Нергал, а после исподлобья посмотрел на Лазарева. — Твой сын, Зеантар, наследник Пятой Династии.

— Считаешь, что на меня этот факт как-то повлияет? — не остался в долгу седовласый.

— Этот факт не влияет на тебя, Хранитель Земли, — сухо изрекла Тиамат. — Этот факт влияет на Альбарру. Мы не потерпим наследника Пятой Династии под своим боком. Он серьёзная переменная, которая способна повлиять на баланс Вечного Ристалища.

— Сдаётся мне, что ты малость лукавишь, Тиамат, — расплылся в загадочной улыбке Драгун, поднимая взор на оберегов Востока. — Дело же не в моём племяннике, да? Дело в том, чем он обладает и чем это грозит вам? Так объясните же нам, несведущим, владельцем какого артефакта стал Влад?

— Влад⁈ — невольно нахмурился Видар, не понимая сказанного.

— Это настоящее имя моего сына, — невозмутимо ответил Хранитель Земли. — Лазарев Владислав Захарович. Так чем именно обладает мой сын? Раскройте нам эту тайну, или это секрет?

На миг воцарилась могильная тишина, а затем взгляды всех присутствующих неосознанно скрестились на боге Войны. Под взорами окружающих оберегов, Арес недовольно поморщился, затем невзначай коснулся шрама на лице и нехотя поднял глаза на Хранителя Земли.

— Твой сопл… Твой сын, — без особого энтузиазма исправился оберег, — и вправду мало чем опасен для нас, ведь основная опасность исходит от клинка в его руках. Не знаю как, но он стал владельцем Руны Истребления. Если молва не врёт, то эти с позволения сказать «изделия» являлись величайшим шедевром Древних. Перед своим исчезновением Древние передали своим потомкам Вечным пять таких Рун для защиты. А тот глиф, что находится в руках у твоего сына развоплотил наибольшее количество наших братьев и сестёр…

Прозвучавшие слова возымели невероятный эффект, но вот реакция Паллада удивила многих, ведь тот ни с того ни с сего тихо рассмеялся.

— Надо же, так в руки моего племянника попал клинок-богоубийца. Как его дядя я… несказанно удивлён.

— Чего еще ожидать от Убийцы Богов, не так ли? — без какого-либо уважения хрипло рассмеялся Танатос.

— Ты полностью прав, — удовлетворённо кивнул Драгун и стряхнув с колен несуществующую пыль, медленно поднялся на ноги. — Что ж, прежде чем мы придём к решению вопроса с моим племянником, то нам с Захаром хотелось бы узнать всё о Пятой Династии.

— Такому не бывать! — ледяным тоном пробасил Арес, переглянувшись с остальными оберегами.

— Это почему же? — фыркнула насмешливо Аллейда.

— Мы не гордимся тем, что тогда сделали, — нехотя признала Темида, после затянувшейся паузы. — Однако можно сказать, что на тот момент у некоторых не имелось иного выбора.

— Как вижу, мой сын действительно был в чем-то прав, — колко пробормотал Зеантар. — Дайте угадаю, после разрушения ваших миров и после интеграции с Альбаррой, вы просто-напросто истребили Пятую Династию по весьма жалким на то причинам.

— Не тебе нас судить, Хранитель Земли! — угрюмо пробасил Нергал, приподнимаясь с трона, ведь его задели слова иномирца. — Я более чем уверен, что на твоих руках крови не меньше, чем на наших.

— Это так, — кивнул невозмутимо Лазарев, обводя взором оберегов. — И лишь по этой причине я сейчас с вами веду беседу. Мне нет дела до ваших прошлых деяний и грехов, потому сокращу наш разговор до минимума и повторю для всех в последний раз — своего сына я в обиду не дам! Мне без разницы по какой именно причине Влад стал тем, кем стал. Как только я его отыщу, постараюсь забрать домой и тем самым сведу к минимуму ваши риски.

— Это обещание? — тотчас ухватилась за сказанное Темида. — Если нет, то…

— Ни за что! — громко выпалил Арес. — Для начала пусть твой сопляк отдаст Руну, а уже после пусть катится на все четыре стороны.