— Не заходи слишком далеко, Ранкар Хаззак. Ты хоть нас и одолел, но я более чем уверена, что такого больше не повторится. Мы не те, что прежде! Вестар и Элейна заслужили свои места на Великой Сотне по праву. Они более тебе не проиграют!

— Мне послышалось? « Не повторится?» «Не проиграют?» — колко повторил парень слова ваны низким тоном. — Безмозглой девке, которой я сохранил жизнь, лучше откусить себе язык и не произносить столь громких речей. Ты ведь даже не в курсе, кому обязана жизнью, не так ли? Считаешь, я пощадил тебя из-за своей слабости? Из-за своего милосердия? Или ты думаешь, что я испугался твоей мамаши или же угроз твоей тупоголовой сестры Линары? Да хрен тебе, глупая Мегера! — нещадно припечатал аххес. — Если бы за тебя не попросил Фейлан… Если бы за тебя не попросил отец Фьётры… Если бы за тебя не попросил твой дядька, ты бы давно кормила червей! — холодно отрезал Ранкар, глядя на шокированную Линнею, которая от столь ошеломляющих вестей отступила назад. — Будь благодарна Пешей Молнии и своей сестре, валькирии громовых клинков! Это они спасли твою жизнь!

— Дядя Фейлан и… почтенная Фьётра? — потрясенно повторила вана. — То есть они…

— Да! ОНИ! — рявкнул раздраженно аххес, а после с издёвкой посмотрел на Глахаута и Ульрику. — Обидно, наверное, да? Явился какой-то сраный аххеский уродец и ткнул ваши хвалёные кланы в дерьмо носом. Дайте угадаю, наверное, вы все думали, что меня прикончили демоны. Но случилась вот такая вот незадача… Я жив и… почти цел, — парень словно невзначай коснулся лица и левой стороны грудины, а затем посмотрел на Ульрику. — Ты и твой папаша! Вы оба задолжали мне жизнь твоего никчемного братца! — затем взгляд аххеса сместился на Глахаута. — Твоя мамаша хочет отомстить и сулит за мою голову награду. Так вот скажи ей, если она хочет меня прикончить, то пусть тащит свою задницу в Аронтир, — следом глаза Ранкара с презрением посмотрели на разъярённого Вестара. — О тебе и говорить не стоит. Кусок бездарности! Твоя жизнь принадлежит мне! Каково это, Снежинка, занять место среди Неукротимых, когда точно знаешь, что оно тебе не принадлежит? — а под конец многозначительный взор Хаззака перетек на вздрогнувшую Элейну. — А также ты, Заблудший Мотылёк, который знает слишком много…

Эмоции находились в полнейшем раздрае. Чем дольше я говорил, тем хуже становилось на душе. И лишь после того как я выговорился и встретился глазами с Линнеей и альвой до меня дошла истина. Я осознал откуда произрастало то самое нечто. Фьётра. Я волновался. Я страшно переживал за Дурёху. Ярвир свидетель я надеюсь, что она уже в столице. Я очень надеюсь, что она ждёт меня в Сирене. Я очень сильно надеюсь, что она уже познакомилась со всеми и сейчас проводит беззаботное время в их компании.

— Ты сдохнешь, аххеский вахлак! — угрожающе прошипела Ульрика, останавливаясь в шаге от меня. — Великую Сотню ты не переживешь! Тебя не спасёт ни сука Кайса, ни твой калека наставник, ни созвездие дома Аванон, ни даже законы Аронтира. Знай это!

— Кровь за кровь, щенок! — свирепо рыкнул Глахаут.

— Ну так вперед! — холодно отчеканил я, провокационно поманив обоих к себе рукой. — Свершите задуманное, если кишка не тонка…

Сражение могло разразиться в любую секунду. Только сейчас я осознал, что в радиусе нескольких десятков метров образовалась пустота, а все окружающие зеваки отхлынули в разные стороны, как волны во время отлива. За моей спиной находились только парни, а позади Ульрики и Глахаута стояла бледная Мотылёк, огорошенная Мегера и изнывающей от злобы и ярости Снежинка.

Медленно и верно ауры феи и Хельхейма начали возрастать. До ожесточенной схватки оставались жалкие секунды.

«Ранкар, держи себя в руках…»

Всё в порядке, малышка.

— В сторону, парни! — обратился я к Илаю и Эйсону.

Вот только спонтанной битве не суждено было состояться

— ВСЕМ СТОЯТЬ!!! — раздался знакомый громкий яростный крик над гаванью. — КТО ВЗДУМАЕТ НАРУШИТЬ ЗАКОНЫ АРОНТИРА, ТОТ ПОЖАЛЕЕТ! КТО ПОСМЕЕТ ОБНАЖИТЬ ОРУЖИЕ ИЛИ ПРИМЕНИТЬ АТАКУЮЩУЮ МАГИЮ, ТОТ СРАЗУ ЖЕ ОТПРАВИТСЯ В КАЗЕМАТЫ ИНКИВЗИТАРИЯ!

Явились-таки не запылились.

На всех парах в нашу сторону мчался знакомый инквизитор — Оримас Тареск. Стоило же ему завидеть мою бледную физиономию, как шаг его замедлился, а лицо в мгновение ока помрачнело.

— Давно не виделись, судья! — криво хмыкнул я, усмиряя свою ауру и с вызовом глядя на северян. — Не переживай, Тареск, резни не будет. Я добился всего, чего хотел. Точнее почти всего…

— Не пересекай черту, Ранкар Хаззак! — со скрытой угрозой в голосе произнес Оримас. — И не забывай, где находишься!

Слова инквизитора задели за живое, и я обратил взбешенный взор на него.

— Ты то же самое говорил гранд-инквизитору, когда она переворачивала мою резиденцию вверх дном? Ты придерживался своих сраных законов, когда она искала тех, кто со мной связан? Я не припомню, чтобы ты пытался её остановить, когда Ивора хотела меня прикончить! Неприятно слышать правду, не так ли, судья?

— Ты ходишь по тонкому льду, Хаззак! — угрюмо пробасил инквизитор.

— В гробу я видел твой тонкий лёд! Ты такой же лицемерный выродок, как и все остальные! — сплюнул презрительно я, а волна окружающих тотчас зашлась в обсуждениях от услышанного. — Не забудь сказать старой суке, что я вернулся в Аронтир. Не забудь доложить иерихонской швали, что носит имя Азаих Урано, что я возвратился назад. Пусть все знают, что Ранкар Хаззак отныне в столице. Вы же хотели меня найти, так я теперь перед вами, — а после в демонстративной манере оголил правую руку и показал ему идентифицирующий браслет. — Проверять будешь или пропустишь?

Выдержке Тареска позавидовали бы многие. Очень многие. На лице у инквизитора после слов не дрогнул ни единый мускул.

— Считай, что ты и твои друзья прошли проверку, — сухо декларировал судья, отходя в сторону и обращаясь к окружающим зевакам. — РАСХОДИТЕСЬ! Тут больше не на что смотреть! Вас это тоже касается! — с холодком добавил Оримас, глядя на северян.

Честно сказать я ожидал разного, но когда проходил мимо инквизитора, тот сделал неуловимый шаг в сторону и как бы невзначай схватил меня на правую руку.

— Зачем? Зачем ты вернулся? Для чего?

— Ты разве не знаешь? — скупо отозвался я, встречаясь с ним взглядом. — Скоро Великая Сотня, а я как-никак претендент.

— Хочешь верь, хочешь нет, но я не враг тебе, Хаззак, — тяжело выдохнул судья. — Мне не нравится то, что творит гранд-инквизитор. Я не знаю, как ты сумел провернуть ту опасную авантюру с Нороном, но она от тебя не отстанет. Ни она, ни Урано.

«Мой разоритель, он… он не лжет», — с изумлением заключила Руна.

Надо же. Удивил. Действительно удивил.

Отвечать что-либо Тареску я не стал и просто прошел мимо, а когда мы с парнями почти покинули гавань, я искоса взглянул на Илая.

— Что тебя связывает с Ульрикой?

— Если не считать того, что она редкостная сука, а я славный малый, то ничего!

— А если без шуток? — хмыкнул я.

— Терпеть её не могу! — нехотя признался Аванон. — Но вся соль, наверное, кроется в обиде. Мой брат Салазар на прошлой Великой Сотне проиграл в равной битве Глахауту, но вот Ульрика в подавляющей манере попросту уничтожила Хелса Иана.

Так вот как всё случилось на самом деле. Занятно.

— Слушай, Ранкар, а что ты там устроил? — подал голос Эйсон.

— Я же говорил вам, парни, не удивляйтесь слишком сильно всему, что происходит отныне в Аронтире. Ладно, всё это неважно. Вы куда теперь?

— Хочу наведаться в академию к наставнику, — быстро отозвался Август. — Но затем примчусь в твою резиденцию.

— А я брошу свои косточки у тебя, — расплылся в предвкушающей усмешке Илай, глядя на меня. — Думаю, в Аронтире и вправду скоро будет интересно. Народ и претенденты подтягиваются. Так что лучше держаться вместе. Кто же еще кроме меня и Эйсона сможет прикрыть тебе задницу?