— Мне виднее, кто достоин моих жертв, а кто нет, — угрюмо пробасила Опаляющая, мутным взглядом разглядывая множественные артефакты на рабочем столе. — Он единственный, кто мне по душе. По крайней мере… пока единственный.

— Я проклинаю тот день, когда он попал в Инферно! — ругнулась раздраженно волчица. — Проклинаю тот час, когда вы взяли его на службу!

— Хватит! — протестующе качнула головой гиара. — Я чувствую, что с ним… что-то не так.

— Вы накручиваете себя! — стояла на своём Навия. — Я более чем уверена, что этот гад снова где-то носится сломя голову, творя что-то несусветное и напрочь позабыв о вас. Запомните мои слова, госпожа, так и…

Навия оборвалась на полуслове, а Искрида резво выпрямилась во весь рост и расширила глаза от изумления. Обе женщины в одночасье уставились в дальний конец покоев — прямо сейчас на одном из комодов нервно пульсировал окаменевший огонь Инферно. Кристалл, который был связан только с одним разумным.

— Помяни грёбаного беса! — скривилась недовольно зверородная. — Говорила же вам…

Искрида Опаляющая не желала слушать брань подруги. В душе у Верховной яростная злоба смешалась с приливом радости и нежности, а затем подскочив к камню, она стремительно влила в него энергию. Она желала высказать всё, что думала. Хотела выплеснуть весь негатив и тревогу, что накопила из-за одного подонка за три недели. Тем не менее таким мечтам не суждено было сбыться, потому как её нагло опередили, а первые несколько прозвучавших слов растопили сердце демонессы.

— ТЫ УРО…

— Привет, Искорка, — тепло пробормотал мужчина. — Ты уж прости, что заставил волноваться. Знаю, что виноват, но иначе я поступить не мог.

На несколько мгновений душа в прямом смысле покинула тело демонессы. Она тотчас захотела ответить грубой взаимностью, но когда перед глазами мелькнула проекция лица её возлюбленного, слова сами по себе застряли в горле, а от увиденного Верховная неуловимо напряглась.

— Катись в Геенну, урод! Ты хоть знаешь, что… — грязно выругалась Навия.

Стоило ей завидеть человека, как волчица оборвалась на полуслове, как и её госпожа. Через секунду обоюдные опасения женщин озвучила именно Искрида.

— Что с тобой стряслось? — взволнованно произнесла Опаляющая, медленно присаживаясь на постель. — Что… что с твоим лицом, Ваерс?

— А что не так с моим лицом? — непонимающе отозвался Пустой.

— Оно… другое, — сильнее нахмурилась гиара будто впервые его видела. — Оно… изменилось.

— Это мягко сказано, — негодующе фыркнула зверородная. — Да краше в гроб кладут! Бледный, осунувшийся, а гримаса как у одичавшего зверя. Ты чего там учудил с собой, гадёныш? Куда опять вляпался⁈

Всего на миг взор мужчины омрачился и тот скрылся из проекции, но скрылся всего на несколько секунд. Назад он возвратился полностью беззаботным… либо делал вид, что беззаботен.

— Я в норме, — слабо усмехнулся Пустой, глядя на взволнованную Искриду. — Вскоре всё придёт в порядок. Просто недавно выдалось сложное… мероприятие.

— Слышь, ты, козлина! — зарычала угрожающе Навия. — Ты хоть знаешь, как госпожа волновалась из-за…

— Хватит, Нав! — резко осекла гиара подругу. — Что за мероприятие? — насупилась Опаляющая, начиная принимать знакомые черты грозной правительницы. — И где ты сейчас находишься? Говори давай, мерзавец!

— Сейчас я во Внешних землях, — спокойно признался Ваерс. — Возникло кое-какое недопонимание, но с ним уже покончено и вскоре я возвращаюсь в Аронтир.

— Тогда к чему была прошлая беседа⁈ — не унималась волчица. — Мы подумали, что ты угодил в беду.

— Чепуху мелите! Вам показалось, — невозмутимо отчеканил Пустой, ободряюще подмигивая Верховной. — Ты зря волновалась, Искорка.

Взгляд гиары разом обострился, и та как можно тщательнее всмотрелась в лицо возлюбленного, но главный недостаток этого подлеца заключался в его характере — невозможно было понять, когда он говорит правду, а когда врёт.

— Говорила же вам, что он редкостный урод! — фыркнула с пренебрежением Навия. — Шлялся где-то, как последний пройдоха.

— Нав права, Искорка! Я в поряд…

— СКОТИНА БЛУДЛИВАЯ! — яростно рявкнула гиара, медленно оборачиваясь в свой истинный облик. — ДА ТЫ ХОТЬ ЗНАЕШЬ, КАК Я ИСПУГАЛАСЬ⁈ Я НОЧАМИ НЕ СПАЛА! Я ДУМАЛА, ЧТО С ТОБОЙ ПРИКЛЮЧИЛАСЬ БЕДА! ДА ТЫ… ТЫ…. ТЫ…

С каждым словом Верховной улыбка на бледном лице мужчины становилось лишь шире, а затем расплывшись в понимающей усмешке, он мягко перебил демонессу:

— … я скотина блудливая. Теперь узнаю свою Искорку.

— КАТИСЬ В ГЕЕННУ ОГНЕННУЮ! Я ПРИДУШУ ТЕБЯ ПРИ СЛЕДЮЩЕЙ ВСТРЕЧЕ! — не унималась правительница Лавалара, обнажая злобно клыки. — ЛУЧШЕ НЕ ПОПАДАЙСЯ МНЕ НА ГЛАЗА БЛИЖАЙШИЕ… БЛИЖАШИЕ…

— Ближайшие лет сто! — с ликующей улыбкой заключила Навия. — Если вам понадобится помощь, моя госпожа, то я с удовольствием вам помогу его прикончить. Только отдайте приказ.

— НЕТ! — слегка поморщилась Искрида, малость успокоившись. — Сто лет много. Хватит и… десяти.

— Как прикажете, ваше высочество, — насмешливо отозвался мужчина, совершая уважительный поклон. — Я говорил тебе, что в своём истинном обличие ты необычайно прекрасна.

— Не заговаривай мне зубы, подонок! — со скрытым смущением прохрипела Опаляющая. — Я более чем уверена, что ты заявился ко мне не просто так! Тебе снова что-то нужно, не так ли?

— Ты видишь меня насквозь, — весело рассмеялся Пустой.

— Что за мерзкий проходимец⁈ — негодующе зашипела Навия, а после взглянула на гиару. — Моя госпожа, он вас использует! Как так можно? Гоните его прочь…

— Тише, Нав! — вполне серьёзно провозгласила Искрида, с подозрением глядя на возлюбленного. — Что тебе нужно?

— Мне надо переговорить с твоей матерью, — спокойно добавил Ваерс. — Дело срочное. Скажи ей, что вопрос касается нашего уговора. Она поймет…

Заслышав о Марагне, волчица разом притихла и с напряжением взглянула на задумчивую госпожу.

— Как понимаю, снова ваши секреты? — колко вопросила гиара.

— Ты обо всём узнаешь, Искрида, — с тяжелым вздохом ответил мужчина. — Но не сегодня.

— Это займет какое-то время, — предупредила девушка. — Не факт, что мать соизволит явиться.

— Она явится, — хмыкнул холодно Пустой. — Обязательно явится.

— Жди! — коротко заключила правительница Лавалара, быстро поднимаясь с постели и исчезая во вспышке изумрудного пламени.

В покоях воцарилась могильная тишина. На проекции по-прежнему виднелась лишь бледная и осунувшаяся физиономия Ваерса Пустого. Несколько секунд Навия внимательно рассматривала странно изменившийся облик возлюбленного госпожи, а затем сделав несколько шагов вперед, попала под влияние проекции.

— Что с тобой стряслось? Ты же не думаешь, что я поверю в твою ложь?

— Неважно, — спокойно отрезал мужчина, а после как бы невзначай кивнул головой в сторону. — Как она?

— Сносно, но в последнее время дела обстояли скверно. Ваш прошлый сеанс связи её сильно подкосил. Ты знатно нагадил.

От услышанного Ваерс поморщился и тяжело выдохнул.

— Я хотел, как лучше.

— И потому простился как идиот? — поддела того волчица.

— Времени не хватало, — попытался оправдаться Пустой.

— Ты изменился не только внешне, не так ли? — задала контрольный вопрос зверородная.

— В последнее время меня начали окружать слишком проницательные разумные, — слегка пожаловался парень. — Как у вас обстоят дела в целом?

— Не ахти как, — нехотя призналась Навия. — Грядет нечто… неизвестное. Пока ничего серьёзного, происходят лишь мелкие стычки тут и там, но обстановка накаляется на глазах. Если молва не врёт, то среди властителей Инферно образовалось неравенство. У радикалов возник перевес в числе над лоялистами, а это весьма чревато. Аббадон наращивает силы и в скором времени может разразиться война. Анширу выпустят из заключения со дня на день и если молва правдива, то в скором времени она станет главной женой Дамариса Осквернителя. По всей видимости, Разрушитель её продал из-за былых ошибок, чтобы заручиться поддержкой колеблющегося архидемона.